Между живыми и мертвыми - Мир Никнерт

- Ничего, - ответил старик, то и дело поглядывая за спину Тома, и старательно высматривая не заметили ли их скелеты. Затем продолжил - Я хочу тебя спасти. Если ты будешь замечен скелетными бойцами, станешь сиюминутно связан и выброшен за периметр в зону небытия. Я бы этого не хотел.

- А вы кто, и зачем вам это? - удивился Том такой добродетели в этом сыром и темном мире.

Вопрос явно обидел старика. Он достаточно долго молчал, изучая юношу внимательным взглядом. Затем медленно и также шёпотом произнес:

— Молодой человек, я хочу тебя спасти. Хочешь ли ты пройти со мной в безопасное место?

В голове расчетливого и опытного военного кружились вихрем вопросы: Что это за тип. Почему он хочет помочь?

- Постой, - вдруг изумился старик, так ты еще живой! В ужасе он схватил руку Тома, и потащил за собой.

- Стойте что ты делаешь?! - шепотом запротестовал Том.

- Живым здесь не место! - прошипел шарик, - поверь мне! Тебе никак нельзя попасться на глаза скелетам, иначе конец твоей душе. Срочно двигай за мной, пока нас с тобой обоих не уничтожили!

Том перестал сопротивляться, и повторно задал свой вопрос:

- А вы кто?

- Мое имя Харон. Я перевозчик душ мертвых. - ответил старик, заворачивая за угол, и двигаясь преимущественно в тени зданий.

- На сколько я знаю, Харон очень крутая шишка. Почему мы прячемся и зачем вы мне помогаете? - не унимался Том.

- Сейчас я тебе все объясню, - ответил Харон заворачивая за одну из построек и открывая низкую, покосившуюся от времени дверь наспех сколоченную из досок разной длинны.

- Проходи быстрее, там безопасно. - сказал Харон, пропуская Тома вперед.

Перед глазами открылся длинный коридор с лестницей ведущей вниз в подвальное помещение.

- Ну-же, - требовательно поторопил Тома, Старик, - у нас нет времени на раздумья!

Глаза Харона загорелись желтым и Том в миг принял решение не спорить и не тормозить.

Подвал дома в который спустились Том и Харон, представлял собой крошечную комнату, расположенную глубоко под землей, доступную через узкий коридор, ведущий от лестницы. Комната имела низкие потолки и тесные стены, окрашенные известью. Сейчас стены были влажными, покрывшимися пятнами плесени и грязи. Здесь витал тяжелый запах сырости и угля, смешанный с запахом перегара и смол от давно выкуренных сигарет.

Главным элементом интерьера являлась небольшая железная печь, установленная в центре комнаты. Её трубы выходили через специально проделанное отверстие в потолке. Уголь хранился в ящике рядом с печью, источая характерный аромат. Около печи стояли кастрюльки и сковородки, использовавшиеся для приготовления пищи.

Низенькая деревянная кровать, с засаленной простыней, занимала большую часть пространства. Матрас сильно просел и был покрыт толстым слоем пыли и грязи. Подушка и одеяло пропитались запахами подвала.

Свет в комнате обеспечивался единственной керосиновой лампой, установленной на небольшом исцарапанном столике, сделанном из обломков и мусора. Керосинка давала слабое освещение, выделяя пятна грязи и трещины на стенах. Рядом с ней находилась банка с запасом керосина, аккуратно закрытого крышкой.

Пространство между кроватью и печью занято небольшим шкафчиком, заполненным предметами быта: чайники, кружки, ложки, тарелки, полотенца, простыни. Верх шкафа занимал сундук, полный книг и документов.

Окружающая обстановка была предельно простой и бедной, подчёркивая одиночество и изоляцию хозяина убежища.

- Присаживайся, - предложил стул Харон. - Я налью нам чай.

Том сел озираясь по сторонам. Харон поставил закопченный чайник на печку и ловко вытащив папиросу из портсигара затянулся едким дымом самокрутки.

- Я не желаю тебе зла – говорил бородатый старец, Тому. Я здесь прячусь уже семьдесят лет, и впервые вижу живого человека за это время. Я раньше переправлял души умерших к Аиду до всех этих реформ. Теперь прячусь здесь, что бы меня самого не отправили в Мордор…

- Что за реформы, какое перерождение, о чем вообще речь? - ничего не понимая спросил Том.

Харон тяжело вздохнул и начал свой рассказ.

Я сын Нюкты что по вашему Ночь и Эреба по вашему Мрака. Я веками состоял на службе у владыки царства мёртвых - великого Аида. Он сам, своей доброй волей определил меня на должность перевозчика умерших. А теперь я прячусь по темным уголкам. - Да, я слышал мифы про тебя, - подтвердил Том. Харон кивнул и продолжил.

Представь себе бесконечную очередь, растянувшуюся на фоне мрачного пейзажа, разделённого границей между мирами живых и мёртвых. Она состоит из фигур разных эпох... Там в ожидании находится римский прокуратор, доярка Нижнекамска, последний император, и сапожник. Ожидающие — люди разного возраста, разного статуса, но все они равны передо мной. Они ждут своего часа переправы на берегу.

В конце очереди находится огромная ладья, управляемая мной - Хароном. Я спокойно смотрю на прибывших пассажиров, оценивая их готовность к путешествию. Лишь единицы вступают на борт судна, остальные продолжают стоять в ожидании своей очереди.

Я встречал каждую душу, покинувшую физическое тело, и сопровождал её через реку Ахерон, ведущую в царство Аида. Для прохождения путешествия каждому необходима монета. Если душа не имела монет, ей приходилось ожидать долгие века, блуждая на берегах рек.

Мой образ воплощал власть судьбы и необходимость примирения с неизбежностью изменений. Так было многие века подряд пока для Харона не настали темные времена. Царство мертвых, на протяжении веков существовало строго иерархическим образом, подчиняясь власти повелителя подземного мира — грозного бога Аида. Именно Аид назначил меня проводником. Он дал мне эти полномочия, был моим единственным начальником. К несчастью для Аида и меня, душам было плохо в царстве мертвых и постепенно в загробном царстве росли революционные настроения. Они зарождались постепенно, охватывая широкие слои населения, уставшие от угнетающего контроля верховного правителя.

Группа мятежников организовалась, объединив представителей разных социальных слоев и рас, недовольных положением дел. Возглавляемая харизматичными лидерами, движимая идеей справедливости и равенства,