Маятник Судьбы - Денис Чекалов

– Ладно, ладно! – Голос гангстера повысился до визга. – Нечего так суетиться, брателла. Если дон Джузеппе Зампичинини говорит, то он это делает!

– Здесь нет дона Джузеппе, – произнес бывший военный.

Эти слова прозвучали как угроза.

Боевик зыркнул глазами в сторону своих спутников и положил чемоданчик на деревянный стол. Он не пытался скрыть своего неудовольствия.

– Вот они, – сказал он. – Смотри не ослепни.

Спецназовец не стал открывать чемоданчик. Пару секунд бандит стоял, глядя на него непонимающими глазами. Боевик качнул в его сторону дулом пистолета.

– Открывай, – приказал он.

– Да расслабься ты! – воскликнул бандит. – Нет тут никакой бомбы. Тоже мне, робот полицейский,

– Открывай.

Гангстер не стал медлить, хотя это ему и не нравилось. Щелкнув замочками дипломата, он распахнул его.

Чемоданчик был довольно длинный и узкий. В таких перевозят драгоценности.

Спецназовец немного наклонил голову, рассматривая то, что оказалось в его руках.

Завораживающее взор колье состояло из одиннадцати брил­лиантов. Самый крупный находился в центре; рядом с ним переливались камни поменьше. Чем ближе к золотым застежкам, тем камни становились миниатюрнее. Чудилось, что две горные реки, сверкая хрустальными каплями среди камней порогов, втекают в прозрачное лесное озеро, искрящееся центральным бриллиантом.

– Священное колье бьонинов! – воскликнул бандит. Он потирал ладони о задницу так энергично, словно пытался разогреть мотор и взлететь. – Свистнули из их главного храма. Они и обделаться не успели, как мы его – тю-тю. Писаются там сейчас кипятком. Нечему им молиться…

Дробный смех посыпался изо рта бандита, словно осколки выбитых зубов.

Спецназовец вскинул пистолет и направил его в голову гангстера.

– Эй, брателла! – закричал преступник. – Ты чего это? Мы же по-хорошему. Дело есть дело. Договорились же…

Двое других боевиков подняли оружие одновременно со своим командиром. Они были хорошими солдатами.

– Это не все, – произнес Спецназовец.

– Не все? – Бандит запнулся, лицо его побелело, покрылось испариной.

– Эта куча хлама ничего не стоит, – сказал военный. – Без камня Окарины. Бьонины скрыли от всех, что камень тоже украден. Но господин Бортерг знает все.

– Ах да, конечно. – Гангстер принужденно засмеялся. – Камень. Как я мог забыть? Он у нас отдельно. Анна!

Женщина отделилась от группы гангстеров и подошла к нему. Ее платье было перетянуто тонким поясом, сплетенным из трех кожаных ремешков. К нему была прикреплена небольшая сумка вроде той, что носят рыночные торговцы и кенгуру.

Пальцы женщины разомкнули силовую застежку, и в ее руке появился небольшой футляр.

– Встречайте! – воскликнул главный из гангстеров. – Камень Окарины!

Женщина подняла крышку футляра и передала его спецназовцу. Военный положил на ящик пластины из драгоценного металла и взял из рук Анны сафьяновую коробочку.

Левая линза его черных очков вспыхнула, по ее краям побежали ярко-зеленые огоньки. Одиннадцать секунд боевик изучал то, что находилось в футляре. Он коротко кивнул и закрыл крышку.

– Это камень Окарины, – произнес он. – Джентльмены, сделка совершена.

Франсуаз вскинула к плечу карабин. Вздрагивающая метка лазерного прицела скользнула по черному боку одного из автомобилей. Девушка плавно спустила курок. Молния выстрела пронеслась над высохшей прерией. Машина обратилась в огненный шар, который становился все больше и больше.

– Я с детства любила фейерверк, – произнесла девушка.

Спецназовец поднял пистолет. Он не знал, что произошло и виновны ли в этом его партнеры по сделке. Но он не собирался выяснять это слишком долго.

Франсуаз перевела дуло карабина на второй автомобиль.

– Фейерверк должен продолжаться, – пояснила она.

Дверца машины распахнулась, на землю выкатился человек. Он держал пистолет в вытянутых руках и пытался вести огонь на лету, как это делают в кино. Возможно, он смотрел не те фильмы или же был недостаточно внимателен.

Он ни разу не попал в заросли джузгуна.

Я пробил ему голову одиночным выстрелом, и он успокоился.

– К окнам! – коротко распорядился военный.

Боевики выполнили его приказ. При этом они не сводили взгляда с четверых бандитов. Командир спецназовцев расстегнул пластиковую куртку и положил футляр с камнем во внутренний карман.

Теперь оружие появилось и в руках гангстеров. Они вытаскивали его слишком медленно; если бы спецназовцы получили такой приказ, они успели бы изрешетить своих партнеров по сделке.

Но военные не спешили.

Я обходил дом кругом.

Карабин дернулся в руках Франсуаз. Второй автомобиль раскрылся лепестками алого пламени. Теперь люди, собравшиеся в заброшенном здании, не смогли бы уехать из прерии, даже если бы им удалось выйти из деревянных дверей.

– Черт! – закричал тот из бандитов, что вел переговоры. – Это было наше авто! Ублюдки!

Он бросился к дверям.

Командир спецназа следил за ним, сощурившись. Он знал, что гангстер делает то, чего делать не следует. Но не собирался тратить силы на спасение мелкого преступника.

Военные презирали шпану, с которой им пришлось сегодня иметь дело.

Деревянная створка распахнулась, и гангстер появился на пороге, держа наизготовку счетверенный автомат. Франсуаз приветствовала его очередью в грудь; кривая алая черта прошла по телу бандита, и он упал.

Мне приходилось видеть разные коврики, которые кладут у порога, чтобы входящие не вносили в дом грязь. Но этот был самым оригинальным.

Один из военных ударил в окно рукоятью пистолета. Старое, потрескавшееся в десятках мест стекло разлетелось вдребезги. Боевик выпрыгнул, не обращая внимания на торчавшие из рамы осколки.

Я ударил его в висок прикладом карабина. Такой удар мог бы вышибить человеку мозги, но спецназовец только тряхнул головой. Он направил на меня дуло пистолета и… В последнюю долю секунды я успел отвести его руку.

Я упер в живот человека ствол карабина и трижды спустил курок.

Его глаза были так близко от меня, что я видел их выражение даже через черные очки. Кровь хлынула из его рта. Кусочки тела вылетали из спины боевика.

Его товарищ появился в проеме окна и выстрелил, целясь мне в лицо.

Я отклонился в сторону. Командир спецназовцев поспешно ссыпал пластины из драгоценного металла в дипломат. Ход переговоров был нарушен, и он не видел смысла выполнять условия сделки. Он закрыл крышку чемоданчика и поднял его. Теперь спецназовцы могли уходить.