По дороге на Оюту - Мария Лунёва

Моё путешествие, кажется, будет очень коротким и действительно в один конец.

Время замерло. Там в коридорах все стихло и пугающе умолкло. Двери в наш отсек предательски заскрежетали и распахнулись, оставляя нас один на один с карателями. Никто не двинулся с места. Никто не проронил ни слова. Все замерли на своих местах, стараясь слиться с матрасами.

В отсек неспешно заглянули несколько человек, за их спинами отчетливо виднелись еще с десяток крепких молодцов с оружием наперевес. Но более всего меня напугало не это. Стены коридоров густой коркой покрывала грязная запекшаяся кровь, явно свидетельствующая о том, что бойня нам не послышалась.

Дезинфекторы скользнули угрожающими тенями по рядам. Щелкнул затвор и прогремел первый выстрел. Вопреки всем ожиданием никто не запаниковал. Все как один продолжали лежать и делать вид, что нас тут вообще нет.

Омхи, облаченные в серые защитные комбинезоны, продвигались вглубь помещения. Раздавались выстрелы, но пассажиры молчали, что оставляло мне слабую надежду на то, что убивают все же личинки, а не нас.

Поравнявшись с койкой, где мы лежали вчетвером, дезинфектор внимательно всмотрелся в наши лица. Его взгляд более пристально задержался на мне. Омх вскинул руку и, схватив меня за волосы, дернул на себя. От боли я лишь пискнула и крепче ухватилась за Демьяна.

— Руки от моей женщины убрал, – рыкнул марионер и перехватил запястье дезинфектора, с силой сжимая его.

— Она укушена? — взволнованно спросил дезинфектор.

— Ты что, омх, с разумом не дружишь? Лежали бы мы тут с заразной? – голос вступившегося за меня Сунира звенел от возмущения. – Тут укушенных всего четверо или пятеро, не больше.

— Отпусти девушку, омх, — с таким же зверским выражением лица, как и у Демьяна, потребовал Ратхар.

Дезинфектор, еще раз мазнув по нам взглядом, отпустил моё лицо и двинулся дальше, переступив через лежащего на полу укушенного бедолагу. Затем, словно вспомнив о нем, развернулся и выстрелил тому в голову.

Сглотнув, я вжалась в Демьяна. Крепко зажмурив глаза, представила, что нахожусь где-нибудь в другом месте. Ничего не вышло. Редкие выстрелы набатом отдавались в голове, напоминая о том, в каком аду мы все тут оказались.

Проходили минуты, а омхи и не думали нас выпускать из отсека. Они бродили по рядам, всматриваясь в наши лица. Хватали пассажиров за конечности, выуживая из-под одеял, но нарывались только на вселенское спокойствие: всех так напугало произошедшее в коридоре, что спорить или огрызаться с дезинфекторами желания не возникало. Кроме Демьяна, похоже, тут вообще больше никто и не пискнул против такого обращения с пассажирами.

Наконец дезинфекторы, подхватив трупы укушенных за ноги, поволокли их в коридор. Шуршание тел по полу и глухие удары нервировали до чертиков. Все это время Демьян успокаивающе поглаживал меня по голове. При этом он с миранцами внимательно следили за происходящим вокруг, но молчали, не комментируя действия персонала корабля.

— Думаю, нам все же сохранят жизнь, – неуверенно шепнул Ратхар, от волнения поддернув ушами.

Хвост Сунира на мгновение замер, перестав отбивать по моему ботинку чечетку, и снова зашелся в диком плясе. Черноволосый мужчина–кот, приглядевшись в коридор через открытую дверь, внезапно напрягся и, выдвинув вперед острый подбородок, глухо зарычал. Проследив за его взглядом, я сглотнула. В помещение закатывали какую-то бочку с ручкой, похожую на допотопный пылесос.

— Что это? – пропищала я вмиг севшим голосом.

— Это большие неприятности. Ратхар, ну-ка метнись на пол за нашими одеялами, а то спалят нас к черной бездне.

Повторять Демьяну не пришлось. В воздухе взметнулся рыжий хвост и через мгновение мы дружно уже натягивали на себя толстый слой одеял.

— Сейчас будет жарко, — проворчал Сунир, — но ткань, горящую, хоть сбросить можно. Все лучше.

— Что это, Демьян? – вновь прошептала я, ничего не понимая.

— Ничего, Анита. Лежи и старайся глубоко не дышать.

Его рука скользнула по моим волосам, спустилась на шею и замерла там. На мгновение показалось, что марионер сейчас меня душить начнет. Отбросив эту странную мысль, я уткнулась в грудь своему мужчине и замерла, надеясь, что страшного ничего не произойдет.

Где-то взревел огонь, и жутко завоняло паленой плотью. Со всех сторон слышались странные шорохи, редкие стоны. Запах усиливался и самое настораживающее - шум вырывающегося пламени становился все отчетливее. Крик, хрип, звук падения. В какой-то момент воздух вокруг нас накалился, кто-то из миранцев, глухо рыкнув, отбросил одеяло. Над нами взвился огонь и тут же исчез. Рука на моей шее сжалась и расслабилась.

Жутко перепуганная, проследила взглядом за удаляющимся дезинфектором с огнеметом в руках. Мужчины сели на койке, осматривая себя. С удивлением я заметила, как на мощных икрах Демьяна покраснела кожа, часть штанины сгорела, а Ратхар крутил в руках поджаренный хвост, шерсть на нем полностью обгорела, обнажая розовую шкурку. Только я осталась цела и не пострадала от огня.

Сглотнув, я приподнялась на локтях и осмотрелась. Совсем недалеко от нас на полу лежал чей-то обгоревший труп. От него странно поднимался в воздух дымок, словно кусочек стейка, поджаренный на гриле. От подобной ассоциации к горлу подступил тошнотворный комок.

— Не смотри, — прохрипел Демьян, — отвернись и прижмись ко мне.

Я не послушалась, такого шока я не испытывала никогда.

С противоположной койки на меня чуть очумело смотрел тот мужчина, которого мы согнали в самом начале, когда искали место, чтобы залечь. Часть его волос опалило, но выглядел он каким-то счастливым что ли. Чуть поодаль приподнялась семья нелюдей гурсанов, что подсказали мне записаться в душ.

Женщина, хоть и была вся в слезах, но даже не всхлипывала. Рядом с ней сидел ее мужчина и маниакально поглаживал ее спину, безумно вертя головой во все стороны. На его серой коже, на руке и обнаженной груди, расплывались огромные красные ожоги.

— Анита, ложись пока. Это еще не конец наших мучений, – тихо шепнул мне Демьян. — Слушайся меня, хорошая моя.

Обхватив мою талию, он снова повалил меня на матрас. Только теперь он лежал рядом с боку, а не на мне.

— Что еще будет? – упавшим голосом спросила я.

— Дезинфекция, – буркнул мужчина, — это уже не столь страшно. Похоже, что мы все же живы останемся.

— Это же хорошо? – задала я нелепый вопрос. Признаться, сейчас я вообще странно мыслила, и казалось, чуть-чуть сошла с ума.

— Конечно, хорошо, солнышко. Ты не бойся ничего. Сейчас полежим, нас обработают газом и отправят в карантин.

— Главное – не задохнуться от этого газа, – вставил свою реплику Сунир.

— Да заткнешься ты сегодня, кошак? – крик Демьяна заставил меня дернуться и сжаться в комочек. — Держи свой поганый язык за зубами.