Дом Неба и Дыхания - Сара Маас

Но выдержит ли он последствия? Нет, не избиение; его и раньше били. Речь о том, чтобы находиться вот здесь, одному, в подвешенном состоянии… Так паршиво ему не было с самой гибели Коннора и остальных. С того момента, когда он ушел из своей команды и перестал отвечать на звонки.

Итан совершенно не представлял, чем вообще будет теперь заниматься. Может, пока и не требуется искать себе какое-то масштабное занятие, способное изменить его жизнь. Пока достаточно просто переставлять ноги.

«Вот к чему тебя привело подчинение таким, как Амелия, – раздался внутри сердитый голос, очень похожий на голос Коннора. – В следующий раз, волчонок, думай над выбором. Оценивай. Решай, что нужно именно тебе».

Но пока… просто переставлять ноги. На это он способен. Во всяком случае, сейчас.

Итан подошел к входной двери и снял с крючка поводок химера.

– Хочешь прогуляться? – спросил он у Сиринкса.

Зверюга перевернулся на бок, словно говоря: «Лучше брюхо мне почеши».

– Ладно, почешу, – пообещал Итан, вешая поводок обратно.

– И это называется Дружелюбный Придурок?

Брайс прижалась к прутьям безупречно чистой камеры под Комитиумом и хмуро посмотрела на Ханта. Ангел сидел на стальной койке, свесив голову. Услышав ее слова, он выпрямился и сложил серые крылья. При виде его лица Брайс чуть не вскрикнула.

– Хант, это как понимать?

Синяк под глазом, распухшая губа, царапины на висках, а лоб…

– Я в полном порядке, – угрюмо заявил он, хотя вид у него был такой же, как у Итана вчера. – Кто тебе сообщил?

– Твоя новая начальница. Она рассказала, где тебя искать. Кстати, очень приятный голос. – Брайс еще плотнее прижалась к прутьям решетки. – Приятная женщина, раз она не вышвырнула тебя пинком под зад.

– Достаточно того, что она запихнула меня в эту камеру.

– Не она, а Исайя.

– Какая разница?

– Не говори со мной таким тоном!

Боги, она сейчас вела себя совсем как Эмбер.

– Встретимся дома, – еще угрюмее произнес Хант. – Тебе незачем торчать в этом месте.

– А тебе было незачем затевать дурацкую потасовку, однако ты не сдержался, отчего и попал сюда.

По крыльям Ханта скользнула молния.

– Брайс, иди домой.

Неужели его всерьез злило ее присутствие здесь?

– Ты что, сегодня намеренно попытался испортить впечатление о себе?

Хант вскочил на ноги и тут же вздрогнул от боли в избитом теле.

– За каким Хелом мне это делать?

– Потому что ты редкостный придурок, – послышался низкий мужской голос.

Брайс поморщилась. Она совсем забыла про Поллукса.

– Не хочу слышать твой поганый голос! – прорычал Хант.

– Придется привыкнуть, – раздался еще один мужской голос, на этот раз со стороны лифтового блока в конце белого коридора.

Брайс увидела высокого худощавого ангела, идущего в их сторону. Он двигался с изяществом, присущим ангелам. Далеко не красавец; чертами лица он уступал Ханту, Исайе и даже Поллуксу, однако… в нем что-то было. Целеустремленность и сосредоточенность.

Баксиан Аргос по прозвищу Изверг. Ангел, наделенный редкой способностью превращаться в исчадие Хела, откуда и его прозвище.

Хант рассказывал ей и про него. Насколько она знала, Баксиан никогда не пытал Ханта и других узников. Он творил другие, не менее жуткие дела во имя Сандриелы. Он был главным шпионом и ищейкой покойной архангелицы.

Подойдя, Баксиан оскалил зубы в свирепой улыбке. Хант напрягся.

Брайс решила, что без Ханта отсюда не уйдет. Ишь напугать ее вздумали.

– Брайс Куинлан, а почему бы тебе не подойти ближе? – вкрадчиво спросил Поллукс, слащавая физиономия которого была в не лучшем состоянии, чем у Ханта.

– Не смей говорить с ней! – уже громче зарычал Хант.

– Оставь свои замашки оберегающего альфа-придурка, – огрызнулась на него Брайс и, раньше чем Хант успел ответить, подошла к камере Поллукса.

Поллукс устроил спектакль, пристально оглядев ее с головы до высоких каблуков туфель:

– Я думал, особы твоего круга обычно работают в ночную смену.

– Это все устаревшие воззрения, какие ты решил обрушить на меня? – усмехнулась Брайс. Поллукс молчал. Тогда она сказала: – В Городе Полумесяца труд на ниве секса является уважаемой профессией. Я не виновата, что Пангера застряла в прошлом.

В Поллуксе вспыхнула злоба.

– Жаль, что Микай еще тогда тебя не убил.

Брайс сверкнула глазами. Пусть видит, что она знает, как он обращался с Хантом и как он ей противен.

– Это вершина твоих измышлений? А я-то думала, Поллукс – гений утонченного садизма.

– А я думал, что шлюхи-полукровки обычно держат язык за зубами. Но к счастью, я знаю отличный способ заставить тебя заткнуться.

– Поосторожнее. – Брайс кокетливо ему подмигнула. – У меня есть зубки.

Хант кашлянул. Брайс подалась вперед. Она находилась совсем рядом с решеткой камеры. Стоит Поллуксу протянуть руку, и его пальцы сомкнутся у нее на горле. Глаза Поллукса вспыхнули. Он почуял такую возможность.

– Не знаю, кого ты рассердил наверху, что тебя отправили сюда, но, если ты снова тронешь его хоть пальцем, я превращу твою жизнь в Хел наяву, – мелодичным, учтивым голосом пообещала она.

Рука Поллукса метнулась вперед. Пальцы потянулись к горлу Брайс.

Она ответила вспышкой магической силы, достаточно яркой, ибо Поллукс попятился назад, прикрывая глаза.

– Так я и думала, – ехидно скривила губы Брайс.

Она отошла на несколько шагов и снова повернулась к Ханту. Ангел изогнул бровь. Глаза восхищенно сверкнули на избитом лице.

– Впечатляет, Куинлан.

– Я и собиралась произвести впечатление.

Сзади послышался негромкий смех. Брайс увидела, что Изверг стоит у противоположной стены, рядом с большим телевизором.

– Я так понимаю, мне придется видеть тебя чаще, чем хотелось бы, – сказала ему Брайс.

Баксиан отвесил поклон. На нем были легкие черные доспехи, пластины которых перекрывали друг друга. Похоже на доспехи Ханта, но было в этом что-то от рептилии.

– Может, ты даже устроишь мне экскурсию.

– Размечтался, – пробормотал Хант.

Темные глаза Изверга вспыхнули. Он повернулся и прошел к лифту.

– Рад, что кто-то наконец всадил пулю в голову Микая, – сказал он, входя в кабину.

Дверцы бесшумно сошлись. Брайс оторопело смотрела вслед уехавшему Баксиану. Неужели он сюда спускался лишь затем, чтобы произнести эту фразу? Хант шумно выдохнул. Поллукс напряженно молчал.