Троллий пик - Уна Харт

«Держи себя в руках!» – велел внутренний голос холодно и жестко, но Грейс не могла его слушать. Она вскочила на ноги, дыша часто и мелко, и со всех ног побежала туда, где, как ей казалось, был выход. Но вокруг было много деревьев, и росли они так часто, что совсем закрывали дорогу назад. Грейс споткнулась и рухнула животом на землю. За спиной она почувствовала движение, рванулась, чтобы встать, но было поздно: кто-то схватил ее за щиколотки.

Огромные пальцы сдавили ее ноги и дернули вверх и назад. Грейс собиралась кричать, но голос словно вытряхнули из нее. Все ее тело будто вывернули наизнанку. Огромная человекоподобная фигура держала ее вверх тормашками. Потом ручищи с крепкими пальцами перевернули ее и подхватили под мышки. Грейс истерично затрясла в воздухе ногами, вцепившись в кисть нападающего. Но едва она коснулась его пальцев, как окончательно убедилась, что они принадлежат живому существу – твердые и теплые, кожа гораздо жестче человеческой и неожиданно очень горячая.

Существо поднесло ее ближе к лицу. Ноздри на огромном носу расширились, кожа натянулась. Грейс оцепенела.

Музыка стихла. Все прочие существа остановились и тоже смотрели на Грейс черными пустыми глазами. У них не было ресниц и бровей, зато было множество складок на верхних и нижних веках.

– Где ты ее взял? – услышала Грейс. Голос был нечеловечески низким, такое впечатление, что еще чуть ниже, и уши Грейс не смогли бы разобрать слова. Но здравый смысл, промелькнувший в осажденном паникой мозге, успел удивиться, что существа говорили на знакомом языке, хотя и с акцентом.

– Здесь, – прогудел тот, что держал Грейс. – Клянусь Молотом, прямо здесь валялась.

В книжках пишут: «Она отказывалась верить, что это происходило на самом деле» или «Все происходящее слишком напоминало сон». Но если рука размером с лабрадора держит вас за шкирку, вы точно будете в курсе, что это не сон. У вас, прямо скажем, не останется в этом никаких сомнений. Грейс старалась не поднимать взгляд и не пялиться на существ открыто – кто знает, может, они воспримут это как угрозу.

– Откуда ты взялась? – спросил один.

Кто-то другой тут же одернул:

– Не заговаривай с ней! Отнеси…

Куда или кому нужно было отнести ее, Грейс уже не дослушала. Она почувствовала, как последние капли здравого рассудка выплеснулись из нее визжащим ужасом. Как будто кто-то, кто сдавливал ей до этого горло, резко разжал пальцы, выпустив наружу все, что скопилось внутри. А там скопилось много: страх, ярость, растерянность и беспомощность – они вырвались криками, слезами, ногтями и пинками, которыми Грейс осыпала все вокруг. Ее куда-то несли, и она сопротивлялась, как кошка, которую сунули в мешок. Грейс уже не различала, двигается ли она куда-то в руках чудовища или нет. Все ее тело жаждало одного: вырваться! Чего бы это ни стоило.

Несколько раз тварь роняла ее, и Грейс катилась по траве, пытаясь вскочить и бежать в направлении леса. Но ее тут же опять хватали, несли, передавали из рук в руки. А потом мешком скинули на землю и придавили, чтобы она не вырывалась.

Вокруг было очень тихо: ни музыки, ни разговоров. Грейс лежала, уткнувшись лицом в землю, чувствуя тепло от собственного выдоха. Она попыталась выпрямиться, но кто-то давил ей на затылок.

– Голову-то мне поднять можно?! – неожиданно для самой себя рыкнула Грейс, и давление на затылок исчезло. Она медленно подняла лицо. Оказалось, что незнакомец притащил ее к самой сцене.

На деревянном помосте вытянулся длинный деревянный стол, уставленный едой. Кувшины с вином, горы фруктов, жареная дичь в перьях, кабанья голова с яблоком во рту… Запах жареного мяса разливался в воздухе.

За столом сидело настоящее чудовище. Грейс не смогла бы отличить одного существа от другого, но это было вдвое крупнее своих сородичей. Его черные глаза отдавали влажным блеском, а большую часть морды занимал нос. Он оттеснял глаза чуть выше, чем им полагалось быть, а длинную-длинную линию рта, напротив, опускал почти на самый подбородок. Под распахнутым ало-золотым халатом виднелось несколько рядов бус, а ниже кожа была испещрена черными рисунками. Рядом с чудовищем стояла совершенно неуместная здесь арфа – тонкая, изящная, с белым остовом и золотыми струнами.

– Кто это? – спросило существо, поворачивая голову в сторону Грейс. Голос у него был низкий и гулкий, как будто с эхом.

Грейс почувствовала его взгляд, как прикосновение к коже. Правую руку свело судорогой. Пальцы с такой силой сжимали землю, что, будь там камень, Грейс сумела бы выдавить из него сок.

– Не знаю, ваше величество, – ответил тот, что держал ее. – Мы нашли ее у входа в зал.

«В зал?»

– Лучше попробуй спросить меня, – процедила Грейс.

Ей казалось, она произнесла это тихо, но фраза прозвучала в тот момент, когда все замолкли, так что вышло… весомо. Тишина стала еще гуще, если это только возможно было. Король (раз уж к нему обращались «ваше величество») едва заметно качнул головой, и Грейс почувствовала, что захватчик освободил ее и отступил.

Мгновение она размышляла, стоит ли вскочить и дать деру, но ее тело все равно было не в состоянии это сделать – ноги подкашивались от избытка адреналина. Грейс медленно распрямилась и села на землю так, чтобы удерживать в поле зрения одновременно и «короля», и придворных.

– Как тебя зовут?

– Грейс.

– Как ты сюда попала, Грейс?

Ее имя он произносил странно: «р» чуть более раскатистое, чем она привыкла, – как будто тряс огромную каменную погремушку.

– Через дверь в камине.

Грейс не знала, какого ответа от нее ждут, поэтому выдала самый короткий из всех имеющихся в запасе. «Король» чуть подался вперед, огромные черные глаза в одно мгновение превратились в узкие щелочки.

– Разве я звал тебя к своему столу, Грейс? Разве я приглашал тебя в свой дворец? Может, кто-то из моих придворных предлагал тебе стать нашей гостьей?

Каждое слово «короля» падало в звенящую тишину, как в пропасть. Тонкие черные губы двигались, извиваясь. Рот был больше человеческого, и речь была иной. Как если бы король умудрялся вставить в нее больше согласных, чем полагалось: щелчки и призвуки.

– Нет, – ответила Грейс, не зная наверняка, ждет король ответа или нет, просто чтобы разорвать молчание.

– Так зачем тогда ты врываешься, как воровка? Колотишь и пинаешь моих придворных?

«Вряд ли я их покалечила», – подумала Грейс, но промолчала. А «король» взял со стола нож с короткой деревянной рукояткой и проткнул яблоко – раздался короткий сочный хруст. Существо протянуло руку с ножом и наколотым яблоком через стол.

– Раз ты не воровка, отведай с моего стола, Грейс. Решим наше недоразумение миром.

Грейс не умела читать по мордам существ, но почувствовала, как толпа за ее спиной становится плотнее. Те, кто сидел по левую и правую руку от короля, подались вперед, словно предвкушая забавное зрелище. Грейс встала и сделала шаг к столу. За ее спиной послышались возбужденные голоса. Черные губы короля растянулись в улыбке.