Повелитель демонов из Каранды - Дэвид Эддингс

– Меня куда больше раздражали люди, следовавшие за мнойпо пятам в ожидании, когда мне что-нибудь понадобится, – ответил Гарион.

– Иногда это даже удобно.

– Иногда, – согласился король Ривы. – Такбыло до тех пор, пока один из них не ударил меня в спину ножом.

– Правда? Мне казалось, что ваши люди обожают вас – всебез исключения.

– Потом мы поговорили, оказалось, простоенедоразумение. Этот молодой человек обещал, что больше подобное не повторится.

– И все?! – с удивлением воскликнул Закет. –И вы его не казнили?

– Конечно нет. Мы все выяснили, и с тех пор он был мнеочень предан. – Гарион печально вздохнул. – Он погиб в Тул-Марду.

– Мне очень жаль, Гарион, – сказал Закет. –Все мы потеряли тогда много друзей.

Отделанные мрамором здания внутри городка представляли собойбездарное смешение различных архитектурных стилей – от строгого военного допричудливого декоративного. Все это почему-то напоминало Гариону садок длякроликов во дворце короля Анхега в Вал-Алорне. Дворец Закета состоял изнескольких зданий, соединенных между собой галереями и колоннадами, проходящимичерез парки, богато украшенные статуями и мраморными павильонами.

По запутанному лабиринту Закет провел их в центр городка,где одиноко возвышался огромный дворец, являвший средоточие власти вбезграничной Маллорее.

– Резиденция Каллафа Объединителя, – с ирониейпровозгласил император, – моего достопочтенного предка.

– Не перестарался ли он? – насмешливо спросилаСенедра, все еще не желавшая мириться с тем, что Мал-Зэт значительнопревосходит размерами и пышностью город ее детства.

– Конечно, – ответил маллореец, – но это былонеобходимо. Каллаф хотел показать, что он выше по званию, чем все остальныегенералы, а в Мал-Зэте звание определяется размером жилища. Каллаф был сущийподлец, узурпатор, к тому же ему не хватало личного обаяния, вот и пришлосьсамоутверждаться таким способом.

– Политика – это просто прелесть, правда? –обратилась Бархотка к Сенедре.

– Это единственная область, где возможностисамовыражения безграничны, пока их выдерживает казна.

Закет рассмеялся.

– Я готов предложить вам должность у себя вправительстве, госпожа Лизелль, – сказал он. – Мне кажется, нам нуженчеловек, который бы время от времени сбивал с нас спесь.

– Ну, спасибо, ваше величество, – улыбнуласьона. – Если бы не обязанности по отношению к моей семье, я подумала бы отом, чтобы принять ваше предложение.

Император вздохнул с притворным сожалением.

– Где вы были, когда мне нужна была жена?

– Возможно, в колыбели, ваше величество, –произнесла она невинным тоном.

– Как вы немилосердны, – поморщился он.

– Да, – согласилась она. – Но я права.

Он снова рассмеялся, поглядел на Польгару и заявил:

– Я собираюсь ее у вас похитить.

– Чтобы сделать меня придворным шутом, КальЗакет? – спросила Лизелль, зло сощурившись. – Чтобы я развлекала васшуточками и колкостями? Нет уж, спасибо. Я еще могу преподнести вам кучунеожиданностей. Меня зовут Бархотка, и все думают, что я бабочка с нежнымикрылышками, но у этой бабочки есть еще и ядовитое жало. И некоторые его слишкомпоздно обнаруживали.

– Веди себя прилично, дорогая, – прошептала ейПольгара. – И не выдавай профессиональных секретов из-за минутногораздражения.

Бархотка опустила глаза и покорно произнесла:

– Да, госпожа Польгара.

Закет посмотрел на нее, но ничего не сказал. Он спешился, итрое конюхов бросились к нему, чтобы принять коня.

– Пойдемте, – обратился он к Гариону и остальнымспутникам. – Я покажу вам дворец. – Он хитро взглянул наБархотку. – Надеюсь, вы простите мне естественную гордость хозяина,демонстрирующего свое жилище, каким бы скромным оно ни было.

В ответ она звонко рассмеялась. Гарион любовно провел рукойпо гриве своего Кретьена. Отдавая поводья конюху, он ощутил почти физическуюболь.

Через широкие позолоченные двери они вошли во дворец иочутились в сводчатой ротонде, очень похожей по планировке на вход вимператорский дворец в Тол-Хонете, с той лишь разницей, что здесь не быломраморных бюстов, делавших вход во дворец Вэрена несколько похожим на мавзолей.Императора ждала толпа чиновников, военных и гражданских, и каждый держал вруках пачку документов.

Закет со вздохом взглянул на них.

– Боюсь, что нашу экскурсию придется отложить, –бросил он спутникам. – Пока примите ванну и переоденьтесь. Можно немного иотдохнуть перед тем, как мы приступим к обычным формальностям. Брадор, будьтетак добры, проведите гостей в их комнаты и позаботьтесь об обеде.

– Конечно, ваше величество.

– Я думаю, удобнее всего разместиться в восточномкрыле. Там никто не носится по коридорам, как здесь. – Закет одарил всехприсутствующих улыбкой. – Сегодня мы поужинаем вместе, – пообещалон. – Итак, до вечера.

Шаги короля Ривы и свиты гулким эхом разносились покоридорам.

– Большое здание, – заметил Бельгарат. Они шли покоридорам минут десять. С того момента, как кавалькада въехала в город, старикмолчал, как обычно, находясь в полусонном состоянии. Однако Гарион был убежден– вряд ли что-то укрылось от его многоопытных глаз.

– Да, – согласился с ним Брадор. – У первогоимператора, Каллафа, были неумеренные запросы.

Бельгарат усмехнулся.

– Этой болезнью заражаются многие правители. Вероятно,из-за неуверенности в завтрашнем дне.

– Скажите-ка, Брадор, – вклинился в разговорШелк. – Насколько я знаю, государственная секретная полиция находится враспоряжении вашего ведомства?

Снисходительно улыбнувшись, Брадор кивнул.

– Это одна из многих моих обязанностей, принцХелдар, – с достоинством ответил он. – Я должен знать, что происходитв империи, и поэтому мне пришлось организовать скромную разведывательную службу– совсем небольшую.

– Ничего, она со временем разрастется, – заметилаБархотка. – Так почему-то всегда бывает...