Найденыш 2 - Валерий Гуминский

— Волхв высшего ранга не будет заниматься глупостями и создавать напряжение в слоях Стихий, — как неразумному, сказал Валентин и обернулся.

Тамара в легком сарафане и с сумочкой на плече стояла за спинами мужчин и прислушивалась к разговору. Кажется, она куда-то собралась, потому что охрана в беседке активизировалась.

— Правильно, — поддержала она волхва. — Валентин, вы не знаете, что произошло? Меня как будто током тряхнуло, но я ни за какие провода не хваталась! Из меня искры не сыпятся?

— Вроде бы все в порядке, — кинув быстрый взгляд на девушку, сказал Шубин и улыбнулся. — А вы куда, Тамара Константиновна?

— У меня сегодня визит к директору женской гимназии, не забыли, господин лейтенант? И по дороге обратно заедем в гастроном, купим мороженое. Кто же знал, что ваш Еремко такой сластена?

— Ванька мороженого захотел? — поразился Шубин. — Ну, ехидна!

— Он жаловался, что рука плохо восстанавливается без сладкого, — едва улыбнувшись, сказала Тамара. — Валентин, это был выброс?

— Немотивированный выброс силы, магический откат, — пояснил волхв. — У кого-то появилось желание поиграть со Стихиями. Это не обычное магическое плетение. Вот вас и подпитали извне. Не думаю, что такое явление обычно для Албазина. Как бы «магический отряд» расследование не начал.

— Ладно, хватит болтать! — отрезала девушка, глядя на часики. — Водитель на месте? Лейтенант, дайте мне сопровождающих, и я поеду. Что вы делаете, господин волхв?

— Проверяю контуры защиты, — пояснил Валентин, убирая руки за спину.

— Какие контуры? — изумилась Тамара. — У меня за пять минут зарядились все амулеты, кольца и браслеты! Такой халявы еще не было!

— Согласен, случай уникальный. Но я обязан провести проверку. Может, мне поехать с вами?

— Зачем? Отдыхайте, проведите сеанс терапии нашему раненому. Кстати, отчет по аварии подготовлен?

— Сегодня вечером предоставлю, — наклонил голову мужчина. — Вместе с лейтенантом Еремко уберем последние шероховатости, чтобы создать целостность картины.

— Работайте, господин волхв, — посерьезнела Тамара и легко сбежала по лестнице вниз.

— Я жду охрану в машине!

Шубин тяжело вздохнул, глядя на прямую спину, на тронутые июньским загаром ноги девушки, и отвел взгляд. Нужно быть каменным истуканом или донельзя деревянным солдафоном, чтобы спокойно выдерживать каждый день рядом с собой ее присутствие. Хлопок тяжелой ладони Валентина по плечу вывел лейтенанта из ступора.

— А еще лучше быть старым прожженным циником, Антоша, — ухмыльнулся волхв.

— Ты мои мысли читаешь, колдун? — чуть не заорал Шубин.

— По твоей морде все читается, парень. Иди-ка, займись делом. А то гляжу, ты в опасные повороты стал входить.

Ретроспектива

Лето, 1942 год, Тянь-Шань, экспедиция князя Шаранского

— Что там происходит, капитан? — лежа на теплых камнях скального выступа, Назаров тщательно осматривал через бинокль нагромождения валунов, поросших лишайником. Огромные вывалы гранитных блоков скрывали засаду, которую обнаружил не человеческий взгляд, а «маячок»; то ли басмачи умело закамуфлировали свое присутствие, то ли это была ложная тревога. Обычный дозор мог пройти по тропке, и магический сигнал сработал, дал показания аур, которые опытный волхв посчитал, как угрозу. — Я вообще ничего не ощущаю. Ложная тревога?

— Всего лишь отличная защита, господин подполковник, — ответил Зайковский, лежа рядом и терпеливо дожидаясь, когда ведущий волхв отвлечется от созерцания угрюмых скал. — Люди князя рассредоточены в ущелье, разведка ушла вперед. Пять егерей пробуют подняться по вертикальной стене в тыл противника.

— Тогда еще подождем, — решил Назаров. — Мне не нравится эта тишина в районе выхода из ущелья. Сорок человек, вооруженных автоматическим оружием, гранатами и толовыми шашками куда-то странным образом испарились. А ведь «маячки» не просто так сработали в том месте, которое можно завалить двумя-тремя подрывами. Где враг?

— Я могу сформировать новую группу «сигналок», более чувствительных к человеческой ауре, — предложил Зайковский. — Может, они среагировали на животных? Я видел здесь много горных козлов. Всегда поражался, как они умудряются держаться на отвесных стенах и не падать!

Он натянул фуражку на глаза. Солнце, пока они лежали неподвижно среди камней, поднялось высоко, и уже через час оно будет бить прямо в лицо, что существенно снизит боеспособность группы.

— А если с басмачами «ифриты»? — с усмешкой посмотрел на него подполковник, проигнорировав эскападу про животных. — Вот эти козлы похлеще будут!

«Ифритами» среди российских военнослужащих в Закавказье и в Средней Азии называли магометанских колдунов, по своим умениям нисколько не уступающим русским волхвам. Арабская традиционная магическая школа черпала свои идеи из древних семитских каббалистических теорий, создавая мощные атакующие и защитные плетения. В непрекращающейся конфронтации между Россией и странами «зеленого пояса» шло соперничество двух школ: северной ведической и южной арабской. Если быть более точным, то «ифриты» владели Силой Огня, но как наиболее сильные и опасные, заслужили, что их название перенеслось на магов других направлений. А их, помимо ифритов, было еще три: гулы (приверженцы земной стихии), мариды (водные маги) и силаты (маги воздуха). Такие тонкости русские волхвы знали, но снисходительно по отношению к солдатам и офицерам, не собирающимися в эти тонкости вникать, называли обобщенно: ифриты.

— Тогда придется попотеть, — Зайковский нисколько не стушевался, зная, как тяжело противостоять таким спецам. За это качество подполковник Назаров и уважал своего младшего коллегу. Когда встал вопрос, кого брать в помощники в экспедицию в Кашгар, он разрешился быстро и без проволочек.

За спинами офицеров раздался шорох мелкой крошки. Кто-то умышленно шумел, зная, как подбираться к своим волхвам, чтобы те не шарахнули какой-нибудь убийственной молнией. Не оборачиваясь, Назаров понял, кто там шуршит. Селезнев — отличный рукопашник и профессионал ножевого боя. Рядовой лег со стороны Зайковского и тихо произнес:

— Все готово, господин подполковник. Григорчук уже забрался на южный выступ и ждет команды. Басмачи засели вон под тем козырьком, чуть выше места, на которое смотрите.

Палец Селезнева ткнул куда-то в небо, но Назаров сообразил, куда надо направить бинокль. И правда, там, где узкая, вьющаяся тропа проходила вдоль места засады, она исчезала за поворотом из гранитной черной боковины скалы, а незаметный навес из такого же исполинского камня скромно слился с горным массивом.

— А «маячки» не обманули, — пробормотал Назаров, тщательно обшарив окулярами козырек. — Там они! Как им хватило ума залезть в такую ловушку? Не идиоты же!

— Отличная позиция, чтобы всех разом накрыть, — кивнул капитан. — Пошлем «импульс»?