Властелин Хаоса - Роберт Джордан

Добрэйн осекся, поскольку в комнату без стука вошла Берелейн. В руках она держала завернутым в одеяло длинный узкий предмет.

Нахлынувшая ярость заставила Перрина позабыть обо всем. Как посмела эта женщина заявиться сюда?! Она что, вздумала с ним заигрывать на глазах у его жены?!

— Вон отсюда! — взревел он, вскакивая с места. — Убирайся, пока я не вышвырнул тебя пинком!

Берелейн вздрогнула и, выронив свою ношу, подалась назад, однако из комнаты не ушла. Спохватился и Перрин. Все смотрели на него. Лицо Добрэйна выглядело невозмутимым, но запах его выдавал искреннее недоумение. У Лойала отвисла челюсть, а уши встали торчком. Фэйли холодно улыбалась — к удивлению Перрина, появление Берелейн вовсе не вызвало у нее вспышки ревности. Зато — невесть почему — от жены пахло обидой.

И тут Перрин увидел, что уронила Берелейн. Одеяло развернулось, открыв взгляду пояс с украшенной изображением дракона пряжкой и меч. Меч Ранда! Мог ли Ранд отправиться куда бы то ни было, не взяв с собой меч? Перрин не был склонен к скоропалительным выводам, но от того, что это могло значить, у него мурашки пошли по коже, а из горла вырвался волчий рык.

— Они схватили его! — вскричала Сулин, да так, что Перрина пробрала дрожь. — Айз Седай схватили и увели с собой моего первого брата!

Щеки ее блестели от слез.

— Успокойся, добрая женщина. Ступай в соседнюю комнату и успокойся, — твердо сказала Берелейн и, обратившись к Перрину и Добрэйну, добавила: — Мы не можем допустить, чтобы она разнесла повсюду…

— Ты не узнала меня, — вмешалась Сулин. — Только и видишь, что это дурацкое платье да отросшие волосы. Смотри, как бы я не устроила тебе то же самое, что, как я слышала, устроил в Тирской Твердыне Руарк.

Перрин растерянно переглядывался с Добрэйном, Лойалом и даже с Фэйли, — правда, та быстро отвела взгляд, в то время как Берелейн съежилась и то бледнела, то заливалась краской. Запах ее указывал на невыносимый стыд.

Никто и шевельнуться не успел, как Сулин шагнула к выходу и распахнула дверь. Проходившая мимо желтоволосая Дева несколько удивленно ухмыльнулась.

— Протри глаза, Луайн, — резко бросила ей Сулин. Кажется, она не только горэрила, но и жестикулировала, однако находившиеся в комнате не могли видеть движений ее рук. Так или иначе, ухмылка Луайн мигом пропала. — Скажи Нандере, чтобы немедленно шла сюда. И Руарк тоже. А мне принеси кадинсор да ножницы, чтобы обрезать эти космы. Чего ты ждешь, женщина? Беги! Ты Фар Дарайз Май или Шаеен М' таал?

Желтоволосая Дева припустила прочь, а Сулин, удовлетворенно кивнув, повернулась назад, к комнате, и закрыла за собой дверь.

Фэйли застыла с разинутым ртом.

— Должно быть, эта женщина сошла с ума, — проворчал Добрэйн, — но, благодарение Свету, она не успела ничего рассказать этой дикарке. Мы сами решим, что сообщить айильцам, ее же на всякий случай придется связать. И заткнуть ей рот.

Он вытащил из кармана темно-зеленый шарф, но Перрин удержал кайриэнца за руку.

— Она айилка, Добрэйн, — промолвила Берелейн. — Дева Копья. Я просто не узнала ее в ливрее.

Как ни странно, Сулин бросила предостерегающий взгляд именно на Берелейн.

Перрин медленно выдохнул — а он-то, дурень, собрался защищать эту седую служанку от Добрэйна. Державшая шарф рука кайриэнца замерла в воздухе, но он по-прежнему вопросительно смотрел на Перрина, — видать, полагал, что связать Сулин все же было бы не лишним. Шагнув между ним и Девой, Перрин поднял меч.

— Я хочу удостовериться, — начал он и неожиданно понял, что стоит очень близко к Берелейн.

Та, в свою очередь, обеспокоенно взглянула на Сулин и придвинулась к нему, словно ища защиты. Однако запах ее не указывал на беспокойство, то был запах охотницы, а не добычи.

— Надобно во всем разобраться, — продолжил Перрин, подходя к креслу Фэйли. Неспешно, как и подобает человеку, просто пожелавшему подойти поближе к своей жене. — Сам по себе меч еще ничего не доказывает.

Фэйли поднялась и, обойдя стол, встала за спиной Лойала, пристально разглядывая доску. Берелейн, в свою очередь, скользнула по направлению к Перрину — она боязливо посматривала на Сулин, но страхом от нее отнюдь не пахло. Перрин, как бы невзначай, двинулся следом за Фэйли.

— Ранд говорил, что трем Айз Седай с ним не справиться, — продолжал Перрин. Фэйли обошла вокруг стола и вернулась на свое место. — А как я понимаю, он никогда не позволял приближаться к себе более чем трем сестрам сразу.

Берелейн вновь придвинулась к Перрину, он — к Фэйли, а та снова поднялась с кресла и оказалась за спиной Лойала. Лойал же обхватил голову руками и тихонько стонал. Тихонько для огир. Берелейн выглядела женщиной, ищущей защиты, но запах ее указывал на решимость.

Резко обернувшись, Перрин ткнул ее растопыренными пальцами в грудь, так что она пискнула от неожиданности. Сообразив, куда уткнулись его пальцы, он отдернул их, словно обжегшись, однако ухитрился придать своему голосу твердость.

— Стой, где стоишь! Оставайся на месте. — Перрин попятился от нее. Ревность Фэйли заполняла его нос, но и запах обиды — невесть почему — стал еще сильнее. Но почему?

— Не многим мужчинам под силу заставить меня повиноваться, — рассмеялась Берелейн, — но ты, кажется, из таких. — Ее лицо, тон и, что важнее всего, запах стали серьезными. — Я отправилась в покои Лорда Дракона, поскольку не могла избавиться от опасений. Все знали, что Айз Седай прибыли сюда, дабы сопроводить Лорда Дракона в Тар Валон, и трудно было понять, почему они вдруг отказались от своего намерения. Мне самой эти сестры нанесли не менее десяти визитов, и всякий раз разговор шел о том, что следует делать после его отъезда в Башню. Сомнений в этом отъезде у них, похоже, не было… — Берелейн умолкла, и у Перрина создалось впечатление, что она размышляет, стоит ли говорить больше в присутствии Фэйли. Возможно, ее смущало присутствие Добрэйна, но скорее дело было все-таки в Фэйли. И запах охотницы появился снова. — У меня создалось впечатление, что мне не мешало бы подобру-поздорову вернуться в Майен. Пока меня не вышвырнули отсюда силой.

— Руарк глупец, — пробурчала Сулин так тихо, что расслышал только Перрин. — Ежели он и вправду относится к этой девице как к дочке, то и отлупил бы ее как следует, для ее же блага.

— Десять? — промолвил Добрэйн. — А вот у меня была лишь одна Айз Седай и всего один раз. И она не обрадовалась, услышав, что я поклялся в верности Лорду Дракону и намерен держать свое слово. Но десять ли, одна ли — дело не в этом. Ключ ко всему — Колавир. Ей ведь не хуже других известно, что Лорд Дракон предназначил Солнечный Трон для Илэйн Траканд… — Добрэйн поморщился. — Конечно, ей следовало бы именоваться Илэйн Дамодред. Тарингейл должен был настоять на том, чтобы Моргейз вошла в Дом Дамодред, а не самому входить в Траканд. Они нуждались в нем и наверняка пошли бы на это. Впрочем, Траканд она или Дамодред, не столь уж важно — у нее куда больше прав на престол, чем у Колавир, тем не менее именно Колавир устранила Марингила и Мейлана, чтобы расчистить дорогу к трону. В этом я убежден. Так же как и в том, что решиться на подобное злодеяние она могла, лишь будучи уверенной в безвозвратном исчезновении Лорда Дракона.