Выбор для Анны - Елизавета Соболянская

Старик подозрительно рассмотрел перстень, потом уверившись велел:

– Слезай с телеги-то, мусор выбросить надо!

Дрэйм сполз, стараясь не смотреть на свою, когда-то белую рубашку, и упал на вытоптанную траву. Мусорщик взял свою дубину и действуя ею как рычагом поднял телегу за фальшивое дно и скинул мусор в овраг. Постучал для верности, чтобы хлам выпал из всех щелей, потом вернул телеге прежний вид. Маркиз вздрогнул от шума и застонал, но сделать ничего не мог.

– Полезайте назад, Ваше Сиятельство, отвезу в город. Только как вы по улице то пойдете?

Дрэйм плюхнулся на голые вонючие доски и заявил:

– Отвезешь к дому, заплачу золотой!

Дорога через город оказалась длинной и неприятной. Сначала маркиз дрожал в одной рубашке от влажного густого тумана, окутавшего город, потом туман рассеялся и неожиданно выглянуло солнце. На тепло и резкие запахи налетели мухи, кусачие, зловредные, жужжащие над больной головой. Привлекать к себе внимание было нельзя, потому Ринкот упражнялся в стойкости, пока телега все катила и катила по брусчатке.

До особняка добрались только после обеда. Конечно пришлось свернуть в проулок для слуг, но там Дрэйму стало даже легче – колеса на мягкой раскисшей от дождя земле не подпрыгивали, так, как на камне, да и тень домов закрывала узкое пространство от яркого солнца, причинявшего ему страдания.

Мусорщик завел лошадей на задний двор и был остановлен выглянувшим во двор лакеем:

– Чего рано приехал? Наш день только послезавтра!

– Лорда вашего привез, забирайте! – крикнул в ответ возница, заставив Дрэйма сжаться и едва не заскулить от боли.

Недоверчивый лакей подошел к телеге. Однако маркиза опознал тут же и немедля помчался за подмогой. Дворецкий выдал вознице золотой, кухарка расщедрилась на пирог, пока двое дюжих лакеев бережно заносили лорда в дом на старом покрывале.

– Несите сразу в прачечную, – скомандовал Дрэйм, – на мне больше блох, чем на дворовом псе!

Не смея возражать слуги отнесли маркиза в прачечную, уложили на широкую каменную лавку. Две дебелые прачки немедля принялись мыть его щелоком и черным мылом, поскольку даже стоять самостоятельно лорд не мог. После помывки «по-черному» Дрэйма закутали в чистую простыню, затем укутали в одеяло и отнесли в его личную ванну, полную душистой пены. Камердинер помог господину побриться, вымыть голову ароматным мылом, надеть свежее белье и лечь в приготовленную горничными постель.

– Вот теперь можете сообщить герцогу, что я дома, – почти прошептал маркиз закрывая глаза.

Герцог Хэвишшем хмурил брови, глядя в окно. Время давно перевалило за полдень, экономка уже спрашивала, где накрыть чай, а о маркизе все еще не было ни слуху, ни духу. Сзади неслышно подошла Анна:

– Милорд, если помните, я закрепила ленту в петлице лорда Дрэйма…

– Да, – мужчина порывисто обернулся, – вы можете его отыскать?

– Моих умений хватает определить только то, что маркиз жив, – ответила девушка, – жаль леди Мелиссу не обучали, маги-стихийники в поиске сильнее ведьм.

– Да, жаль, – повернувшись лицом к гостиной Вардэн увидел, что Мелли тихо, как мышка сидит в кресле, рядом с чайным прибором, и выражение лица у нее самое печальное. – Но это можно исправить, – с легкой улыбкой сказал он, – Дрэйм знает многих магов. Думаю, он способен отыскать для подопечного учителя.

– Это было бы замечательно, – подхватила Анна, – только нужно определить, какой стихией владеет леди Мелисса.

– Это несложно, стихию определят в любой магической школе, там есть соответствующие артефакты, – заверил герцог, потом присел к огню: – могу я попросить чашку чая, леди?

Анна поспешила наполнить чашку, Мелли предложила сэндвичи и тминный кекс. Когда горячий чай и еда немного утишили беспокойство, в двери проскользнул дворецкий, осторожно приблизился, и затаив дыхание сообщил, что к черному ходу подъехала коляска:

– Некто лорд Гален просит аудиенции у герцога Хэвишшема, милорд.

– Гален? Кто это? – нахмурился было Вардэн, потом вспомнил и сильнее свел брови: – проси!

– Сюда, милорд? – переспросил дворецкий, делая вид, что не расслышал.

Вардэн намек понял, поэтому встал, извинился перед юными леди, и велел немедля проводить нечаянного гостя в библиотеку. Вести коллегу брата в свое личное крыло ему не хотелось. Сыщик на службе короля все равно сыщик.

Лорд Гален вошел в библиотеку несколько тяжелой поступью:

– Ваша Светлость!

– Добрый день! Что привело вас в наш дом в этот час? – вежливо спросил Хэвишшем. Он уже увидел, что бастард принца двигается неловко и бережет правую руку. Кроме того, сквозь аромат модного в этом сезоне померанцевого одеколона пробивается терпкий травянистый запах заживляющей мази.

– Маркиз Ринкот пропал сегодня ночью с места преступления, – без околичностей заявил Гален.

– Подробнее, – Хэвишшем вскочил, подошел к резному шкафчику, открыл дверцу и взглядом спросил гостя.

Сыщик кивнул, соглашаясь выпить бокал бренди, и не теряя времени рассказал:

– Преступление в доме Клейморов. Следы похожие на те, которыми интересовался ваш брат, расследуя гибель герцога и герцогини Хэвишшем. Мы допросили всех, он вышел вперед и пропал. Когда я подошел к карете, кучер лежал на сидении оглушенный, мне тоже немного – Гален неосознанно потер бок, – досталось. Догнать нападающего я не смог.

– Позволите осмотреть рану? – спросил герцог, сделав большой глоток.

– Зачем? – недоверчиво попятился сыщик.

– Я мастер фехтования, по виду раны смогу определить оружие и рост нападавшего.

– Рост я вам и так скажу, – буркнул Гален, стягивая камзол, – а оружие вот не знаю какое, но небольшое, что-то вроде кинжала. Рана очень кровавая, хорошо, что с нами был некромант, он сумел остановить кровь.

Хэвишшем глянул на рану, потом помог гостю вернуть повязку на место и снова глотнул вина:

– Рану нанесли кухри, это нож с волнообразным лезвием, они действительно оставляют широкие и очень кровавые раны. Такие клинки любят южане, – задумчиво сказал герцог.

Гален негромко выругался:

– Простите, Ваша Светлость, но маркиз тоже все время говорил о Южных островах. Сейчас все ищут его, молятся, чтобы он был жив, ведь получается Ринкот на верном пути, раз его постарались убрать с дороги.

Хэвишшем не успел ответить: в дверь постучали. Явился камердинер брата с докладом, что лорд Дрэйм уже дома, но очень плох, потому лежит в постели.

– Плох? Ранен?

– У милорда большая шишка на голове, – скорбно сказал камердинер, – и множество мелких ран на теле, думаю ему стоит пригласить лекаря.