Межвремье - Медина Мирай

– Нужно рассказать об этом остальным. – Кален хотел выйти из комнаты вместе с книгой.

– Не сейчас, а когда придет Иона. Она тоже должна знать.

– Не удивлюсь, если давно знает.

– Это вряд ли. Я заметил, что она сама не особо доверяет своему прадедушке. И еще… – Тревис опустил взгляд, – меня кое-что пугает.

– Что? Говори, ну.

– Я слышу голос в голове. Он похож на мой, но я не помню, чтобы говорил такие слова.

– Какие слова?

Тревис сглотнул. Его почти трясло.

– «А давай умрем вместе?»

От этой фразы, произнесенной в устрашающей тишине, у Калена дрогнуло сердце.

– А давно?

– Сколько себя помню.

– Но почему ты говоришь об этом сейчас?

– Потому что… потому что он стал громче и четче после того, как я встретил Ариана и начались наши приключения. – Тревис плюхнулся в кресло. – Мне страшно. Мне снятся странные сны. Там кровь, много крови, тела, улыбки, школа, решетки ворот. Когда мы переместились сюда, мне приснились лес и странный ангар, еще черные машины. Я хорошо запомнил это место и почему-то чувствую, что… – Он поднял на Калена тяжелый взгляд. В горле встал ком. – Я почему-то чувствую, что это место где-то здесь, недалеко. Оно в Сноудонии.

– Тревис, успокойся.

Кален испугался за друга. Впервые. Он наклонился к нему и положил руки на плечи.

– Все нормально. Сегодня-завтра нам стоит расслабиться. Я понимаю, что вокруг происходит неведомая хрень, но мы должны успокоиться, иначе станет хуже.

– Ты прав.

– А еще нам нужно выбрать подарок Ионе.

– Точно. У меня есть немного денег. Надеюсь, за два года в моем мире ценность ваших денег не потерялась.

Он достал свернутые купюры и показал Калену.

– Нет, за два года они не изменились.

Ребята вернулись к остальным и стали дожидаться Иону. Брат и сестра девушки иногда выглядывали из коридора и смотрели на них. Пару раз Ларалайн подзывала их к себе, но те убегали.

– Какие пугливые дети. – Она вернулась на свое место за столом и положила себе немного салата.

– Они приемные.

– По правде сказать, я не понимаю, как двое мужчин могут воспитывать детей, да еще девочек?

– Как видишь, Иона хорошая, не мужеподобная, – заметил Тревис. – Если намекаешь на то, что при воспитании мужчинами девочка может вырасти мальчиком, то это ошибочное утверждение. Даже если бы она вдруг стала мужеподобной, я бы все равно с ней общался.

Ларалайн вытянула губы трубочкой и нахмурилась – ее фирменная фишка. Калена забавляло, когда она так делала.

– Там, откуда я, это неприемлемо. Таких людей сажают в тюрьму и даже убивают.

– Дикие времена. Как хорошо, что я родился в цивилизованном мире, в котором «необычных» людей и пальцем не трогают. Во многих развитых странах.

Кален поперхнулся бутербродом с красной рыбой и стал бить себя кулаком по груди, пытаясь откашляться. Он хотел что-то сказать, но при первой же попытке его атаковал кашель. Он залпом осушил стакан воды и произнес:

– Что это сейчас было?

– Что?

– Типа… – Кален стал мямлить, не зная, как бы сказать так, чтобы не обидеть Тревиса и чтобы Ларалайн не набросилась на него за это. – Ты… то есть… это было сейчас… признание?

– В чем? – Друг прищурился и покачал головой.

– Скрытый каминг-аут?

Тревис, казалось, вот-вот упадет со стула. Он с лязгом бросил вилку на тарелку, проглотил недожеванную еду, застрявшую в горле, резко встал и вышел из зала.

Санни злобно уставился на виновника очередной стычки.

– Молодец!

– Какой еще камин? – поинтересовалась Ларалайн.

Принц удалился, оставив ее наедине с Каленом.

– Я, конечно, не понимаю, о каком камине шла речь, но, если не ошибаюсь, в нашей команде ты наконец обидел всех. Всего за пару дней. А ведь наш книголюб относился к тебе снисходительнее всех. Ты мастер в своем деле. Пойдешь по второму кругу?

Кален бросил скомканную салфетку на стол и покинул зал.

Тревис выбежал на улицу. Ему смертельно не хватало воздуха. Он схватился за сердце, бившееся настолько бешено, что приходилось молиться о каждой следующей секунде жизни. Он оперся о перила и дышал полной грудью холодным вечерним воздухом. Тревис смотрел на включающиеся фонари, наблюдал, как мимо по району проезжают редкие машины соседей, и едва держался на ногах. Возникло ощущение, словно его вот-вот вывернет.

– Как ты? – Из дома вышел Санни. – Что с тобой?

– Все н-нормально, – язык заплетался. – Это пройдет. У меня иногда такое б-бывает.

– Боже мой! – Принц повернулся в сторону дома и крикнул: – Ларалайн!

Спустя несколько секунд гостья из прошлого уже стояла рядом с ними.

– Что такое? – Она едва успела подойти к Тревису, как тот, почти не дыша, упал в ее объятья. Его полуприкрытые глаза смотрели в пустоту.

Ларалайн подхватила парня на руки и невозмутимо обратилась к Санни:

– Нужно вызвать лекаря.

– Позвонить в скорую, – повторил для себя юноша и забежал в дом.

Он столкнулся с Андерсеном и изложил ему суть дела. Мальчишка вызвал врачей, которые приехали спустя десять минут. Все это время Тревис лежал в гостиной, измученный дрожью, холодом и сумбурными мыслями: снова решетки, качели, двери школы, сетка – совсем как в тюрьме. Голова гудела, на лбу появлялись бисеринки пота. Дышать было нечем. Растерянная не меньше остальных Амелия бросилась к окну и раскрыла его настежь. Подул холодный ветерок.

Врач измерила пульс, давление, послушала сердцебиение. Все это время ее лицо не теряло напряженного выражения.

– Что с ним? – спросила Ларалайн.

Девушка ответила, не глядя:

– Он абсолютно здоров, разве что переволновался, но пульс и сердцебиение сейчас в норме.

– Может, это приступ? – предположил Санни.

– Не вижу физических отклонений. Можно провести более детальное обследование, но точно не здесь. Нужно ехать в город покрупнее, в Лондон, например.

– В сам Лондон? – спросила Амелия.

– Нет, у нас нет на это времени. Нам нужно закончить начатое, – прохрипел Тревис.

Врач вскинула брови. Ее лицо озарилось.

– Вы ирландец?

– Да.

– У вас хороший британский акцент. – Ей тут же стало неловко за резкую смену темы разговора. – В любом случае лучше подстраховаться. В нашем городе медицина развита не так хорошо.

– Мне уже нормально, – с облегчением заверил Станли. – Такое бывает, ничего страшного.