Настоящие русалки не носят кольца на пальцах - Элен Будро

Мама скользнула обратно через корму и улеглась в лодке.

— Нормально? — спросила я.

Мама кивнула чуть ниже в воде.

Я снова начала грести, сильнее опуская вёсла в воду, чтобы добиться совместного импульса каноэ и лодки. Я хотела что-то сделать, чтобы мама отозвалась из лодки.

— Поверь мне, как только ты вернёшься домой, тебе сразу же придётся испечь мне печенье, — пошутила я.

Мои руки жгло — вёсла протирали пузырьки мозолей на ладонях. Я попыталась отвлечь себя, вспомнив, как прошёл первый период. Как бы я хотела, чтобы мама задавала вопросы. Так много всего изменилось за последние несколько недель. Я превращалась в русалку (дважды), убежала от орды преступных русалок и теперь спасла маму из импровизированной тюрьмы.

Ха! Раз уж я прошла через всё это, разве теперь меня удержат несколько мозолей? Я гребла ещё час или около того, когда внезапно моё внимание привлекла цепочка огней вдалеке.

— Там мост!

Я услышала, как мама подняла голову из воды, повернув её, без сомнения, чтобы лучше видеть:

— Ты сделала это, Джейд!

— Знаю! — я не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя такой счастливой. Начав медленно грести, сосредоточившись на огнях на мосту, я представляла, каково это будет, когда мама вернётся домой. Наконец-то, домой.

Затем, когда потянула весло назад, я почувствовала, как что-то задело мою руку.

Что-то сырое и волосатое.

Я завопила.

— Что? Что это? — спросила мама.

Они нашли нас.

— Фрешис!

Я быстро вытянула весло из воды и начала бить по выступающим из воды рукам. Но между ударами им удалось ухватиться за борта лодки.

— Джейд! — мамино лицо стало ещё бледнее под неярким светом луны.

— Должно быть, они следовали за солёной водой, которая проливалась из-за плохо заткнутой пробки.

Бам! Бам!

— Будь осторожна! — выкрикнула мама.

Каноэ сдвинулось и накренилось подо мной, когда я ещё раз ударила по рукам веслом. Затем я почувствовала ещё кое-что, качку. Я потянула руку, чтобы успокоить себя.

— Они пытаются опрокинуть меня! — позвав маму, убедилась, что к тому моменту, когда слова достигли её ушей, я уже была в воде.

И быстро шла ко дну.

Озеро поглотило меня целиком, полностью перекрывая ночной воздух. Оно лизнуло холодным водянистым языком мои руки и ноги, и вонзилось в череп своими ледяными когтями. Русалочьи пальцы сомкнулись вокруг рук и ног и потянули меня ко дну.

Собственные волосы в диком танце обвивались вокруг лица, пока я брыкалась в воде, в тщетных попытках вырваться из враждебных рук. Знакомая паника одержала верх надо мной — вода хлынула в легкие, заставляя воздух выйти через нос и рот.

Дыши! Просто дыши! Я вынудила себя вздохнуть, чувствуя отвращение к журчащему ощущению того, как вода заполняет легкие, но, как ни странно, осознание того, что я не задохнулась принесло облегчение. Паника исчезла, и что-то глубоко внутри меня одержало победу. Это пришел ужас, который я уже ощущала в тот день прошлым летом, когда мама исчезла под водой, когда бесчисленными ночами я оплакивала себя вместо сна, когда видела беспомощность в папиных глазах.

И эти монстры — причина всему.

Все до единого.

«Отвалите от меня! — проорала я в тёмные глубины озера, пытаясь отогнать фрешис прочь. Они отпустили лодыжки, только для того чтобы своими руками схватить мои запястья. Я изо всех сил пыталась вырваться на свободу, но смогла только извиваться и крутиться в их лапах, когда они вывернули руки мне за спину. — Глубоководные придурки!»

Чужие голоса фрешис звенели повсюду. Один обернул руку вокруг моего горла. Я ударила его, но уже чувствовала, что мои ноги начали сливаться. Сколько ещё осталось времени до того, как станет слишком поздно и я стану одной из них?

Сверху хлынул тёплый поток. Я подняла голову. Лунный свет пронзал воду, обрисовывая идеальный силуэт мамы: она перевернула лодку на бок и нырнула в воду ко мне, испустив пронзительный визг. Русалки ослабили захват от удивления.

Я повернулась и укусила за руку, держащую меня.

Эееееааа!

Я, пожав плечами, направилась к маме с русалками, вцепившимися в мои ноги. Но пока я плыла, соленая вода из лодки прошла через мое тело.

О, да. Что там говорила мама о соленой воде, ускоряющей трансформацию русалки?

Она всё приуменьшила.

Мои ноги слились в хвост, на этот раз разрывая шорты и нижнюю часть танкини вдоль тела. Мама и фрешис отступили от трансформационной волны. Клочки ткани уплыли прочь.

«Это был восьмидесятидолларовый купальник, придурки!» — закричала я через плечо, ярость настигла меня, но не по поводу купальника, а от принуждения быть под водой. Вырываясь из ненавистных рук и становясь русалкой. Без возможности выбора.

Я вся будто горела в огне.

Новое русалочье тело оказалось жутко неуклюжим, будто я плыла со связанными вместе ногами, но зато зрение и слух улучшились, стала четче видимость и звуки вокруг меня. Я оглянулась вокруг в поисках мамы и поняла, что она заняла мое место, начав сражаться с Финалином и Медорой.

Она у них!

«Отпустите её!» — я, кое-как захватывая воду и отталкиваясь, нырнула вперед к ним, абсолютно не зная, как двигаться с помощью хвоста.

«Плыви, Джейд! Убирайся отсюда!» — прозвенела мама.

Но я никуда не собиралась, а пыталась нащупать поясную сумку, всё ещё привязанную к моей талии.

Финалин повернулся ко мне и усмехнулся. Он кивнул Медоре и издал отвратительную серию звуков. Не нужно было говорить по-русалочьи, чтобы понять, что он насмехается надо мной. И это взбесило меня ещё больше.

«Я сказала, убери свои грязные, вонючие руки от моей мамы!»

Может быть, то, как я сказала это или что-то прозвучало в моем голосе, но Финалин и Медора, похоже, поняли суть, потому что они остановились и перевели взгляд от меня на маму. У Финалина, казалось, умственные процессы протекали намного быстрее, по сравнению с Медорой, потому как вскоре его голос зазвенел с такой скоростью, что ушам стало больно.

Мама огрызнулась своей чредой звуков.

Пока Финалин продолжал разглагольствовать, мне удалось вытащить из поясной сумки перцовый баллончик, который я захватила из кошелька в коттедже.

«Отойди!» — крикнула я маме.

Затем повернулась и распылила.

Вначале ничего не произошло. Но затем перцовый спрей, должно быть, достиг лиц Финалина и Медоры, потому что вскоре весь подводный мир наполнился оглушительным звоном.