Присвоенная, или Жена брата - Ольга Герр

Я не могла понять своих чувств к Арнэю. Слишком много разных эмоций он во мне вызывал. Они смешались в такой дикий коктейль, что отделить одно от другого было невозможно.

Я злилась, боялась… и я скучала. Именно так, я тосковала без наших ночей. Без его поцелуев и прикосновений. Я ненавидела себя за эту слабость. И Арнэя ненавидела за то, что заразил меня страстью.

Какой же он! Я ведь ясно дала понять, что не желаю его видеть. Но кто-то просто игнорирует слово «нет». Такая настойчивость, граничащая с преследованием, пугала. У меня было ощущение, что за мной охотится маньяк. Это не способствовало желанию выйти из комнаты.

Арнэй еще долго говорил со мной, но я не отвечала. Наконец он понял, что все бесполезно и замолчал, но даже тогда остался. Он не издавал ни звука, но я точно знала, что он по ту сторону стены. Каким-то непостижимым образом я чувствовала его присутствие.

Лишь когда он ушел, я смогла вздохнуть с облегчением. К счастью, следующая ночь прошла без визитеров. Но я все равно продолжала подпирать дверь стулом. Мало ли.

Вечно сидеть взаперти я, конечно, не могла. Скоро мое добровольное затворничество начнет вызывать вопросы. К тому же минуло тридцать рассветов — время, отведенное для налаживания отношений с Харальдом.

Чего же я добилась? Да ничего! Благодаря Арнэю наш план рухнул. Очевидно, что Харальд окончательно вычеркнул меня из своей жизни, он открыто дал это понять.

Но есть еще сам Арнэй. Я мысленно представила дядю Олафа и наш возможный разговор.

— Как мне поступить в этой ситуации? — спросила я у вымышленного дяди.

— Используй страсть Арнэя на благо семьи, — воображаемый голос звучал до боли реально.

Да, именно так и ответил бы дядя Олаф. Он не был распутником, но всегда считал, что цель оправдывает средства. Ради своего рода можно пойти на что угодно — эта истина придумана не мной.

Сам дядя многим пожертвовал ради Альдвинов, которые даже не были его семьей. Ведь он брат матери. Но он отрекся от своего рода и примкнул к чужому, чтобы помогать сестре. Это означало добровольный отказ от жены и детей. Никто не пойдет за такого мужчину. Я и Сигурд заменили ему родных детей.

Я всерьез задумалась над словами воображаемого дяди. Способна ли я зайти так далеко?

Арнэй меня пугал. Своим напором, одержимостью и страстью. Если я решусь на эти отношения, то их последствия непредсказуемы. Шестое чувство кричало, что ничем хорошим это не закончится. Все уже и так плохо, а будет еще хуже.

Я боялась за свое будущее, но речь шла о выживании моего рода. Бросить семью в беде я не могу.

Спустя три рассвета я вышла из комнаты, так ничего и не решив. Но именно в этот день должен был приехать гонец из крепости Мирная.

Я пришла на общий обед, чем заслужила одобрительную улыбку свекрови. Количество людей за столом увеличилось. Теперь с нами обедала невеста Арнэя и приехавшие с ней родственники. Я была едва знакома с Терезой. На вид она казалась милой, но все равно мне не нравилось. Одним богам известно почему.

— Я рада, что тебе лучше, Фрея, — сказала она. — Твое недомогание не на шутку встревожило нас. Я хочу, чтобы тебя осмотрел мой личный лекарь.

— В этот нет нужды, — покачала я головой. — Сейчас я чувствую себя хорошо.

— Вполне возможно, что твое самочувствие связано с интересным положением, — улыбнулась свекровь. — Надо это проверить.

Ее слова произвели фурор в обеденном зале. Харальд со звоном бросил вилку на стол. Казалось, он едва сдержался, чтобы не воткнуть ее в меня.

Арнэй нахмурился. А чего он ожидал? У меня для него новости — от близости мужчины и женщины рождаются дети. Наш случай в этом плане не уникальный. Я думала, что делю ложе с мужем и не пила настойку против беременности.

Зато Тереза мне улыбнулась, поздравляя с возможной беременностью. Почему-то именно ее улыбка раздражала сильнее всего.

— Хорошо, — кивнула я, — пусть лекарь приходит.

В конце концов, лучше знать, настолько плачевно мое положение.

— Отлично, — улыбнулась свекровь. — В ближайшие дни он посетит тебя и осмотрит.

В обеденном зале повисла тягостная тишина. Слышно было только, как вилки скребут по тарелкам. Это я и Арнэй ковыряли рагу. Харальд сидел с таким видом, будто его вот-вот хватит удар. Зато свекровь ела с аппетитом.

Именно в этот момент дверь в зал открылась, и слуга доложил о гонце из крепости Мирная.

— Он просит немедля его принять, — сказал слуга. — Утверждает, что у него срочные новости.

— Пусть войдет, — поспешно кивнул Харальд. Он был рад отвлечься от разговора о детях.

Слуга распахнул дверь шире, пропуская гонца. Когда тот вошел, все отложили столовые приборы.

Дорожная пыль покрывала гонца с головы до ног. Лицо тоже было в грязи, словно он ни разу за поездку не умывался. Щеки мужчины ввалились, а камзол, кажется, был ему велик.

Он ехал от крепости Мирная до крепости Кондор без отдыха и остановок. Исхудал, устал, но добрался в рекордное время. У меня сердце екнуло при виде таких жертв. Неужели ситуация настолько ужасна?

— Подайте ему воды, — взмахнула рукой свекровь.

Слуга тут же наполнил чашу и протянул ее гонцу. Тот пил, захлебываясь и фыркая. Капли стекали по подбородку и дальше по шее за отворот рубахи.

Допив, гонец поставил чашу на стол и произнес:

— Приветствую славный род Гидеонов. Меня прислал Сигурд Альдвин. На крепость Мирная совершенно нападение. По праву родства Сигурд просит у вас помощь в борьбе с захватчиками.

При упоминании брата мое сердце сжалось. Как он там? Все ли родные живы и здоровы? Я обязательно позже найду гонца и расспрошу его.

— Кто напал? — спросил Арнэй. — Черноскальные?

Я слышала о крепости Черноскальная. Она стоит у границы гор. Говорят, часть ее вырублена прямо в толще скал. Там живут дикие и суровые люди. Из-за неблагоприятных климатических условий и скудной почвы им не хватает еды. Поэтому они издавна стремятся расширить свои владения за счет соседей. Об их агрессивности ходят легенды. Люди говорят: злой как черноскальный.

Неудивительно, что Арнэй заподозрил их. Наши крепости расположены по соседству от Черноскальной. Мы тоже думали, что монстры — их рук дело. Созданные их магами существа. Но нам не хватало доказательств.

— Нападавших не удалось установить, — нехотя признался гонец.

— Как это возможно? — удивилась свекровь. — Вы что же не смогли рассмотреть знамен чужого войска?

— Не было знамен, госпожа, — мрачно ответил гонец.

Мы подобрались к самой сложной части его речи. На этом моменте собеседник обычно узнавал, что мы имеем дело с монстрами, которых кроме нас никто не видел. Этим все и заканчивалось. Гонца поднимали на смех, а нам отказывали в помощи.