Code. Носители - Джон Маррс

Перед глазами возникли образы – вполне возможно, надуманные, – как Эмилия обсуждает проект с архитектором и как чертежи оживают на столе в трехмерную проекцию. Затем экскаваторы роют котлован под фундамент.

«Не верьте своему мужу, – эхом прозвучало в ушах. – Тед вам не ближе, чем я».

По коже пробежал уже знакомый холодок. Вариант виделся один из двух: лжет либо Тед, либо та женщина. Только зачем врать ему? Он относился к Эмилии с таким теплом, искренне пытался пробудить память… Ни одного повода для сомнений не дал. Хотя откуда беременная знает обоих? И какой смысл врать ей?

Эмилия вновь потянулась в карман и потеребила в пальцах визитку.

Она проследовала за Тедом на кухню – от и до минималистичную, неброскую, без торчащих ручек и зияющих розеток. Исключение составлял холодильник, который пестрым ковром покрывали магниты с названиями стран и городов: Лас-Вегас, Дубай, Сейшелы… Тут же красовались и грошовые, из британских городов, резко контрастирующие с иностранными. В целом на фоне стерильной кухни холодильник был своего рода оригинальной изюминкой.

– Мой грешок, – раздался за спиной голос Теда, заставив вздрогнуть. – Привез тебе как-то один из Италии, ну и пошло-поехало. Теперь традиция: куда ни поеду в командировку, привожу тебе магнитик.

Она потянулась к одному.

– Не надо! – Тед с натянутой улыбкой придержал ее руку. – Некоторые сломаны и еле держатся. Тронешь – упадут.

Эмилия кивнула.

– Я поброжу по дому одна, можно? Тут столько всего, голова кругом… Одной будет легче.

– Само собой. Торопиться некуда, так что вперед. Когда осмотришься, приходи ко мне в кабинет. Вниз по лестнице и… ну, найдешь.

Эмилия отправилась исследовать дом. На белоснежных стенах висели абстрактные картины, на тумбочках и столах красовались статуэтки и аксессуары. Она перенюхала духи в гардеробной, забитой одеждой, обувью и сумочками. Просмотрела плейлист в аудиосистеме, изучила, от каких фирм еда на кухне. Несколько раз втянула ноздрями запахи бетона, штукатурки и древесины. Принялась и за книжные шкафы во всю стену. Среди доброй полусотни трудов по медицине и химии, альбомов, книг по архитектуре, живописи ютилась коллекция томиков Шекспира в аккуратных кожаных переплетах.

Вдруг пробудился образ: Эмилия бродит по магазину меж стеллажей с техникой, рассматривает планшеты в самом дальнем углу, ни на секунду не теряя из вида выход.

Она зашла на «ReadWell», но в какой раздел, зачем? Не вспомнить. За спиной послышались грузные шаги, и тут в дело вступили рефлексы: кулак рванулся за спину, впечатался в нос. Злоумышленник охнуть не успел, как получил локтем в живот и от подсечки рухнул навзничь. Тут Эмилия выхватила продолговатое, серебристое нечто и острым концом занесла над головой мужчины.

– За что?! – прохрипел он.

Эмилия остолбенела. Кровь из носа юноши струилась по подбородку прямиком на белую футболку. «Продавец-консультант Тимоти», – гласил бейджик.

Оба ошарашенно застыли без движения.

Тут воспоминание – если это было воспоминание – сменилось чернотой, как в конце фильма. Не успела Эмилия прийти в себя, как в кармане завибрировал выданный Тедом телефон. Муж прислал короткое сообщение: «Я тебя люблю».

«С чего бы? – подумала она. – Я-то понятия не имею, кто такая, – так куда уж тебе?»

Осматривалась она уже добрый час, а ответов до сих пор так и не нашла. Оставалось спуститься в подвал и мимо спортзала пройти в последнюю неосмотренную комнату – кабинет Теда. Изнутри доносилось два приглушенных голоса. Эмилия хотела было постучаться, но вместо этого прижалась ухом к двери.

– Глаз с нее не сводите, – сказал Тед. – Одну за ворота не выпускать, все ясно?

– Боитесь, опять сбежит? – спросил неизвестный собеседник.

– Не знаю. Зависит от того, что вспомнит.

– А если вспомнит все?

– Тогда опять на препараты.

«На препараты»?! Сердце захолонуло. Ее раньше держали на транквилизаторах? А место, откуда она сбежала, – Тед и с ним связан?

Говорящие приблизились к двери. Эмилия спиной выскользнула через черный ход в сад и пошла по мощеной дорожке. С каждым шагом внутри все сильнее расползалась дурнота.

В этот миг в отдалении послышался лай. Эмилия подняла глаза и увидела, как к ней бегут два рыжих лабрадора с прямыми, как штыки, задранными хвостами – признак настороженности.

– Привет, ребятки. – Клички упорно отказывались всплывать в памяти. – Скучали по мне?

Бегло обнюхав ее, псы потеряли интерес и засеменили прочь. Ясно: знали «хозяйку» не больше, чем она их.

Хотелось где-нибудь обмозговать подслушанное в одиночестве. Вдруг Эмилия застыла на месте; за спиной – дом, впереди – газон. Она ведь здесь пленница, так? Угодила в ловушку и не заметила?

Эмилия направилась к леску, и вскоре дом скрылся из вида. Показалась извилистая тропка между соснами и ясенями, которая вывела ее к запасным воротам. Стоило к ним приблизиться, как из ниоткуда возник Джозеф.

– Я могу чем-то помочь?

– Вы за мной следили?

– Хотите уйти?

– Это мое дело.

– Если хотите, дайте знать. Что-нибудь придумаем.

– Мне запрещено, что ли?

– Быть может, вам сначала лучше поговорить с мужем?

– Это вопрос или наставление?

Его красноречивое молчание ответило лучше всяких слов.

Эмилия зашагала назад и на выходе из леска остановилась перед самым газоном. В доме за окнами гостиной стоял тот, кто представился Эмилии мужем, и пристально следил за ней цепким взглядом.

– Умоляю, не убивайте! Все сделаю! Исполню любое желание!

– Это вряд ли, – ответил Бруно и нарисовал перед глазами себя с Луи в старом доме.

– Вы за своими деньгами пришли? Я достану. Честно, достану, только не убивайте! Я не хотел их отнимать!

Кто знает, что у него там на лице под рекой крови… Искренне молит или только из страха? Бруно шагнул ближе. Мужчина свернулся в клубок, инстинктивно прикрывая голую грудь – до чего убогое зрелище! Из рваных ран на спине торчали красно-сизые клочья мышц. Под сапогами хрустело битое стекло из окон, в которые Бруно дважды впечатал несчастного головой. Как и в туалете на автостанции, тут сыграла на руку неожиданность.

– У меня семья! – проблеял мужчина. – Сын!

– И у меня был, – хладнокровно ответил Бруно, и перед глазами вновь встал Луи. Рука сама замахнулась – и раз, другой, третий саданула по почкам. – Вы его отняли.

Он глянул на петлю поверх шеи жертвы, затем на узел вокруг балки под потолком застекленной веранды. «Так и надо крысе, разлучившей отца с сыном», – мелькнуло в голове.