Ересь внутри - Роберт Хейс

Спустя некоторое время к нему присоединился капитан, спиной оперевшись о бортик. На его лице играла ухмылка.

— Хороший ветер. Если так будет и дальше, покажем отличное время, арбитр.

Если бы Танкуил решил подобрать слово, описывающее голос капитана, он бы выбрал «соленый».

— Это да, но вот будет ли так дальше?

— Трудно сказать. Ветер делает что хочет, а морской ветер — тем более.

Даркхарт кивнул, словно заявление капитана было мудрейшим утверждением из всех, что ему доводилось слышать. Он давно уяснил, что зачастую, когда тебе нечего сказать, лучше просто промолчать.

— Ты не любишь море, не так ли, арбитр? — наконец спросил капитан.

Танкуил не переставал восхищаться людьми. Инквизиция была самой пугающей организацией во всем мире, и арбитры были ее орудием, несущим праведный суд. Большинство людей прекрасно знали, что не стоит даже разговаривать с арбитрами. Они были судьями, присяжными и карателями в одном лице. И все же раз за разом Танкуил становился объектом расспросов. Быть может, потому, что сам он ненавидел задавать вопросы.

— Мне казалось, это не настолько очевидно, — ответил он, стараясь придать своему голосу нотки угрозы. Не получилось.

— Для большинства, может, и нет, — сказал капитан важно, — но я провел в море почти тридцать лет и научился подмечать такие вещи.

— Не сомневаюсь. Как по мне, трудно любить что-то, что способно убить тебя бессчетным количеством способов. Штормы, гигантские волны, пираты, морские змеи. Трудно придумать врага более опасного, нежели море.

Капитан расплылся в ухмылке.

— Ага, и это если забыть про водовороты, сирен и корабли-призраки. — Мужчина рассмеялся. — Штормы опасны, но в это время года они редки. Там, где мы ходим, гигантских волн не бывает — ищите их ближе к Драконьей империи. Пираты, да, могут доставить проблемы, но я еще не встречал пиратов, которые смогли бы догнать «Насмешку моря». — Он провел рукой по борту с такой нежностью, словно это была его любимая женщина. — И наконец морские змеи. За тридцать лет в море я ни разу их не видел.

— Это еще не значит, что их не существует, — почесывая щетину на подбородке, возразил Танкуил. — Я никогда не видел дракона, но знаю, что они существуют.

— Я видел, — похвастался капитан. — Чертовски впечатляющее зрелище, но далеко не такое страшное, как рассказывают.

Мужчина хлопнул Танкуила по плечу и отстранился от ограждения.

— Три недели на борту, арбитр, так или иначе. Расслабься и получай удовольствие. — В море он выглядел совсем другим человеком. Намного счастливее, чем тот, которого Даркхарт встретил в доках. — В конце концов, никакая беда с вами не случится. Арбитры же Божьи избранники, не так ли?

Танкуил кивнул с деланой улыбкой и вернулся к созерцанию моря. Сарт превратился в еле заметное пятнышко на горизонте. Арбитр произнес благословение зрения, но даже так смог различить лишь черную башню Инквизиции и белую — императорского дворца. Хорошая пара, ничего не скажешь.

Коррал — последнее место, где Бетриму хотелось находиться. Но по иронии судьбы именно здесь он торчал уже два дня. Огромному стаду — вечно движущейся массе зверей всех видов и размеров — потребовалось пять дней, чтобы пройти и дать людям Босса завершить путешествие. На равнинах еще оставалось множество животных, но они хотя бы не стояли плотной стеной и вообще куда охотнее пропускали наемников, когда те оказывались у них на пути.

Проход стада сыграл бандитам на руку — Коррал просто кишел людьми. Охотники, свежевальщики, кожевенники, торговцы, моряки и черт знает кто еще наводнили город, и стража была слишком занята поддержанием порядка, чтобы высматривать преступников, за чьи головы объявлена награда. Мослак подыскал для отряда небольшую лачугу настолько близко к докам, насколько возможно, а Босс разнюхал, как им попасть на бот до Чада.

Только Зеленый мог спокойно бродить по улицам свободного города, остальные же были слишком известны и слишком приметны. Однако никто еще не доверял Зеленому, так что Босс приказал всем оставаться в лачуге до тех пор, пока судно не будет готово к отплытию.

Сидеть днями напролет в тесной каморке с одними и теми же людьми не каждый вытерпит, и Бетрим чувствовал, что он уже на грани. Шустрый со своими едкими комментариями… Зеленый с его наивным поклонением Черному Шипу… Мослак, вечно полирующий свои кости… Даже Шустрый стал мрачнее тучи, а ведь должно было произойти что-то невероятное, чтобы он перестал улыбаться.

Но сегодня все было по-другому. Сегодня они наконец должны были убраться из этой задницы свободного города. Босс все тщательно проработал, а они просто ждали его приказа. И поэтому когда южанин вышел из своей с Генри комнаты и скомандовал отправление, Бетрим был готов ликовать вслух.

— Пора нам отсюда выбираться, — сказал Босс, сверкая металлическими зубами собравшейся группе головорезов. — Бот отплывает через час, и те, кто его упустит, пролетают мимо работы в Чаде, так что…

Внезапно снаружи раздался топот сапог — такой ни с чем не спутаешь, — и дверь резко распахнулась. Один из стражников попытался ворваться внутрь, возникнув прямо позади Бетрима, но Шустрый оказался быстрее всех. Нож полетел за спину Шипу и вонзился в шею стражника. Мгновение спустя Бетрим мощным ударом вытолкнул истекающего кровью человека за дверь и с грохотом ее захлопнул.

Тишина.

— По приказу стражи Коррала, бросайте оружие и выходите! — раздался крик снаружи. Хорошо хоть они больше не пытались взять лачугу приступом.

Зеленый быстро заглянул в дыру в стене.

— Дерьмо.

— Сколько их? — спросил Босс.

— Черт знает, — дрожащим голосом ответил парень. — Я до стольки считать не умею.

Шустрый плечом отодвинул Зеленого и сам уставился в дырку.

— Он прав, Босс. Мы в заднице. Их, должно быть, около двадцати. Плюс те, кого я отсюда не вижу.

Босс мрачно кивнул.

— Законы свободного города. Если мы сможем добраться до бота и заплатить капитану, чтобы он нас не вышвырнул, то стражникам нас не взять. Мослак, задняя стена. Разделитесь и рвите когти в доки так быстро, как только сможете. Судно называется «Подбитая чайка». Любой, кто не успеет, остается сам по себе.

Босс не успел договорить, а Мослак уже хорошенько потрудился, разбирая заднюю стену. Даже здоровяку хватило бы места пролезть. Не говоря больше ни слова, все они выбрались через пролом и двинулись в противоположных направлениях.

— Я с тобой, Черный Шип. Показывай дорогу.

Опять Зеленый использовал его кличку и опять достаточно громко для того, чтобы народ в округе услышал. Это уже перебор.

Черный Шип схватил Зеленого за волосы и взмахнул топором прямо перед его носом.

— Если ты только попробуешь пойти за мной, я тебе к черту отрублю ноги и оставлю подыхать. Усек? — зашипел он в лицо парню.