Игра II - Павел Михайлович Пуничев

поднял очки дополненной реальности на лоб, так как машину уже было видно своими глазами. Вернее, был виден её багажник, так и торчащий из кустов, но и этого достаточно, чтобы безошибочно узнать в машине Лада Ракету — двухместный электрокар, мировой лидер по продаже в этом сегменте наземного транспорта. Броский дизайн, удачное техническое решение, монокок, четыре электрических двигателя, по одному на каждом колесе, с общей мощностью в две тысячи лошадиных сил. При весе в пятьсот килограмм, мог разогнаться до сотни за полторы секунды, при этом цена была на неё вполне умеренная, так что неудивительно, что их было полно везде, даже в нашем захолустье. Не будь у нас генераторов, это была бы крайне важная находка. Аккумуляторы в этой машине были очень вместительные и, если машина не загорелась при столкновении, то они, вполне возможно, в рабочем состоянии и от них можно было бы зарядить Тузика и наши квадрокоптеры. Но и так, если она на ходу, то мы через какие-то двадцать минут можем оказаться на месте. Конечно, придётся бросить Тузика здесь ему за нами не угнаться, да и телегу прицепить будет к нему затруднительно, зато машина едет почти беззвучно и вряд ли привлечет чьё-то ненужное внимание. Уже практически ощутив себя в шаге от цели нашего путешествия, я как наяву увидел, как моя рука ложится на броню механического шагохода, я медленно сошёл с дороги, поводя стволом автомата из стороны в сторону, высматривая в густой траве и за деревьями затаившихся заражённых. Простоял у кустов фактически минуту не двигаясь, только вслушиваясь и всматриваясь в неверные тени леса, стараясь всей кожей ощутить исходящую из него потенциальную опасность. Так ничего и не почувствовав, и не увидев, стараясь не шуметь, влез в кусты. И тут же начал выбираться обратно, крайне испуганный увиденным. Передка у машины, несмотря на монолитный корпус не было, а вернее, их было целых три. То есть нет, он не разлетелся на части от удара о дерево, а был нашинкован, будто варёная колбаса острым ножом. Ровные куски шириной сантиметров по тридцать, первый с фарами и бампером, второй с рассечёнными пополам электродвигателями, и третий, идущий в начале лобового стекла, рассечённого с такой же лёгкостью, как и металл. Как при этом не коротнули разрубленные литиевые батареи было выше моего понимания, но никаких следов возгорания не наблюдалось. Впрочем, пострадала не только машина, но и дерево, до которого она не доехала считанные сантиметры: начиная с двухметровой высоты в дерево врубился неведомой клинок, прошедший до середины ствола и самых корней, заставив половину древесного ствола скрутиться будто стружку под рубанком умелого плотника. Я посмотрел на свой потрошитель и понял, что даже бросив все наноботы в единовременное усиление, я бы не смог сделать ничего подобного, даже если бы мой клинок выдержал подобный удар. И я совершенно не хотел встречаться с тем, кто это сделал. Конечно, даже после всех случившихся с нами коллизий у нас осталось кое-что из тяжелого вооружения, если можно назвать тяжёлыми два заряда для РПГ и восемь мин, подвешенных под парящими над нами квадрокоптерами, но они были оставлены на самый крайний случай, и нарываться на этот самый случай специально, явно не стоит. Я сделал ещё один шаг назад и тут же почувствовал тяжесть на своём плече. Так быстро, как в этот раз я ещё никогда не разворачивался, впрочем, это оказался Зубр, который приложив палец ко рту, указал глазами мне за спину. В этот раз я разворачивался очень медленно, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания, но, когда развернулся, так ничего и не увидел. Пришлось Зубру еще раз ткнуть пальцем, в этот раз указав на землю. Высокая трава все равно скрывала подробности, пришлось подойти поближе, туда, где на взрытой, истерзанной земле нашлось то, что осталось от пассажиров машины. Как я и думал, это оказалось четверо зараженных, что отчетливо было видно по облысевшим головам, сейчас грубо отделенных от тел, которые в свою очередь были рассечены на части, и из которых на залитой кровью земле был выложен непонятный рисунок. От его вида меня взяла непонятная оторопь и это произошло не только от того, что он был выложен из потрохов и частей разрубленных тел. От составленного рисунка веяло непередаваемой угрозой, хотя это была просто кривоватая трехлучевая звезда или стилизованная человеческая фигура с воздетыми руками, однако, глядя на нее, мне сразу же захотелось оказаться как можно дальше отсюда.

— Это гвиздец какой-то, Зубр, давай, валим отсюда!

Глава 9

Я, стараясь даже не шевелиться, снова внимательно осмотрел окружающий лес, затем бросил ещё один взгляд на устрашающий знак:

— Сегодня жарковато, а от трупов тухлятиной не тащит, пахнет только кровью и потрохами.

— Значит, — подхватил мою мысль Зубр, — они ещё совсем недавно были в не разобранном состоянии, бродили вокруг машины, ждали тех, кем можно было бы полакомиться, но дождались кого-то совершенно другого.

— Совсем недавно, — кивнул я головой, — и, возможно, этот кто-то другой ещё совсем близко.

Стоило мне это произнести, сразу же, как будто в дешёвой мелодраме, метрах в пятнадцати от нас зашевелились кусты, выпуская на волю нечто бесформенно-угловатое, чьи истинные очертания было очень трудно разобрать в этом мире, наполненном полутенями и солнечными бликами, пробивающимися сквозь редкую листву подлеска. Нечто негромко загудело и понеслось в нашу сторону, так как оно явно было выше нас на две-три головы, то мы предпочли передислоцироваться на более удобные позиции, чем вступать в безнадёжный бой, ибо несущаяся на нас громада была явно делом рук человеческих и при этом неплохо бронирована, так, что шанс завалить этого монстра с одной автоматной очереди был минимальным, а на большее он нам времени бы и не дал.

Скрипя сервоприводами и яростно взрывая дёрн единственным колесом, робот нёсся к нам на устрашающей скорости. Зубр, словно акробат со стажем, ухватился за низко свисающую ветку, сделал подъём с переворотом и уже через миг забрался на следующую ветку, будто буквально вчера я ему не вспорол живот и не вытащил оттуда гнездо зарождающихся пауков.

Я же рванул к машине, влетая внутрь, захлопывая за собой дверь и отчаянно дёргая предохранитель калаша. Не очень умное решение, учитывая то, что кто-то совсем недавно нашинковал эту самую машину будто колбасу, её не спасло ничто: ни корпус из композитных материалов, ни внутренние металлические детали, ни стекло из плохо поддающегося разрушению полиматериала.