Лёгкое пёрышко. Как туман на ветру - Мара Вульф

– Я же этого не знала!

– Теперь знаешь, и в следующий раз будешь умнее, – примирительно сказал Рубин. – Ты хоть что-нибудь выяснила?

В конце концов, он, казалось, верил мне, в отличие от Рэйвен.

– К сожалению, нет.

Я в третий раз пересказала события.

– Интересно, как этому парню удалось усыпить стражников, причем так крепко, что они ничего не поняли.

Позади меня открылась дверь, и из своей спальни, которую он делил с Рубином и Кассианом, вышел Виктор. Он спал крепче, чем остальные.

– Что случилось? – спросил он, садясь рядом со Скай.

– Ничего страшного, – заявила я и коротко пересказала ему свою историю.

– Ты правда не узнала этого парня? – спросил Рубин. – Что-нибудь примечательное? Осанка? Мантия? Ты смогла разобрать, что он говорил?

Я покачала головой.

– Если бы я не наступила на палку, смогла бы дольше за ним понаблюдать. Зачем он пытался заморозить газон?

– Может, он один из магов, пытающийся попробовать что-то. В Аваллахе колдовать запрещено. Наверное, некоторым это дается тяжело. Ты не единственная, кто любит нарушать правила.

– Вряд ли, – отозвался Фрейзер. – Как-то все это подозрительно. Стражники не могли так крепко заснуть сами по себе, а Рэйвен бы почуяла магию. Вспомните небольшой казус с Перл. Тогда она за считаные минуты в общей комнате оказалась. – Он обменялся взглядами с Рубином.

– Это может быть печать, – осторожно высказался тот. – Ты не думала об этом? Может, она кем-нибудь манипулирует.

Я думала об этом, но признавать этого не хотела.

– Она ни разу не шевельнулась с тех пор, как мы вернулись. Она явно ничего не сделала.

– Но силы своей точно не утратила, – сообщил Виктор. – Ты светишься, как диско-шар.

– Что, прости? – Я обхватила свою чашку с чаем. – Что ты имеешь в виду?

– Печать ведь магический предмет, – ответила за него Джейд. – И она даже не пытается скрывать это. А ты что, хотела таскать ее с собой как талисман? Если не хочешь, чтобы Дэмиан отобрал печать, спрячь ее получше.

Я положила руку на яйцо, защищая его.

– Все это видят?

Почему Элизьен не сказала мне об этом? Она должна была знать.

– Нет, только действительно магически одаренные существа признают силу печати, – ответил Виктор.

Рубин болезненно скривил лицо.

– Ой, – тихо выдохнул он.

– Извини. – Виктор не походил на того, кто жалел о сказанном. – Я не знал, видишь ли ты ее.

Он мог бы поинтересоваться об этом раньше, но младшего брата к себе и близко не подпускал.

– Без проблем, – отозвался Рубин. – Я все равно знаю, что Элиза постоянно таскает камень с собой.

– Есть у кого-то какие-либо мысли? – спросила я у ребят. – Я не хочу, чтобы печать доставила лишние неприятности, но и отдавать не собираюсь, пока Грейс не вернется.

Наконец-то я могла обсудить это со своими друзьями. Давно было пора с ними поговорить. В одиночку я дальше не продвинусь.

– Ты должна выбросить эту надежду из своей головы, – снова вмешался Кассиан. – Она мертва. Камень надо доставить к священному дереву, прежде чем кто-то снова злоупотребит его силой.

– В глубокий сон стражников погрузил явно не камень, – защищала печать я. – Если бы только Мерлин поговорил со мной!

– Он поговорит, но ничего нового ты от него не услышишь.

Глупые мысли-читатели.

– Тебе следует придумать несколько веских аргументов, почему ты не хочешь отдавать камень на его попечение, – посоветовал мне Кассиан. – И не говори ему о Грейс. Все народы потеряли кого-то из-за этого камня, и никто никогда не возвращался.

– Я помогу тебе его спрятать, – сказала Солеа, неуверенно улыбнувшись. – Если бы я знала, что Рэйвен поднимет такой шум…

Я отмахнулась, нервно накручивая прядь волос между пальцев. Ей не за что было извиняться.

– И как ты собираешься это сделать? – полюбопытствовала Скай у фавны. – Это должно быть очень безопасное место.

– Я бы предпочла обсудить это наедине с Элизой, если вы не возражаете.

Скай кивнула, единственная из всех сидящих за столом.

– Будь осторожна. Я не доверяю этой штуке. Нельзя допустить, чтобы она забрала еще одну жертву.

Может быть, я была чересчур наивной? Вдруг печать манипулировала мной, чтобы я защищала ее, пока она не вернется к колдунам? Нельзя забывать о такой вероятности.

– Нам всем пора спать, – заметил Кассиан. – Впереди напряженные дни. Послезавтра собирается Совет, и мы должны быть начеку.

– Это потому, что в замке будут колдуны? – спросил Рубин. – Думаешь, там, на поляне, был один из нас? – Его голос прозвучал враждебно.

– Я вообще ничего не думаю. Просто хочу, чтобы все были предельно осторожны, – спокойно ответил Кассиан. – Элиза подверглась нападению не в первый раз, и этот последним тоже не будет. Все эти происшествия тянутся к ней, как мотыльки к пламени.

– В этот раз на нее никто не нападал, – вмешался Виктор. – Но ты прав. Ей стоит быть осторожнее. Рэйвен должна удвоить количество стражников. Нам всем нужно стать внимательнее. Отец что-то замышляет, и пусть он притворяется, будто ему дорога судьба нашего народа, я бы не стал ему доверять.

Рубин покачал головой. На его лице было написано, что он осуждает Виктора за отсутствие лояльности к отцу. Правда, он не знал своего отца так хорошо, как брат. Он вырос с матерью, не признававшей его, и я не могла винить его за то, что он надеялся на отца, который полностью принял бы его. Но должен ли им стать Дэмиан де Винтер? Я не понимала, как Ларимар в него влюбилась. С другой стороны, колдун этого и добивался, а эльфийка была молода и глупа. Ситуация казалась мне знакомой.

Я поднялась с лавки.

– Можем ли мы спрятать печать завтра? – спросила я Солею. Сегодня я была ни на что не способна: моя голова гудела.

– Естественно. Я все подготовлю.

– Тогда я пойду спать.

Джейд и Скай присоединились ко мне, а ребята остались в комнате.

– Вы покинете замок на время собрания Совета, – сообщил нам Лорис следующим вечером за ужином. В замке весь день царила странно напряженная атмосфера.

Там, где всегда раздавались болтовня и смех толпы студентов, теперь стояла тишина. Я периодически замечала на себе подозрительные взгляды, когда все обсуждали мои ночные похождения. Объявление Лориса обрушилось на нас бомбой.

– Это решение Мерлин, Элизьен и Майрон приняли единогласно.

– Сейчас же не каникулы, – отозвалась Перл. Маленькая ведьма вела себя необычно тихо после нашего последнего разговора. – Почему мы не можем остаться?