Песнь златовласой сирены. Сила Земли - Франциска Вудворт

– Попробуй теперь ты повторить. – Уже он схватил меня. Резко крутанувшись, я добилась лишь того, что к нему прижалась.

– Хватит об меня тереться! – рыкнул Кайл. – Жестче!

Я повторяла и повторяла, пока у меня не онемели плечи, прежде чем более или менее мне удалось от него отцепиться.

– Теперь смотри связку. – Он потребовал, чтобы я схватила его за грудки. Крутанувшись корпусом в бок чуть менее резко, он добился того, что я отцепилась, но не улетела, а потом провел бросок и впечатал меня в пол.

– Вставай, я покажу медленно, – довольно усмехаясь, произнес рыжий.

Какой вставай? Я дыхание восстанавливала, так как от удара его из меня вышибло. Кайл наклонился и, встряхнув меня как котенка, поставил на ноги. Я пошатнулась, но устояла.

– Смотри! – Он медленно показал мне весь прием и уложил на пол, не впечатывая. – Понял? Повтори!

Хотела я высказать ему все, но он схватил меня за грудки, и я на автомате крутанулась корпусом, освобождаясь. Затем последовала маленькая заминка, после которой я попыталась провести прием. Когда он показывал, то все так легко было, а на деле… Я устала, у меня не хватало сил сдвинуть рыжего с места.

– Четче движения! – поучал он. – Руку выше… Толкай!

В конце я так озверела, что в ярости схватила его за грудки. Не самый умный поступок, но я уже не соображала от усталости и взмокла как мышь. Быстрое движение, и меня впечатало в пол. А потом я увидела перед собой злое лицо Кайла:

– Ты слаб! Своей слабостью ты будешь подставлять раз за разом меня и Дага! – Он придавил меня руками за плечи к полу, и я была не в силах даже дернуться.

Это живо напомнило мне тот раз, когда я оказалась совершенно беспомощной перед мужчиной. Я понимала, что слаба. Но я не хотела того насилия над собой и не хочу в Академию, где мне придется вот так защищаться. Но кого интересует мое мнение? Они все решают за меня. Дядя, принц со своим опекунством. Я не просилась в Академию, я не просила его защиты, а теперь меня же за это и обвиняют!

Я пыталась вырваться и не могла. И я сорвалась. Слезы градом покатились у меня из глаз. Кайл от меня отшатнулся, а я стала от него отползать, пока не уперлась спиной в стену. Поджав колени и стараясь стать как можно меньше, я кричала и кричала, не слыша своего голоса и уже ничего не видя за пеленой слез.

– Ты чего?! – приблизился ко мне растерянный Кайл, но его смело открывшимся порталом.

– Лоран?! Ты что сделал?! – зарычал принц на Кайла.

– Прием показывал… – Рыжий действительно не понимал, в чем дело, и был искренен в своем недоумении.

Не могу так больше! Как же отвратительно быть слабой в мире сильных мужчин. Это разъедающее душу чувство бессилия, когда измываются над твоим телом, а ты не можешь ничего поделать. Неужели мне только и суждено, что это терпеть?

– Я же просил не спешить с этим! Парень от любого прикосновения дергается, а ты к нему с приемами полез!

– Да что с ним?!

– А ты подумай! Красивый мальчик… С чего бы это у него дар резко проснулся в таком возрасте, а потом он от магов шарахался да прикосновения терпеть не мог? – язвительно прошипел Харн, и они посмотрели на меня.

В этот момент меня просто раздавило от унижения. Какой позор! Я чувствовала себя грязной, мерзкой, оскверненной. Было унизительно, что теперь еще один человек знает о моем позоре. Неужели тот маг меня сломал?

В моей душе поднялась буря. Беспомощность вела борьбу с решительностью. Если я не встану, то так и буду позволять себя использовать. Каждый будет ломать меня под себя, не считаясь с моими желаниями. Я должна стать сильной! Даже не так. Я обязана стать сильной, иначе единственное, что мне остается, это умереть. В какой-то момент я осознала эту истину особенно четко, и слезы высохли.

Под изумленными взглядами я поднялась с пола и кивнула Кайлу. Он не понял и обескураженно смотрел на меня. Знаками я показала ему, что хочу продолжить. Я ненавидела его. В данный момент это был мой личный кошмар, и я обязана была научиться с ним бороться.

Бросив взгляд на Харна, рыжий неуверенно приблизился ко мне.

«Нападай!» – жестом потребовала я.

Как-то нехотя Кайл схватил меня за грудки. Я решительно крутанулась, освобождаясь от захвата, и провела прием. Рыжий упал, а я стояла над этим притворщиком и сжимала кулаки от ярости. У меня слов не было! Прием у меня опять не получился, а он… УПАЛ!

От злости я его в грудь ногой пнула, чтобы прекратил валяться и умирающего изображать.

– Ну, зачем же сразу пинать, – обиженно проговорил Кайл, резво поднимаясь с пола и потирая грудь.

«Не смей! Вот только попробуй поддаться!» – Я смотрела на него, готовая порвать зубами за такое.

Рыжий перестал притворяться и серьезно спросил:

– Хочешь продолжить?

Я кивнула, решительная как никогда.

– Ты понимаешь, что я сильнее тебя?

О да, я понимала это, но мне и надо научиться бороться с противником сильнее, чем я.

– Я тебя опять в пол впечатаю, – пообещал он, а я ему улыбнулась. Чувствовала, что щеки и виски еще мокры от слез, а ничего не могла с собой поделать, губы растягивались в улыбке.

– Ты сумасшедший! – резюмировал он.

Согласна! Он меня впечатает в пол еще и не раз, и синяки у меня будут, но однажды я приложу его и надеру ему зад!

– Хочешь сказать, что надерешь мне зад?! – понял он меня и без слов. И я ему лучезарно улыбнулась. Стояла, задрав подбородок, и улыбалась от всей души, чувствуя в себе такую уверенность, какой не было никогда в жизни. И тут я сделала то, на что бы раньше не решилась – я подняла руку и пальцем поманила Кайла к себе. У меня не было кинжала, я стояла абсолютно безоружная, но моя уверенность закрывала меня как щитом.

В глазах рыжего промелькнуло удивление и что-то еще, я не поняла, а потом:

– Держись! – пошел он на меня и схватил за грудки.

Резко развернувшись, я избавилась от захвата и провела прием, уложив его на пол. Не было ни волнения, ни сомнения, лишь четкие движения. И пусть он больше и сильнее меня, но я делала то, что должна. И я его уложила!

– Молодец! – скупо похвалил он, поднимаясь с пола. – На сегодня тренировка окончена.

– Пойдем выпьем, – подошел он к Харну, и, не глядя на меня, они вышли из зала.

Я же рухнула на пол, раскинув руки, и снова расплакалась. Но теперь от счастья. Я вытерплю. Я смогу. Я справлюсь.

Кайл налил себе и Дагу, и они молча выпили. Повторив, он взял бокал и, смотря сквозь него, признался:

– Я в жизни много чего повидал и должен признаться, что самое жуткое зрелище было сегодня… Смотреть, как человек беззвучно кричит… жутко. – Он отпил из бокала, но слова рвались из него, и он продолжил: – Ничего не слышно, но этот крик, боль… они пробирают до глубины души.