Монстры всегда возвращаются! - Лизи Харрисон

– И кто же будет новым лидером? – спросил Хит.

– А у вас есть лидер? – спросила Хэйли.

Фрэнки наморщила бровки:

– Майорка – это где?

У Ляли зачесались ноги. Ей хотелось побежать домой и уговорить отца сказать ей правду. А вдруг он возьмет ее с собой, в качестве сюрприза? А вдруг сюрприз состоит в том, что он ее с собой не возьмет?

Би-ип! Би-ип! Би-ип!

Звонок на урок положил конец обеду, а заодно и истории Спектры.

– Ой! – она отодвинулась от стола и вскочила на ноги. Схватила старую курьерскую сумку, с которой ходил Билли, и чмокнула губами, рассылая воздушные поцелуи. – Я побежала! А то еще опоздаю на тест по английскому.

Все обернулись к Ляле. Она почувствовала, как палочки из тофу поднялись и застряли у нее где-то в горле.

– Я ничего рассказывать не могу, – выдавила она. – Отец на меня положился, я обещала хранить тайну.

– Ну Ля-аль! – взвыли все.

Ляля неловко заерзала на скамейке.

Клод ткнул ее локтем. Его желто-карие глаза смотрели пристально и внимательно.

– Ты не обязана никому ничего рассказывать. Ты вообще замечательно умеешь хранить тайны. Это одна из причин, почему я…

Он осекся на полуслове – а вдруг кто-нибудь подслушивает! – но стиснул ее руку под столом.

Клод был прав. Ляля прекрасно умеет хранить тайны. Если бы ей только было что хранить!

Вторник, 14 июня

Би-ип! Би-ип!

Все, уроки кончились! Пришло время То!

Фрэнки поцеловала наудачу свои листовки и расплылась в улыбке до ушей. Она читала, что улыбка сама по себе способствует выработке серотонина, гормона радости. А ей сейчас очень важно излучать радость и уверенность, тем более в такую хмурую погоду. Ей нужно завоевать сердца (и голоса!) своих товарищей по школе Мерстон. Ведь если она не победит, победит кто-то другой! Какая-нибудь Клео или Хэйли!

Двери с грохотом распахнулись, и цунами школьников хлынуло наружу. Фрэнки улыбнулась на стежок шире обычного (больше серотонина!) и крикнула:

– Голосуйте за Фрэнки и Бретта, не пожалеете!

И вручила первую зеленую листовку новенькому мальчику в очках. Он покраснел и сглотнул, его кадык подпрыгнул, как блесна на леске. Вторую листовку Фрэнки протянула старшекласснице с черной заколотой челкой. Девочка отмахнулась от Фрэнки, как от дурного запаха.

– Я за де Нил! – объявила она и помахала египетским амулетиком на цепочке.

Подарок Клео: магический талисман, который должен принести удачу своей хозяйке – при условии, если хозяйка будет голосовать за них с Дьюсом. Чуть ли не у каждой девочки, проходившей мимо, был такой амулетик. Звездочки – на славу, монетки – на богатство, сердечки – на любовь… Пока что талисманы Клео приносили удачу только ей самой. Фрэнки как будто никто не замечал. Авось Бретту на спортплощадке посчастливится больше…

– Фрэнки с Бреттом – как солнце летом! – провозгласила она. Толпа никак не отреагировала. Одноклассники пробегали мимо, стараясь не смотреть ей в глаза. «Так вот что чувствуют промоутеры в супермаркетах! Народ, ну что вам, трудно взять бумажку?»

В своем рвении Фрэнки сунула листовку даже Хэйли. Та помахала бумажкой и бросила ее в урну.

– Спасибо, что соблюдаешь чистоту! – сказала Фрэнки самым дружелюбным тоном. Ведь Та Самая Пара должна быть не просто фотомоделями – им следует стать образцами для подражания!

– Спасибо, что убиваешь деревья! – крикнула в ответ Хэйли.

Ее группа поддержки зааплодировала так, будто Хэйли вышла на сцену.

«Сцена… Подиум… Одежда… Одежда! Вот что главное!»

Среда, 15 июня

Если Фрэнки хочет выглядеть как воплощение соединения несоединимого, ей нужно одеваться соответствующим образом! Долой черные легинсы и рубашки с открытыми плечами! Это предсказуемо, как электричка в девять ноль семь. А она отныне будет как шоколадные конфеты с арахисовым маслом: слияние двух разных вкусов. Только она будет одновременно спортивной и элегантной, точно так же, как сам бренд «T’eau Dally».

Запершись в ванной на первом этаже, Фрэнки изучала в зеркале свое отражение: розовые супервысокие кеды, чулки в радужную полоску, черная балетная пачка, навеянная «Черным лебедем», обтягивающая спортивная футболка с символикой школы Мерстон (щедрый дар Клода, перешитый на нее искусницей Клодин) и укороченный джинсовый блейзер. Ее волосы были собраны в десятки пучков с кулак величиной, перевязанных разноцветными шнурками, макияж – хоть сейчас на подиум. «Бедная Ляля!» – подумала Фрэнки. Она не мыслила себе жизни без зеркал. Не различать цветов – и то плохо. Насколько же хуже не видеть, как ты выглядишь? Таким людям надо давать специальное место на парковке и пенсию по инвалидности!

Фрэнки поцеловала зеркало, оставив на нем розовую отметину, и последние остатки вчерашней неуверенности развеялись, как дым. Они с Бреттом непременно победят!

Когда Фрэнки вышла в коридор, Бретт ждал ее, привалившись к стене, увешанной постерами. На нем была новенькая бледно-голубая рубашка с отложным воротником, которую купила ему сама Фрэнки. Рубашка смотрелась совершенно неожиданно в сочетании с потертой косухой и походными ботинками. Да, Бретт тоже представлял собой воплощение слияния, оригинальное и неповторимое.

– Это моя шоколадка с арахисовым маслом! – пошутил он.

Фрэнки просияла. Хэйли полагалась на основательность, Клео – на древние заклинания. Но Фрэнки Штейн и Бретт Реддинг воплощали в себе имидж. Это же рекламная кампания, в конце-то концов! Что может быть важнее имиджа?

Стайка попавшихся навстречу девчонок остановилась, разглядывая их наряды.

– «T’eau Dally» представляет – Мерстонское смешение! – сообщила им Фрэнки.

Когда девчонки удалились, Бретт вполголоса спросил:

– Ты что, всерьез думаешь, что мы победим в конкурсе благодаря тому, что выглядим как Элтон Джон?

– Бретт, имидж – это все! Возьми хотя бы сериал «Отчаянные домохозяйки». Благодаря чему они все прославились? Потому, что они высоковольтно одеваются, и у них такие стильные дома!

Бретт закатил глаза.

– Ага, и еще благодаря тому, что они так и норовят выцарапать друг другу глаза!

Фрэнки бессильно застонала.

– Я просто хочу сказать, что это все как игра!

– Хм, гляди-ка!