Таверна с изюминкой - Маргарита Дюжева

мне с рассветом и уходили поздно вечером. За это время таверна обзавелась новой не протекающей крышей, второй этаж — комнатными перегородками и дверями, а бедный старый Бенджи — дергающимся глазом и икотой.

Все дело в том, что я, воодушевленная тем, как бойко продвигался ремонт, еще дважды наведывалась к нему за деньгами.

Каждый раз он сначала ворчал, что этих самых денег у него нет. Приходилось напоминать о споре и о том, что я непременно расскажу всем, что свое слово он держать не хочет, и тогда его перестанут уважать. После этого он принимался стонать, что я пущу его по миру. Я его утешала тем, что чем скорее моя таверна начнет работать, тем скорее я смогу вернуть долг. Тогда наступала стадия принятия и мне выдавался очередной кошелек, набитый монетами, а я оставляла взамен очередную долговую расписку, и довольная возвращалась к себе.

Благодаря этим деньгам, золотым рукам работников и моему боевому настрою, дело продвигалось семимильными шагами.

После крыши и восстановления второго этажа, работы переместились вниз. Были покрашены стены, расчищен очаг. Выправлен местами гуляющий пол и заделаны трещины в кладке, побелен потолок. В трапезном зале стены до середины высоты отделали деревом и прошлись морилкой, а затем лаком, чтобы добавить благородной темноты и блеска.

Затем пришла очередь мебели.

Мне снова пришлось трясти беднягу Бенджи относительно денег, но зато в тот же вечер Эдвин отправился закупать крепкую древесину для столов, лавок и новых шкафов. Еще, я решила, что имею право себя побаловать и заказала себе кровать с матрасом. Сколько можно спать на полу, на куче тряпья?

А пока он и его сыновья занимались изготовлением мебели, я отправилась к жестянщикам за котлами, сковородами, кастрюлями, ковшами, поварешками, столовыми приборами, и прочей кухонной утварью. Затем была встреча с гончарами, у которых я заказала посуду — десятки белых тарелок разных размеров, кружки, кувшины. Потом пришла очередь стеклодувов. Так я обзавелась стаканами большими и маленькими, вазочками и соусниками.

Все это добро привезли через день после того, как мебель была готова и заняла свои законные места в моей таверне.

Я потратила, наверное, дней пять на то, чтобы все это перемыть, натереть и расставить так как мне нужно.

Теперь дело оставалось за малым. Самой попробовать приготовить меню, просчитать необходимые запасы и сроки их закупок, чтобы таверна могла работать без перебоев, постепенно наращивая обороты. Найти сотрудников, доделать вывеску и…и все.

Можно запускаться!

Глава 12

Время летело, как безумное. Я трудилась, не покладая рук, а ночью падала в кровать, не помня себя от усталости, зато вскоре таверна была готова к открытию.

Старший из братьев Мигс лично доставил мой заказ и помог закрепить тяжелую деревянную вывеску над парадной дверью. Я, наверное, минут пять кружила возле нее, любуясь с разных ракурсов.

— Сытный МясБургер? — прочитал Бенджи, незаметно подкравшись ко мне сзади. — Тарабарщина какая-то. Это что вообще такое?

— Мое фирменное блюдо, — наглядевшись на вывеску с расстояния, я поднялась на крыльцо, чтобы теперь рассмотреть ее вблизи.

— Что за блюдо? — навострил уши конкурент.

— Приходи в день открытия и узнаешь.

Бенджи хмыкнул. Было видно, что его распирает от любопытства и в то же время от желания сказать какую-нибудь гадость.

Вредный старикашка не стал себя сдерживать и выдал с желчной ухмылкой:

— В который раз убеждаюсь, что вы, бабы, ничего не смыслите в серьезных делах. Название дурацкое, непонятное. Клиент посмотрит и пройдет мимо, потому что всякие странные слова его отвращают. Уж поверь моему опыту.

И он впился взглядом в мое лицо, проверяя, расстроилась я или нет. Тот еще энергетический вампир, скажу я вам.

Может, я и расстроилась бы, на радость Бенджи, может, и усомнилась бы в удачности своей идеи, если бы в этот самый момент за спиной не раздался голос еще одного нашего соседа — мрачного великана, которого я мысленно окрестила «котелок». Просто голова у него была большая и круглая и прическа, как черная крышка на этом самом котелке.

— А мне нравится, — протянул бугай. — Интересно попробовать. Что-то необычное. Из мяса. Наверное, вкусно.

— Вот! — вскинула я вверх указательный палец и многозначительно взглянула на Бенджи. — Хорошее название. Рабочее. Интригует.

Затем повернулась к «котелку»:

— Жду тебя в эту субботу. И друзей с собой прихвати. В день открытия при покупке двух мясбургеров третий в подарок.

А про себя добавила: «Ибо третий уже включен в стоимость первых двух».

«Котелок» не был знаком с уловками нашего мира и просиял.

— Приду! — прогремел он. — Обязательно!

После обеда я ждала художника, который расписывал входную дверь и одну из стен трапезного зала. Судя по тому, каким тощим был этот человек искусства и с какой радостью он ухватился за мой заказ, его талант не нашел в Ристоле признания.

За свою работу мужчина запросил меньше, чем портниха Мередит за десяток платьев, а трудился у меня целую неделю, красками создавая настоящий шедевр. Изображение огромного бургера на стене должно было стать еще одной фишкой моего заведения. Изюминкой интерьера.

Меню я составила, о поставках договорилась, персонал наняла и даже позаботилась о рекламе. Не так давно я бегала по рынку, раздавая листовки и приглашая случайных прохожих посетить то один магазин, то другой. А теперь зазывать будут ко мне, чтобы как можно больше народа узнало о моем заведении.

Первую партию бургеров я приготовила еще до открытия. На пробу. И отправилась с угощением к Калебу — глуховатому деду, который довез меня до Ристоля в своей телеге. Скажу прямо — шла я к нему с холодным расчетом и твердым намерением использовала старика как подопытного кролика, ибо хотела оценить реакцию местных на экзотическое блюдо.

В последний раз, когда мы виделись с Калебом, я была в драных тряпках, эдакая бледная моль на грани голодного обморока, а теперь заявилась к нему в новом платье, ухоженная, причесанная, с розовыми щеками. Старик сначала меня даже не узнал, а потом удивился, с чего это я о нем вспомнила. Да с того, что бургеры и новый соус надо было продегустировать, а своему вкусу я не доверяла. Может, мне, иномирянке, мой аналог кетчупа — ням-ням-ням, а тамошним аборигенам — фу-фу-фу.

Однако волновалась я зря. Мясбургеры Калеб уплетал за обе щеки и добавки просил. Наблюдая за тем, с каким аппетитом он ест, я воодушевилась — значит, на правильном пути, все верно делаю, не ошиблась, а то в последнее время меня все чаще охватывал мандраж. Чем ближе был