Его добыча - Алена Медведева

Шансов у них не было! Не при том голоде, что переполнял эдаити все эти месяцы заключения. Мы выпили их с синхронной стремительностью, даже не сбавив темпа продвижения. Опустошенные безжизненные тела, по инерции сжимавшие оружие, ещё падали на матовую поверхность панелей под ногами, а нас уже не было в пределах видимости. И мысли наши были устремлены вперёд. К новым преградам. И новой пище!

Взгляд скользнул по открытому моему внутреннему взору пространству станции, намечая первостепенные для атаки цели. У глухой стены, за которой они сейчас нас ждали, я остановился, распределяя задачи между собратьями и концентрируясь.

Сжечь датчик, контролирующий механизм смыкания… Рвануть в образовавшийся проём… Атаковать… Сначала тех, кто наиболее опасен, потому что в их распоряжении клинки, и лишь затем остальных — опаляющих другим оружием. Не опасным для нас самих, но наносящим урон нашим материальным телам

Как же медленно истинная картина наших возможностей доходила до обитателей станции! Я понимал это по первоначально немного ленивым и пренебрежительным реакциям охраны. Но чем дальше мы продвигались, не оставляя за собой живых, тем яростнее и массированнее становились попытки сдержать нас. А позже — уничтожить.

Момент, когда анализировавшие наши действия учёные поняли, что мы непобедимы, я осознал чётко. Теперь все группы, отправленные, чтобы совладать с нами, были вооружены энергоклинками. И, не медля, военные пытались их применить. Больше у них не было цели ранить или остановить нас. Только уничтожить!

Эта истина далась им сложно — до последнего наши «создатели» не принимали её, продолжая верить в свои возможности контролировать и сдержать нас. Своей наивной самоуверенностью они дарили нам время!

Но даже во время очередного боя я не позволял себе выпустить из виду Трою. Моя добыча, двигаясь с другой относительно нас стороны, спешила к ангару, который между собой обитатели станции называли стыковочным. Я незримо следил за каждым её движением, готовый ускориться и перехватить до того, как женщина поднимется на борт. Отчего-то я был уверен — там мне до неё будет уже не добраться. Наверное, сказался опыт прошлого, хотя с той же вероятностью работало осознание возможности автономного существования корабля, если он успеет отделиться от станции. Этого нельзя допустить.

Я стал подобен немногим не себе прежнему, развив немыслимую скорость, не обращая внимания на раны и угрозы. Заполучить мою добычу! Одержимость этой потребностью была доминирующей в сознании. О том, что будет дальше, в тот миг я вообще не думал, подчинив и свой разум, и навязанную оболочку одной задаче — добраться до намеченной жертвы.

Скорее случайно, нежели целенаправленно, моя сканирующая волна захватила не только Трою, но и сам ангар. Всё вокруг неё я одержимо держал под контролем, не допуская и шанса упустить из-за какой-то неведомой случайности. Ничего — даже свободы и мести — я не жаждал сильнее, чем втянуть в себя до капли всю энергию её тела. Казалось, я развоплощусь сам, если не заполучу этого.

Очередная сканирующая пространство волна вернулась тревожным отзвуком, неся осознание — системы корабля активируются.

Гуманоиды, что сейчас внутри него, посылали команды его механизмам и системам — панелям, датчикам, двигателям — я это ощущал, видел, воспринимал… Они рассчитывают улететь? Наверняка получили информацию из центра управления станцией. И даже не ждут ту, которую обещали забрать с собой? Или я что-то неправильно понял? Впрочем, смысл всё равно ясен — им дали приказ немедленного старта. Это попытка опередить нас, лишив способа покинуть это место!

Не страшно — паника эдаити не знакома. В моем сознании уже оформился план, пошагово рушащий их надежды. Воздействовать на сам корабль я не могу, пока не окажусь внутри него, а вот заклинить механизм, удерживающий его около станции, и не дать закрыть соединяющий шлюз — запросто.

Абсолютно доверяя собратьям, я полностью переключился на восприятие сознанием, продолжая механически бежать вместе с ними. Волной энергии устремившись вперёд, определил местонахождение управляющего этими процессами устройства и направил к нему сгусток разрушительной силы. Собственной энергии, некогда части меня! Уже успел осознать, что подобных скачков напряжения их приборы не выдерживали, воспламеняясь и выходя из строя.

Снова расход…

Не успевая накапливать столь нужный потенциал, я вынужден был тут же его отдавать. Выпитых жертв нам едва хватало, чтобы обеспечивать путь к свободе. Нужно больше!

Вновь перескочив на физическое восприятие окружавшего пространства через возможности оболочки, окинул взглядом обугленные стены и лежащие на полу, лишённые энергии тела. Перешагнув через ближайшее, что преграждало путь, я уверенно повёл эдаити прямиком в ангар. Сейчас там гуманоиды, взбудораженные поломкой, суетятся, пытаясь её исправить. Там же — сгоняемые со всех сторон военные. Последний рубеж на пути нашего побега. Лёгкая добыча для проголодавшихся эдаити. Как раз то, что нужно. Да и Троя уже на подходе — я ощущал её совсем рядом, стремящуюся к той же цели, что и мы.

Уже привычно, словно само собой разумеющееся, сжёг датчик блокировки дверей. Миновав распахнувшиеся створки входа, который переходил в металлическую, сплетённую из толстых прутьев площадку, я замедлился, изучая обстановку.

Мы находились на ощутимой высоте, и потому обзор даже моему материальному телу открывался прекрасный. Над головами — прочный металлизированный свод, испещрённый свисающими кабелями и трубами. За прозрачной стеной недвижно пришвартован тот самый корабль, что станет для нас ещё одной оболочкой и откроет путь к иной свободе — безграничному космосу.

Внизу, куда вела металлическая лестница, в лихорадочной торопливости суетились те, кто наивно полагал, что сможет спастись. Копошились, сдирая обшивку со стены и добираясь до механизма отстыковки в попытке его починить.

Глупцы… Им не поможет даже то, что их прикрывает новая группа военных, торопливо рассредоточивающихся по ангару, отыскивающих укрытия и падающих на колени, чтобы взять на прицел врага. Нас.

Выстрел, опаливший мои волосы и расплавивший стену позади, стал сигналом — увидели. Пора действовать!

Лестница, быстрый спуск под аккомпанемент выстрелов и громкие крики, которыми гуманоиды подбадривали и направляли друг друга. Они ещё надеялись. Успеть, выиграть, победить. И они были нам нужны… не все.

Наметив тех, кого нужно было оставить в живых, — путь наверняка будет долгий, да и управлять кораблём проще тем, кто этому обучен, — я внедрил их образы в сознание каждого эдаити в моей группе и разорвал прямую связь. Это наш последний рубеж, последний бой, после которого нас ждёт триумф свободы. Нет смысла контролировать яростный натиск собратьев, которые к ней стремятся.

Я себя тоже не сдерживал, неумолимой карой настигая наших пленителей. Одновременно внутренним взором следил за более медленным продвижением группы Орша, ломающей последний барьер сопротивления на подступах к ангару. Часть из эдаити в той группе несли на руках обессиленные оболочки, также скрывавшие в себе наших собратьев.