Служба Контроля - Игорь Шенгальц

— Беги! — крикнул я Марии, но она то ли была в сильном шоке, то ли просто лишилась сил, потому что осталась сидеть, прислонившись к стене, и не сделала ни малейшей попытки спастись.

Вот уж точно, женщины — наказание за наши грехи!

— Беги же ты, дура! — в великом раздражении крикнул я еще раз и швырнул в нее подушку с дивана. Подушка пролетела через всю комнату и упала рядом с девушкой. Это каким-то образом взбодрило Марию, и она поднялась на ноги.

— Лестница вон там, — успел подсказать я, а потом мне стало уже не до Марии. Гримтурс придумал новую тактику. Он принялся ронять все предметы на своем пути, создавая завалы, мешавшие моим диким кувыркам, а сам медленно, но верно загонял меня в угол, откуда выбраться я бы уже не смог.

На его пути попался безумный Шах Нэш, с африканского гимна бодро перескочивший на русские народные песни.

— …Эх, ты, мой милок, — старательно выводил он непривычные для гнома слова, — разухабистый! Приходи в лесок, позабавимся!..

Великан остановился и сверху вниз уставился на ополоумевшего гнома. А тот знай себе продолжал петь:

— Зацелую тебя с головы до ног! Отлюблю тебя так, чтоб ходить не смог!..

Гримтурс заревел во весь голос. Песня гнома ему чем-то не понравилась. Вот только чем? На мой взгляд, пел гном отлично!

Может, голос у Шаха Нэша и не поставлен, зато искреннего душевного напора с лихвой хватило бы на нескольких исполнителей.

Великан не дал допеть народную песню. Он мощным движением смел дерзкого гнома в сторону, да так, что тот ударился о стену, сполз по ней вниз и остался лежать недвижимо. Впрочем, шансы на то, что гном еще жив, были. Босые пальцы его левой ноги сжимались и разжимались, хотя сам Нэш не шевелился.

Мария же добрела до лестницы и шаг за шагом поднималась вверх по ступеням. Куда же делись ее хваленые способности? Как она вообще допустила попадание в подобную ситуацию? Тоже мне, предсказательница!..

Теперь меня и гримтурса больше ничего не разделяло, и деваться мне было некуда. Великан это понял и уже не торопился. Мне даже показалось, что я различил торжествующую улыбку на его волосатой морде… может, лишь показалось. Как известно, тролли не способны улыбаться, строение лицевых мышц не позволяет им это делать, а вот про инеистых великанов точно сказать я не мог. Хотя родители все же, физиология теоретически должна быть схожей…

Что только ни лезет в голову на пороге смерти…

От полной безнадежности я поднял пистолет и всадил все оставшиеся патроны прямо в широкий синий лоб гримтурса. Пули отскакивали от него, словно от бетонной стены, не оставляя даже царапин.

— Гы-гы-гы! — отчетливо сказал великан. Вот теперь я не сомневался, что он смеется надо мной!

Он остановился в трех шагах от меня, понимая, что я в его власти. И я тоже это понимал, поэтому решил, насколько возможно, потянуть время.

— Зачем ты хочешь меня убить? Что я тебе сделал?

— Глупый человечек. Мне нет дела до тебя! — голос у него был под стать внешнему облику — хриплый и громкий.

— Тогда не убивай меня, просто отвернись в сторону, я пройду мимо и покину этот гостеприимный дом!

— Гы-гы-гы! — Нет, все-таки он улыбался, скотина! — Хитрый человечек! Должен умереть!

— Раз тебе нет дела до меня, но ты так сильно желаешь моей смерти, значит, тебе приказали меня убить? Кто? Скажи уж напоследок, будь другом!

— Другом? Мой друг попросил меня. Я не отказываю своему другу!

— А у этого друга есть имя? Назови же мне его, я хочу знать, кому обязан своей безвременной кончиной!

Гримтурс задумался на мгновение, но отрицательно покачал головой.

— Это лишнее знание, человечек. Оно не принесет тебе облегчения. Умри в сомнении!

Он шагнул ко мне, преодолев одним шагом половину разделявшего нас расстояния. Я от отчаяния бросил разряженный пистолет прямо в его морду и приготовился умирать.

Внезапно на голову и плечи великана упала раскаленная добела огненная сеть. Гримтурс взревел так, что мне показалось — перепонки не выдержат. Великан мгновенно позабыл про меня, заметавшись по холлу, но сбросить сеть так и не смог. А еще через несколько секунд и ноги его сплела веревка. Гримтурс рухнул на пол, пытаясь высвободиться, но только еще больше запутался в сети.

Я облегченно выдохнул. Кажется, и на сей раз смерть прошла мимо, хотя и совсем рядом. Я даже почувствовал ее холодное дыхание.

Вик стоял у лестницы, гордо поглядывая на поверженного гримтурса.

— Не зря я с детства любил фильмы про ковбоев! Видишь, пригодились мои тренировки по метанию лассо! А ты всегда ругал меня!

— Я куплю тебе шляпу и кольт! — искренне пообещал я.

— Как ты нашел меня? — спросил я, подобрав валявшийся на полу пистолет, и тут же зарядил его новой обоймой. Перспектива ходить безоружным в нынешних обстоятельствах меня совершенно не прельщала.

— А ты разве забыл, что попросил Олю передать мне сообщение?

После битвы с великаном у меня из головы вылетело почти все, я никак не мог отдышаться, но постепенно в голове прояснялось, и я, наконец, додумался спросить.

— А где Мария?

— Так она пробежала мимо меня, когда я спускался вниз. Наверное, уже далеко удрала! А что, ее тоже надо было спеленать?

— Нет, но она могла что-то знать… Неплохо было бы нам с ней поболтать этак по-дружески…

— Никуда она не денется. Мы ж ей по сути жизнь спасли!

— И не только жизнь, но, как я предполагаю, и честь… Ладно, вызывай чистильщиков, пусть доставят нашего красавца в камеру, а то еще очухается да порвет твои веревки…

— Эти не порвет! — самодовольно заметил Вик. — Они особые! И как хорошо, что я — такой умный и догадался их прихватить с собой, а то настал бы тебе конец.

— А что там с гномами? Ты выяснил?

— По показаниям ночного консьержа, они явились под вечер и до утра квартиру не покидали.

— Значит, они к убийству не причастны. Впрочем, у нас есть главный подозреваемый!

Гримтурс катался по полу и жалобно скулил. Сил на сопротивление у него уже не осталось, поэтому он давил на жалость. Я подошел к нему поближе, но сохранял безопасную дистанцию.

Великан напасть не пытался, хотя, при известной удаче, резкий кувырок в мою сторону мог бы ему помочь. Но я бдительности не терял.

— Говорить будем? Или сразу к дознавателям?

Гримтурс, кажется, знал о запрещенных приемах, к которым прибегали дознаватели в особых случаях и, как мне показалось, вовсе не хотел испробовать их на собственной шкуре.