Казнить нельзя влюбиться - Леси Филеберт

- А что такое? – спросил он глубоким голосом, подойдя почти вплотную. – Я тебя чем-то смущаю?

Ты меня чем-то дурманишь.

Я облизнула губы, приковав к себе темный взгляд Тео, произнесла негромко:

- Ты постоянно нарушаешь мое личное пространство. Перестань это делать.

- А ты постоянно нарушаешь мое спокойствие. Так что мы квиты.

Ну почему он на меня так смотрит, боже? Под этим его взглядом я могу только мычать что-то невразумительное и думать о вкусе его поцелуя.

- О чем ты сейчас думаешь, Кэсси? - спросил меня Тео каким-то интимным шепотом. - Что ты хочешь мне сказать?

«Поцелуй меня», - чуть не вырвалось у меня, но я вовремя прикусила губы.

Еще не хватало кидаться на шею этому недоинквизитору.

Никак не получалось отвести взгляд от Тео, ощущала себя медленно тонущей в омуте его обаяния. Он шагнул еще ближе, коснулся двумя пальцами моего подбородка, приподнял за него так, чтобы я наконец посмотрела ему в глаза.

А я не хотела смотреть в его глаза, боже! Они как мерцающие звезды нереального иссиня-фиолетового цвета, манили, притягивали к себе, грозясь сжечь дотла.

- Ты так смотришь на меня, - негромко произнес Тео. - Так двусмысленно, что у меня возникает только одно желание...

- Какое? - спросила я почему-то шепотом.

Кстати, а когда это его рука успела лечь мне на талию?..

Тео не ответил, но та самая рука на талии сжала крепче, а наши губы оказались так близко, что дыхание смешалось. Если кто-нибудь из нас чуть качнется вперед...

- Ты уже тоже обнаружил, что магия тут не работает? - раздался звонкий голос за моей спиной.

Я резко шагнула в сторону, пряча лицо за растрепавшимися волосами. Лишь краем уха слушала, как Тео рассказывает Винсенту о попытках высушить рубашку, а сама ощущала на своей спине пристальный взгляд Тео и пыталась угомонить гулко стучащее сердце.

Боже, я опять чуть не поцеловала его, сама, по собственной воле. Что это за наваждение такое? Встречала я мужчин с природным магнетизмом, но тут меня так и крыло нещадно.

- Кэсси, а чего это с твоим Пегасом случилось? - спросил Винсент.

Я заставила себя улыбнуться ему и рассказала про фрукты, от которых, по моему мнению, Пегас и стал парить над землей, пребывая в блаженном состоянии.

Тут как раз рядом с нами еще один куст с такими же зелеными плодами рос, Винсент сорвал один и стал внимательно изучать.

- Кажется, Малдок немного переусердствовал с заеданием стресса, - подытожила я.

- Малдок?..

- Ну, Пегас этот. Я его так назвала.

- Что ж... Кажется, лабиринт грёз допускает только свою собственную магию и полностью поглощает чужую, - задумчиво произнес Винсент.

- Это что же получается, весь лабиринт скован ограничительным барьером, и колдовать вообще нигде не получится? - хмуро спросил Тео.

- Может и получится. Я не знаю, что это за реальность. Вполне может статься, что в этом мире просто не существует чужой магии, и такое бывает. А в каком-нибудь другом обрывке реальности все будет в порядке.

Тео это, кажется, немного успокоило. Но все равно он сильно хмурился, подцепил брошенную рубашку с травы, накинул на себя и поежился от соприкосновения с мокрой холодной тканью.

А я поёжилась от вида его тела, плотно облепленного мокрой рубашкой. Шумно выдохнула через нос и заставила себя отвернуться.

- Что делать-то будем?

- Как, что? Идти дальше, - пожала я плечами.

- Без способности колдовать?! Ты шутишь?

- А что в этом такого? Я же колдовать не умею, но иду как-то вперед.

- Ты просто отмороженная на всю голову, - буркнул Тео, но уже не так злобно.

- Эх вы, волшебники! Привыкли к сладкой жизни, и без этой своей магии совсем никуда ступить не можете. Тогда как без нее спокойно можно жить и даже тщательно охраняемые сокровищницы грабить.

- Кстати, я так и не понял, как ты ее ограбила, - сказал Тео, когда мы направились дальше к водопаду, кудя меня тянуло нещадно. – Может, раскроешь эту страшную тайну?

- Нет уж, пусть это останется моим маленьким секретом, - ухмыльнулась я, спускаясь к водопаду по скалистому склону. – Может, я просто охранника соблазнила, хм?

- Ой, хорош заливать, а? В тот вечер дежурил Маркус, а он тут еще увалень.

- У него, хм… много достоинств.

- Каких, например?

- Мужских? – иронично улыбнулась я.

Тео аж остановился, чтобы попытаться понять по моему выражению лица, где начинается и заканчивается шутка.

- Ни за что не поверю, что его ты соблазнила, а меня кинула в наручниках одного в этом чертовом номере для молодоженов!

- Ревнуешь?

- С чего бы!? – тут же взбеленился Тео.

- А чего тогда так бурно реагируешь?

- Да я… да ты!..

- Кхм, ребят, я вам не мешаю? – осторожно поинтересовался Винсент.

- Нет!! – в один голос рявкнули мы с Тео и обменялись возмущенными взглядами.

- Прекрасно, - обворожительно улыбнулся Винсент. – Ну раз я пока не третий лишний, может, кто-нибудь из вас сообразит, как нам туда пролезть?

Он махнул рукой в сторону водопада. Я пригляделась как следует и поняла, что желтая дверь находится прямо в отвесной скале под ниспадающей водой. Мамочки… и как же нам туда добраться?

- Предлагаю искать сразу синюю дверь для выхода из лабиринта, -  вздохнул Тео.

- Что, так быстро сдаешься?

- Издеваешься? Нам ни за что не добраться до этой двери без магии. Крылышек у меня нет, ты тоже вроде на фею не похожа. Альпинисткого снаряжения я с собой не прихватил, знаешь ли. А больше туда никак не добраться.

- Так у нас же есть Малдок! – радостно воскликнул Винсент и хлопнул по боку крылатого коня, которого я все еще держала за поводья как сюрреалистичный воздушный шар.

Малдок негодующе фыркнул и дернул хвостом из стороны в сторону.

- Или нет? – с сомнением произнес Винсент, глядя на свисающее поврежденное крыло.

- Или нет, - вздохнула я. – По-моему, он пока не очень адекватен. Парит над землей, но сам пока не летает. Я ему крыло смазала регенерирующей мазью, но она не действует очень быстро на такие повреждения. Не знаю, сколько ему времени понадобится, чтобы он снова смог летать. Может пара часов, а может пара дней. Можем, конечно, переждать в этой реальности, заночевать тут как-нибудь… Но у меня есть идея получше.

Тео недоверчиво посмотрел на меня.

- Это какая же? - с опаской спросил он.