Играть, чтобы жить. Книга 4. Инферно - Дмитрий Рус

Мы ударили резко, от души, однако нокаута не получилось. Скорее, нокдаун. Хороший такой, со звоном в голове и ватой в ногах. Но шесть сотен против двух — это все-таки три к одному. Ты бьешь и упираешься в тройку щитов, а навстречу уже рвутся три клинка. Не просто. Да и вообще, что-то их реально до хрена!

Сомнения подтвердил Аналитик, наверняка уже мысленно вписавший вражеские отряды в разнокалиберные многоугольники, взявший интегралы поверхности и объема, высчитывая количество противников. Ну или проще, посчитал руки-ноги и поделил на четыре…

— Командир, тут девять сотен народа, они перехватили контракт освободившихся наемников! Вероятно, ожидали от Анунаха сюрпризов и хотели стопроцентной гарантии победы. Держать два клана под ружьем трое суток — это дорого и будит недовольство среди бойцов — ведь у игроков есть и свои дела.

М-да, вот тебе, Глеб, урок, не суйся без разведки! Хотел обеспечить стопроцентную внезапность, но нарвался…

— Команда по рейду! Уплотняемся, строй — клин! Пробиваемся к Проклятому Замку, будем объединяться с силами Анунаха. Глуши портал! Младкор — приглашай к веселью Ветов, а то затаят вновь обиду, мол, опять не позвал, как у китайцев…

Аналитик выцепил важную строку среди ряби докладов:

— В двухстах метрах от нас точка респауна противника!

Ух, сладкая цель! Разогнать бы скудную охрану да начать штабелировать мордой в землю беспомощных омоновцев в белоснежных подгузниках! Точка возрождения — это как вражеская ракетная батарея: приоритетная цель для любого обнаружившего ее отряда, атакуется даже при самом кислом раскладе, ибо способна за секунды стереть с лица земли несколько городов.

Но… Качаю головой:

— Не удержать, нас сомнут. Отступаем к пролому в северной башне.

Параллельно вышел на связь с мятежным паладином:

— Анунах!

— Можно просто Андрей. Извини, не знал, что наемники переметнутся, хорошо хоть, согласно кодексу, не ударили в спину, а покинули территорию предыдущего клиента. Беда в том, что они знают наши силы и полностью вскрыли систему обороны. Приходится импровизировать…

Вторя его словам, пошатнулся декоративный зубец на стене и с шумом рухнул на группу врагов, накапливающихся для рывка в разбитый оконный проем.

— Ясно! Мы пробиваемся к тебе, встречай!

— Спасибо. Но, похоже, бесполезно это все, слишком уж их много. Если сможешь заменить моих бойцов на баррикадах, хоть на полчаса — буду благодарен. Мы уйдем порталом во Фронтир, пока не знаю куда — эвакуировать нищий клан в агрессивную пустыню не лучшая идея, но других вариантов не вижу.

Заглушая Анунаха, раздался торжествующий рев сил альянса, а затем земля ощутимо дрогнула: один из тяжелых големов исчерпал запасы прочности и многотонным телом рухнул на выжженную землю. Несчастного оператора, так и не успевшего выпутаться из ремней, буквально размазали по стальному нутру ложемента.

— Спокойно, без паники, успеешь еще переселиться, я даже подскажу куда! А пока у нас еще хватает тузов в рукаве, все это так — разминка, демонстрация понтов. Сотни две-три мы уже обнулили, а это время, износ вещей, ребафы, потерянные килл-страйки в достижениях. Хотя бесятся они что-то не по-детски, как будто мы не в челюсть, а по яйцам им ударили.

Паладин радостно заржал:

— Есть такой прикол! Мои зомби, как и часть пришедших с тобой бойцов, формально — неписи. А за смерть от рук НПС у нас что полагается? Правильно, потеря опыта! Вот и психуют…

Хм, это требует осмысления. Однако ясно уже сейчас: у нас в руках весомый аргумент будущего противостояния. Штраф к опыту — это бо-бо. Одна смерть на двухсотом уровне перечеркивает десятки часов вдумчивого кача.

Да, существуют клерики со своими воскрешениями, но и там возврат опыта не стопроцентный. А ведь воинственный альянс наверняка уже и сам не рад, что так самодеятельно зарубился с Анунахом. Потерян темп развития, деньги на осаду, авторитет и ценнейшие крупицы опыта. Наблюдать, как проседает средний уровень боевиков твоего клана, тогда как у противника он вновь поднялся на очередную единичку, — тревожно и опасно.

Осьминог нашего рейда уже втянул свои щупальца и вновь сжался в стальной комок, пробиваясь сквозь озлобленные ряды врагов. Нас стало меньше, приток воскрешаемых воинов прервался, однако и силы альянса изрядно потрепало. К тому же желающих попадать под дубину Умки, клыки гончих или когти драконов становилось все меньше.

Мы продавили основные силы нападающих, осталось прорвать лишь внутреннее кольцо, больше занятое вялым штурмом замка и частыми оглядываниями за спину.

А затем события понеслись вскачь.

Громыхнул, открываясь, наш старый портал, пропуская через себя сверкающие фиолетовыми бронями гномьи хирды. Две сотни бойцов разворачивались стальной стеной позади сил альянса. Противник, опознав в новоприбывших неписей, возмущенно взвыл. Одно дело — веселая межклановая мясорубка с набивкой достижений, где бьешься не рискуя опытом и надеясь заполучить дорогую шмотку. Другое — бесприбыльный замес с порчей предметов и потерей опыта.

Минутная заминка у обеих сторон, на выработку стратегии в свете изменившийся обстановки. Гномы, чеканя шаг, принялись сдавливать противника, попавшего между молотом и наковальней.

Бум! Ответный ход оппонентов — и уже за спинами гномов разворачиваются спешно изысканные резервы. Быстро учатся, гады. Мои карлики слаженно свернули шеренги, перестраиваясь в ощетинившееся сталью каре.

Бум! Вечер перестает быть томным. Из очередного портала выдвигаются весело галдящие Ветераны. Разглядев размах намечающегося замеса, парни резко обрели серьезность и покрепче ухватились за оружие, нахлобучивая шлемы по самые брови и проверяя наличие эликсиров в поясах быстрого доступа.

Весы противостояния качнулись и замерли в шатком равновесии…

Проклятый Замок. Три часа назад.

Оркус, командир звезды наемников.

Огромный седой орк с пугающим лицом, изрезанным на дольки застарелыми шрамами, растягивал губы в непривычной улыбке. Его Дракончик — Радужный Фамилиар, вылупленный из найденного во Фронтире яйца самим Первожрецом, — носился по залу, ловко уворачиваясь от гоняющегося за ним Данунаха. Оба сорванца были бесконечно счастливы, переливчатый свист ящерицы переплетался с заливистым детским смехом.

Орк дернул щекой, стряхивая мутную слезу, и поглубже отступил в тень — негоже командиру показывать слабость. А ведь когда-то и у него был сын такого же возраста. Отец-одиночка, пошедший до конца, поднявший все связи и чудом отжавший любимого ребенка у загулявшей в последнем брачном туре жены. У баб под сороковник такое бывает…

А затем — страшная лобовая авария, с неожиданно вывалившимся из встречного потока внедорожником. И не важно, почему это случилось — уснул ли водила за рулем, или просто не справился с управлением. Страшно другое — когда искалеченный обрубок человека пришел в себя и прохрипел самый важный вопрос: «Как сын?!», — врачи лишь стыдливо отводили глаза.