Секретарь старшего принца 3 - Любовь Свадьбина

– Халэнн…

Я поняла, что оскалилась, чуть не рычала. С усилием заставила себя трансформировать зубы в человеческие и сомкнуть губы. Элоранарр продолжал смотреть на меня.

– Не люблю скопления существ, – пояснила я. – Нервничаю.

Элоранарр приоткрыл рот что-то сказать, но я, наплевав на нарушение этикета на глазах у целой толпы, пошла вперёд.

Ревность сжигала. Элоранарр и догнал меня, и обогнал на положенные полшага, мы молча шли к скоплению женщин и девушек разных рас, разных возрастов. Все они были празднично одеты… среди них могла оказаться подходящая ему. И если найдётся – Элоранарр больше не будет так внимателен и заботлив, перестанет следить за моим здоровьем и подкармливать на службе, перестанет всматриваться в моё лицо, пытаясь понять эмоции, потому что они будут ему безразличны. Закончится особое отношение, из башни он меня выселит: избранная будет для него центром мира…

– Ревность страшная штука, – тихо произнёс Элоранарр.

Я не ответила, не хотела. Мы стремительно приближались к ожидающей нас толпе. Впереди были мелкие аристократы, по бокам и сзади – существа попроще. А мне хотелось убить каждую женщину, посмевшую смотреть на Элоранарра. Обратиться в истинную форму и растоптать их! Хотелось так сильно, что, казалось, я сейчас обернусь, расправлю крылья и ринусь на этих наглых самок, посмевших покуситься на моё!

«Элоранарр не мой», – напомнила себе жёстко, но подспудная мысль выпирала: будь я его избранной, никто не смел бы на него так смотреть, никто не смел бы надеяться его заполучить. Он был бы только моим. Таким, каким захочу. Я шагала бы рядом с ним, наверняка такая же красивая, как сияющие улыбками девушки. Не было бы необходимости терпеть их, терпеть испепеляющее меня желание, ждать, когда наберусь достаточно сил, чтобы справиться с Неспящими – Элоранарр направил бы против них всю мощь ИСБ, помог отомстить прямо сейчас…

Большинство девушек явились не одни, а в сопровождении отцов или обоих родителей, но те сейчас предпочитали держаться не поближе к своим чадам, а мешать чужим проникнуть в первые ряды или, наоборот, пытались в эти первые ряды попасть. До нас долетали злобные препирательства, угрозы, звучавшие за спинами улыбавшихся красавиц.

Но как только Элоранарр достаточно приблизился, ругань стихла, и его завалили приветствиями и пожеланиями успешного отбора. Я словно попала в кошмар. Стало трудно дышать. Инстинкты, брачная магия – всё во мне взбунтовалось. Ярость накрывала мир алой пеленой. Я ненавидела всех этих девушек и родителей, притащивших их сюда. Все они стали для меня на одно лицо – одинаково отвратительными, мерзкими. Их голоса, полные надежды, тревог, и снова надежды, жадности, негодования, презрения – от них чуть не трясло. Оступившись, я едва не рухнула на колено, чудом успела поддержать себя телекинезом.

Кандидаток было, наверное, больше двух сотен, и я задыхалась рядом с ними, ослепла от ревности и гнева. Не представляла, как искать здесь своих вассалов, как говорить с ними, если горло сдавил спазм, и я боялась открыть рот, потому что чувствовала – зарычу. И когти мне пришлось спрятать в кулаки.

Внутри всё дрожало от бессильной ярости, от того, что Элоранарр здоровался с этими девицами, улыбался им, рассматривал, как потенциальную пару. Вейру и Диору я никогда не воспринимала так остро ненавистными. Возможно потому, что знала – они не избранные, и Элоранарр не останется с ними, но сейчас, здесь… Или проблема была в брачной магии: сейчас я воспринимала Элоранарра как полностью своего дракона, я жаждала близости, совместных детей…

Меня накрывало безумие, всё потемнело, звуки доносились словно издалека, я не понимала, что говорил Элоранарр, но, кажется, он шутил, потому что девушки смеялись.

– Халэнн… Халэнн… – сквозь невнятный гул звуков донёсся чей-то голос.

Я развернулась, краем глаза улавливая, что и Элоранарр развернулся тоже. Мои вассалы. Удивительно, что я их узнала. Три главы семейств, четыре приведённые ими девушки, управляющий столичного дома и скромно потупившаяся Сирин Ларн, по моему приказу доставленная сюда под его чутким присмотром.

Хватило сил только махнуть в сторону ворот, я развернулась и направилась туда, старательно сосредоточившись на телекинезе.

Как же хотелось кричать! Кричать во всё горло, чтобы с диким воплем из меня вырвалась вся эта истерическая, ненормальная тьма.

За моей спиной Элоранарр пожелал девушкам удачи, предупредил, что отбор начнётся чуть позже и последовал за мной. Я настолько не хотела этого слышать, что слова превращались в невнятный гул.

Я остановилась. Нет, не для того, чтобы на публике соблюсти приличия: просто мои вассалы шли за мной, и Элоранарр тоже за мной, они оказались вместе, а я не могла этого вынести. Тошно от того, что не получалось усмирить до конца ревность, подавить гнев. Тошно и страшно: а если Элоранарр найдёт пару? Как я это переживу сейчас, под действием брачной магии? Никогда ни одна драконесса не подпустила к своему дракону соперницу в брачный период. И если раньше мне казалось, что перетерпеть такое возможно, сейчас я поняла, как это больно, страшно – насколько эти эмоции будят всё звериное, злое, хищное.

Элоранарр догнал меня, опалил своим запахом, близостью – мой дракон. Пусть на оставшиеся полторы недели действия брачной магии, но сейчас для меня он только мой. Самый желанный. Родной. Даже без ментальной связи, а с ней… мы бы вместе сходили с ума от жажды обладать друг другом, мы сгорали бы от этого удовольствия вместе, с радостью.

Медвежьи головы гвардейцев у ворот напомнили о Дарионе и его предупреждении, что от моего решения может зависеть судьба всего рода Аранских. Я отдала бы все мои деньги, чтобы узнать, одна я выжила из потенциальных невест принца Линарэна или есть другие кандидатки?

Приближались ворота. Приближался дворец. Мои вассалы молча шли за нами, а Элоранарр молча вёл нас внутрь. Его запах… какой же у него сладко-острый, волнующий запах. Как прекрасны его длинные огненно-рыжие волосы, сверкающие на солнце, будто драгоценности…

Миг темноты.

И я уже прохожу через ворота, не помня, как миновала последние несколько десятков шагов до них. Элоранарр взмахивает рукой, и в стене живой изгороди открывается арочный проход на площадку, выделенную для самых привилегированных кандидаток и их сопровождающих. Ощущение, что я в кошмарном сне, усиливается. Здесь намного больше кружев, ярче сверкают драгоценности, этих драгоценностей слишком много, рябит в глазах. Здесь шесть девиц рода Дарлис, устроившего ненавистную моду на кружева, и две из девушек, предложенные мне в невесты, теперь смотрят на Элоранарра, а мне хочется их порвать.

На солнце сверкают кубки в руках некоторых гостей. На столах – многоярусные блюда с угощениями. Даже появление Элоранарра не останавливает тихий гул разговоров: многие пользуются случаем завести и укрепить знакомства, обговорить дела. Это похоже на бал, только девушек слишком-слишком много, и цель – заполучить моего Элоранарра.