Сердце пентаграммы - Нинель Мягкова

закопать подонков в пустыне по самую шею, или провернуть еще какую казнь из репертуара изощренных арабов и китайцев.

— Конечно. — пожала плечами Марилла, как будто безнаказанность подонков дело само собой разумеющееся. — Ну, штраф наложили, конечно, за порчу Сосуда.

Порча особо ценного имущества. Прелестно, просто прелестно.

— А жених? — я понимала, что топчусь по самому больному, но раз уж начали вскрывать нарыв — лучше удалить весь гной разом. — Он что сказал?

Марилла пожала плечами, отворачиваясь.

— Я с ним после того не виделась. Не могла смотреть в глаза. Ведь я предала его. Пошла с его братом, как покорная овца, хотя должна была догадаться и не уединяться с мужчиной. Сама дура, сама виновата.

— Дура, как есть дура. — зло выплюнула я, и бедняжка сжалась в кресле пуще прежнего. — Как ты смеешь наговаривать на себя, и считать хоть что-то из произошедшего твоей собственной виной?

Отставив бокал на столик, я опустилась на колени рядом с креслом Мариллы, по-прежнему не решаясь обнять ее. Только вцепилась в подлокотник рядом с ее пальцами так, что мои костяшки побелели, и уставилась ей в глаза, вынуждая вернуться в реальность из кошмарных воспоминаний.

— Твоей вины в произошедшем нет. — четко, чуть ли не по слогам, произнесла я, глядя ей в лицо. — Ты не могла знать, что брат твоего жениха — подонок и тварь. Хотя, не будем оскорблять тварей. Он еще жив, кстати? При случае укажи пальцем, будь добра. Я его навещу ночью. Наедине.

Марилла вздрогнула от моего хищного оскала, но не отстранилась, а наоборот, протянула руку и неуверенно коснулась моего плеча.

— Это очень мило с твоей стороны, сделать вид, что тебе не противно находиться со мной рядом. — она улыбнулась дрожащими губами. — Мы все здесь из одного теста, так что я понимаю, что мы должны поддерживать друг друга, но не надо обещать подобных вещей. Мужчины… в своём праве. Я должна была блюсти себя, а в итоге по глупости попалась…

— Ты же не кролик, чтобы попасться по глупости волку. — перебила ее я. Что за ересь? Мужчины в своем праве трахать, кого им вздумается, ломать девочкам психику, употреблять их как придется… а в итоге еще и возлагать на них вину за произошедшее. Просто прелестно. — Если этот подонок не может себя контролировать, то его место в зоопарке, в клетке, а не среди людей. И я не имею обыкновения притворяться и лгать. Раз я что-то предлагаю или обещаю — делаю это от чистого сердца. И собираюсь выполнить до конца.

— Ты нас правда не бросишь? — раздался неуверенный голос от дверей. Сигге и Шантель стояли в проеме, переминаясь с ноги на ногу и глядя на меня с нескрываемой надеждой.

Я бросила мельком взгляд на Мариллу. Та чуть покраснела, но не расстроилась оттого что нас подслушивали. Думаю, остальные уже давно в курсе ее истории. Раз тот подонок, тем более, постарался провернуть все публично. Так что я загнала собственное раздражение поглубже. Не время для уроков этикета. Девочки сейчас как потерянные дети, не знают, кому могут доверять, брошены всем миром на растерзание сильнейшим.

— Я вас не оставлю. — торжественно пообещала я. — Но и вам самим придется постараться. Вы же покажете этим козлам, что мы — сила?

Меня поддержали не особо уверенно, скорее из вежливости.

Ничего. Задача, конечно, трудная, сначала придется взращивать самооценку в самом клиенте, а потом уже доказывать что-то окружающим.

Но и не таких я вытаскивала из порочного круга фаст-фуда и Нетфликса!

Глава 12

Отношение ко мне разительно переменилось. Это стало ясно следующим утром. Стоило нам вчетвером переступить порог столовой, как группа мускулистых ребят, не таких здоровяков, как те в красных плащах, и довольно бледных, во главе с Маури, оттеснила меня от девочек.

Точнее, попыталась.

Я увернулась от загребущих рук и вцепилась в дверной косяк.

— Ты чего уперлась? — удивился бледный непрошеный помощник. — Ты же теперь в нашей группе, значит есть и все прочее будем вместе.

Перспектива меня не вдохновила, особенно по поводу «всего прочего».

— Не надо, спасибо. Я привыкла с ними. — я мотнула головой в сторону растерявшихся девиц, не понимавших, как им реагировать. На помощь звать вроде не из-за чего, а просто уйти — похоже на предательство. Я же явно не в восторге от навязанной компании.

— Зачем они тебе? — почти дословно повторил слова преподавателя недоумевающий Маури. — Они же бесполезные. Ну, если только…

Он не договорил, но приятели его понимающе заухмылялись.

Я отцепилась от косяка и гордо выпрямилась, приготовившись обороняться. Пусть только попробуют уволочь за столик силой, мигом близко ознакомятся с содержимым тарелок!

— Между прочим, меня вы только вчера тоже считали бесполезной. — я сделала паузу и обвела весельчаков тяжёлым взглядом.

Мне в свое время для работы на камеру пришлось поработать над выражением лица. Когда сосредоточусь — такое зверское делается, будто я кого убила и теперь прикидываю, куда девать расчлененку. Поначалу клиенты пугались, особенно при первом личном контакте в фитнес-клубе. Так что долгие часы я репетировала перед зеркалом небрежную улыбку, чтобы запомнить ощущения. И после, стоило поймать себя на сосредоточенном оскале, старательно ее воспроизводила.

Только вот сейчас мне пригодился именно подавляющий волю, злобный ощер. Маури сглотнул, волевым усилием удержавшись на месте.

В контактном бою я вряд ли кого смогу победить, но знатно напинать успею. Парни послание считали на раз, и галантно отступили в сторону, освобождая мне дорогу к моим магичкам.

Не думаю, что мне удалось вызвать у них угрызения совести. Скорее, им и самим не особо хотелось тащить к себе за стол девицу сомнительного поведения, раз тренер приказал, то надо. Но очень сильно надеюсь, что сумела заронить в их головы некоторые сомнения в правильности мироустройства. Что, если не только я, доказавшая на деле, чего стою, достойна уважения и отношения, как к равной? Может, девицы тоже люди?

Подцепив под локти Сигге и Мариллу, я гордо прошествовала к стойке раздачи, и только там отцепилась, чтобы взять поднос.

— Пошла бы, чего уж там. — пробормотала неслышно рыжая, осуждающе поглядывая на меня. Ей все еще казалось несправедливым, что меня перевели в другую команду, но по крайней мере теперь она не винила в этом меня, а наоборот, своеобразно поддерживала. По мнению Сигге, я теперь должна была влиться в дружный мужской коллектив и перевоспитывать их, так сказать, изнутри.

Я же за невыполнимые задачи браться не собиралась. Показывать лучше всего на живом примере. А то я так и останусь