Ветер и крылья. Старые дороги - Галина Гончарова

– Энцо, а отец вам много времени уделял?

– Нет. Папа или с мамой был, или на охоте, или с друзьями…

Повезло малышне. Не успел Пьетро их своей дурью испортить. А с другой стороны, и понятно. Лет до пяти мальчика воспитывали кормилица и нянька, потом он плавно перешел под опеку старшей сестры, потому что денег в семье не было, а Мия – девочка ответственная и умненькая… а Пьетро?

Он, конечно, займется сыном! Но потом…

Сейчас вот к друзьям, а потом к сыну…

Сейчас вот к жене, к куртизанке, к любовнице, а потом к сыну…

Потом. Энцо все откладывался и откладывался на потом, а оно взяло и не наступило. Так что мальчик получился неглупый, любознательный и с характером. И главное теперь было направить его в нужное русло. Это Джакомо и делал. Медленно, но старательно.

Фьора подружилась с Катариной.

Кати сначала искрами плевалась, что есть, то есть, но потом поняла, что Фьора, в общем-то, безобидна и глупа, и махнула рукой.

Бывает…

Даже если что-то такое Фьора и говорила, она ж не со злобы, не по подлости, она просто такая уродилась. Глуповатая и импульсивная. А это можно и простить.

Да и Катарине было полезно общество невестки.

На Фьору обращали внимание, в дом тянулись гости, а Кати отлично знала, с кем и о чем говорить. Или кому и что говорить…

Все можно обернуть на пользу и себе и семье, так Кати учили. Информация – товар. Связи – товар. Люди… тоже товар, что уж там! А кому и торговать, как не купцам?

Энцо предстояло научиться тому же самому. А еще…

Джакомо улыбнулся мальчику.

– Хочешь, я найму для тебя учителя? Студенты у нас подрабатывают, дают частные уроки по всем предметам, и недорого. Изучишь математику, языки, географию и историю…

Энцо просиял. А потом задумался.

– А Мия?

Джакомо пожал плечами. Но…

– Ты – старший мужчина в семье. Если при тебе твоя сестра будет находиться в учебной комнате, это ничего, это не страшно. Особенно если под плотной вуалью.

Энцо просиял.

– Мие понравится!

– Но учти, если я пойму, что происходит нечто… неподобающее… ты меня сильно расстроишь, Энцо.

Мальчик кивнул.

– Я понимаю. Уверен, Мия ничего такого себе не позволит.

– Очень на это надеюсь.

Джакомо подумал, что в меру образованная девушка будет цениться даже больше. Умение поддержать беседу, знание языков, ведение счетов, игра на музыкальных инструментах…

Посмотрим, но студенту все равно, сколько детей обучать. Пусть попробуют.

Адриенна

– Смотри, детка, это Эврона.

Адриенна смотрела на город с высокого холма. Дорог, ведущих в столицу, было несколько, и эта считалась самой короткой, но и самой неудобной тоже. Через холмы, через перелесок, рядом ни деревни, ни родника – ничего. Для кареты – быстро проехать, и ладно. А вот для купцов с их животными, с их обозами – неудобно.

Сейчас дорога привела их на возвышенность, с которой открывался вид на Эврону. Город лежал перед ними, как будто драгоценным камнем на ладони, в окружении зеленых холмов и синих рек.

– Красиво…

– Эврона состоит из трех колец. Нижний город – мастеровых и ремесленников. Верхний город – благородных и богатых. Внутренний город – сердце Эвроны. Видишь? Вон там…

Девочка проследила за взмахом отцовской руки.

Даже отсюда дворец был огромным и величественным. Дома Адриенна ничего подобного не видела. И странное чувство отзывалось в ней…

– Папа, что это?

– Это дворец его величества Филиппо Третьего, когда он живет в Эвроне, – разъяснил отец. – В народе его прозвали Вороньим замком.

– Почему?

– Потому что в главной башне дворца всегда живут во́роны. Всегда, детка. И вывести их нельзя, разве что разрушить саму башню. Посмотри, с холма открывается отличный вид на город и сам дворец… тебе это пригодится.

Адриенна прищурилась.

Солнце стояло в зените, но город это разглядывать не мешало. Она вообще могла подолгу смотреть на солнце, не испытывая никаких неудобств. Вот и сейчас…

Три кольца обороны.

Продуманная система стока воды во время дождя. Высокие стены, хорошие укрепления… этот город не брали штурмом.

– Говорят, что Эврону нельзя завоевать.

– Ворота города открыло предательство…

– Не говори так в столице, Риен. Ты поняла?

– Да, папа.

Разглядывать городские кварталы Риен было не так интересно, как дворец.

Несколько больших площадок, окруженных зданиями. Не столько дворец, сколько целый крохотный городок. Три большие площадки, река, которая подходит ко дворцу с одной из сторон, большой зеленый парк, который также примыкает к реке…

И – ударом: все здания яркие, броские, украшены флагами, а вот это…

– Что это за серая башня? С черной крышей? Папа?

– Сейчас это тюрьма, Риен. Там держат личных королевских заключенных, и говорят, что из нее выходят только на плаху.

Девочка поежилась.

– Брр… а что это было раньше? Если – сейчас?

– Воронья башня Сибеллинов. Именно там живут знаменитые вороны.

Адриенна молча и сосредоточенно смотрела на башню. Если правда то, что рассказал отец… если она действительно – той крови? Что она должна сделать?

Как поступить?

Ответ не находился. И все же было нечто привлекательное и соразмерное в Вороньей башне. Среди разряженных дворцовых зданий, среди парков и садов, среди хаоса и разноцветья она смотрелась, как… как…

«Как клинок, который вонзили в именинный пирог», – вдруг подумалось Адриенне. Здесь все такое разноцветное, яркое, праздничное и радостное. И посреди всего, в самом центре – башня. Строгая, сдержанная… она не забыла своих хозяев. Она помнит. Она ждет…

– Почему король ее не снес?

– Не сумел? Не захотел?

Адриенна качнула головой.

– Не верю.

Дан Марк пожал плечами.

– Мог просто побояться, Риен. Просто – испугаться.

– Но проклятие он уже получил?

– А что может получить вдогонку?

Адриенна тоже пожала плечами.

– А есть еще какие-то рассказы про эту башню?

– Их забыли, Риен. Их приказали забыть.

Адриенна кивнула. И подумала, что ей нравится эта башня. Единственная несломленная. Единственная, что осталась верной своей присяге и своей крови.