Буря времен года - Эль Косимано

Дыхание Кроноса холодит мне ухо.

– Жаль, что тебе придется умереть.

В холоде его шепота я слышу невысказанные слова. Тайный смысл. Это будущее, это видение, которое он решил мне показать, отражает мою окончательную смерть – мое исключение из программы.

Я моргаю, не в силах ни пошевелиться, ни заговорить, а Кронос со своими Стражами выходят из комнаты.

Гея опускает голову над столом и вдруг ударяет по нему ладонями, заставляя меня подпрыгнуть от неожиданности. Она наклоняется над шаром, сжимая губы в тонкую линию, и наблюдает за попытками дымного тумана освободиться из стеклянного плена. Она испускает дрожащий вздох, от которого поднимаются и опускаются плечи, и ее белое платье льнет к полу, отказываясь поворачиваться вместе с ней.

– Подойди ближе, Зима. И куратора своего прихвати.

Мы с Чиллом на нетвердых ногах бредем к возвышению. Взгляд Геи настораживает, он жесток, как алмаз с ослепляющими острыми гранями. Мы приближаемся.

Мое сердце замирает, когда я понимаю, что Гея смотрит на мои синяки. Чилл почтительно опускается на колени. Видя, что я не последовал его примеру, он толкает меня локтем в бедро.

– В формальностях нет никакой необходимости, – произносит Гея низким хриплым голосом. Ее волосы, еще мгновение назад искрящиеся яростью, теперь безвольно рассыпались по плечам. – Полагаю, вы знаете причину, по которой оказались здесь.

Чилл отрицательно качает головой. Гея пронзает меня внимательным взглядом. Я тоже изображаю недоумение.

Она тянется к кнопке интеркома на своем столе.

– Пригласите профессора Лайона.

Двери позади нас открываются. Я не могу заставить себя смотреть на появившегося в моем поле зрения профессора Лайона, держащего в руках откидную хрустальную сферу, внутри которой бьется шмель, царапая стекло лапками.

Гея подходит ближе, ловит взгляд Лайона. Он с тихим почтением наблюдает за тем, как она открывает крышку.

Шмель яростно жужжит и выставляет жало, когда Гея тянется к нему рукой. Воркуя и шепча, она ловит его, подносит сложенные чашечкой ладони к губам и дует в пространство между пальцами. Ее руки озаряются магией – той самой, что она забрала у убитой Кроносом Весны.

Гея отпускает шмеля, но тот льнет к ней. Послушный и тихий, он склоняется под ее прикосновением, когда она гладит его мохнатую спинку. Взмахнув рукой, она отпускает его, и шмель поднимается в воздух, но далеко не улетает. Он садится на подлокотник рабочего стула Геи.

Лайон закрывает крышку. Поверх сферы, которую все еще держит в руках, он бросает взгляд сначала на две кучки пепла на полу, потом на меня.

«Жаль, что тебе придется умереть».

Чилл крепко зажмуривается и шевелит губами, беззвучно твердя молитву. Я не могу просто стоять здесь. Не могу позволить Чиллу распрощаться с жизнью из-за совершенной мной ошибки. Мой пульс учащается, когда я делаю шаг вперед.

– Я могу объяснить.

– В этом нет необходимости. Цифры говорят сами за себя.

Чилл поднимает глаза к мониторам, на которых высвечивается мой рейтинг. Дни, проведенные мной в попытке спастись от собственной смерти, противопоставляются погодным сводкам, сообщениям о гибели людей в результате переохлаждения и дорожно-транспортных происшествий, а также учебным табелям и отчетам о поведении… и все это дает окончательный балл. Рядом с ним на экране так быстро проносится выделенное красным имя, что я едва успеваю его прочитать.

Флёр Аттвел.

Ее рейтинг опустился ниже красной черты.

– Твои успехи за последние несколько лет весьма… хммм… впечатляют, мистер Соммерс.

Флёр. В следующем году она – первый кандидат на Зачистку. От осознания этого у меня подгибаются колени.

– Я не понимаю.

Неужели это я сделал? Разве я несу за это ответственность?

Наблюдая за тем, как имя Флёр пропадает с экрана, я едва слышу обращенные ко мне слова Геи:

– До следующего отбора кандидатов на продвижение по службе еще два года. Однако одна из наших североамериканских зим так и не вернулась с охоты. Она, как мы говорим в таких случаях, растаяла в воздухе.

Я переключаю внимание на Гею, лихорадочно пытаясь схватить суть разговора. Растаявшее в воздухе время года не просто пропадает. Оно умирает навсегда, и его материя рассеивается.

Гея натянуто улыбается.

– Я предлагаю тебе занять ее место.

На экране появляется карта города Анкоридж, штат Аляска. У меня пересыхает во рту.

– О да, черт возьми, да, – шепчет Чилл, раздуваясь от гордости. От сковывающего его всего мгновение назад страха не осталось и следа.

Как же так? Как же это возможно? Дуг знает о моем передатчике. Они в курсе, что я нарушил правила. Нет никакого смысла в том, что за одно и то же действие Флёр подлежит Зачистке, а меня повышают.

– Я направила одного из Стражей Кроноса временно исполнять обязанности Зимы на этой вакантной должности, так что у тебя будет достаточно времени, чтобы подготовиться к переезду. В течение следующего года наш отдел кадров окажет твоему куратору помощь в переводе финансовых счетов и перевозке любых личных вещей на склад в Анкоридже, где они будут ждать твоего прибытия в ноябре следующего года. Следующие полтора года ты станешь работать непосредственно с профессором Лайоном, который поможет с подготовкой. – Профессор кивает. – Он хорошо знает регион и предъявляемые им физические требования. Твои периоды стазиса и восстановления станут длиннее – и сезоны охоты тоже, – а времени на тренировки поубавится. – Она внимательно смотрит на синяки, которыми меня наградил Дуг. – Как я погляжу, ты и так пренебрегаешь правилами, касающимися тренировок во время обязательного периода восстановления. Надеюсь, я могу с уверенностью предположить, что ты готов к возложенной на тебя миссии?

Я дотрагиваюсь до синяка на щеке. Еще один год. У Флёр есть еще один год до зачистки. И у меня есть еще один год до того, как меня отправят в Анкоридж. Мне сдавливает горло. Лайон вопросительно вздергивает бровь.

– Да, Гея, – тихо отвечаю я.

– Хорошо, тогда решено. Профессор Лайон позаботится обо всех твоих нуждах.

Встретившись с ним глазами, Гея проходит мимо, достаточно близко для того, чтобы их руки слегка соприкоснулись. Краем глаза Лайон наблюдает, как она уходит, а сам медлит в ожидании меня.

У меня будто ноги к полу приросли, и, глядя на беснующийся в стеклянном шаре дымный туман, мне кажется, что вокруг меня смыкаются стены.

В комнату входит ассистентка Геи с метлой и совком. Наклонившись, она сметает с пола пепел и без всяких церемоний высыпает в мусорное ведро.

В поднявшемся облаке пыли я отчетливо вижу образ Флёр.

Лайон кладет мне руку на плечо. Я поворачиваюсь и вижу его прищуренные от сочувствия голубые глаза и плотно сжатые губы, будто чтобы не выпустить отчаянно рвущиеся с языка слова.