Избранная Луной - Лана Ежова

— Понимаешь, Лиза, мне сложно проникнуться дружескими чувствами к тому, кто меня недолюбливает и обижает.

— Прости, ревность ум затмила.

— Ладно, давай закроем тему и вернемся в беседку.

Слушать ее откровения о любви к Вольскому совсем не хотелось. Ощущения противнее, чем при виде бутылки с заспиртованным гадом. Что греха таить, так мерзко мне не было, даже когда очнулась в лесу с измазанным кровью ртом и с шерстью кролика, застрявшей в зубах.

— Пожалуйста, выслушай, — настаивала Лиза. — Я начала встречаться с ним недавно, боюсь, что люблю его сильнее, чем он меня. И как выяснилось, ты — его идеал.

Мое сердце заколотилось как сумасшедшее. Я — идеал Вольского!

— Ему нравятся спокойные, тихие девушки, которые тем не менее могут за себя постоять. Поэтому я и приревновала Васю…

— Васю? — словно от сладкого сна очнулась я. — Как — Васю?

Лиза хохотнула:

— Ну не с Кимом же мне встречаться или Вольским!

Я почувствовала себя крайне глупо. Это о чем она сейчас? Если я своими ушами слышала, как она подкатывает к Александру! Врет и не краснеет!

Хотелось уличить во лжи, но это было бы неразумно.

— Лиза, спи спокойно: Вася — приятный молодой человек, но не для меня.

Девушка накрутила на палец смоляной локон и с наигранным облегчением обронила:

— Спасибо, я рада, что мы не станем делить одного мужика. Значит, можем подружиться? Мир?

От войны диверсионной переходим к холодной? Как будто все хорошо, а на самом деле в душе лютая неприязнь? Что ж, я тоже умею врать.

Лиза улыбнулась, я — в ответ. И без колебаний пожала протянутую руку:

— Хорошо, попробуем нормально общаться. Мир.

К беседке возвращались без спешки.

— Миамина — это твое настоящее имя? Так и написано в паспорте?

После откровенной лжи, которую навешала мне на уши данная мадам, отвечать правдиво не хотелось.

— В наше время, когда все покупается и продается… Как ты думаешь, что в моем паспорте?

Лиза хмыкнула:

— Забавное имечко!

— А то! Не всем же быть бедными Лизами, — подмигнула я.

Экономка фыркнула. Интересно, как часто ей напоминают о повести Карамзина?

— Ой, девчонки вернулись, — встретил нас радостно Вася.

Глаза молодого человека весело блестели, так что догадаться несложно: дегустацию странноватых напитков начали без нас.

— Вижу, у нас появился первый тост? За дружбу? — вкрадчиво спросил азиат.

— Да, давай за дружбу! — разрешила Лиза и потянулась к бутылке с желтоватым содержимым. — Из цветов азалии, не перепутала?

Азиат кивнул и для меня перечислил, что входит в состав алкоголя, выставленного на столе. Змеиное вино здесь оказалось самым страшным, но мне его никто и не предлагал — мужчины пили сами. При случае надо будет посмотреть в Сети, в чем особенность и тотосуня. Или тотсуля? Как правильно называется? Ладно, просто «дохлое» вино…

Легкий приступ тошноты прошел, и я с удовольствием вгрызалась в горячие отбивные и кисло-острые крылышки с петрушкой. Даже цветочное вино не вызывало опасения после того, как Ким поклялся, что оно действительно изготовлено из лепестков азалии. Сладкий, вязкий вкус мне даже понравился.

— Миа, почему ты здесь?

Вопрос застал врасплох, и я чуть не подавилась косточкой.

— Все просто, Ким. Мне нужна была работа, дочери Вольского — няня, — откашлявшись, ответила полуправду.

Азиат склонил голову к плечу:

— Хм, не хочешь рассказывать о себе первой? Ладно, тогда начну я. — Он выдержал паузу и заговорил: — Я работал в нью-йоркском экзотическом ресторане для полуночников «Контузия», работал поваром-турне, то есть ассистировал в разных отделах кухни. У меня неплохо получалось все: от соуса до десерта. Я мечтал когда-нибудь дорасти до шефа, не подозревая, что это «когда-нибудь» близко, — один солидный маг предложил возглавить такой же ресторан, как «Контузия», в вашей стране. Я согласился. Вот только проработал всего полгода. Однажды сын хозяина, молодой и очень перспективный некромант, устроил пирушку для друзей. Ему было мало экзотики в меню, и он потребовал подать к их столу особое блюдо.

Он замолчал. Лиза с Васей не ели и не поднимали взгляда, и я тоже отложила вилку. Как бы не услышать то, что вообще отобьет аппетит.

— Мне принесли на кухню «сырье» — связанную девушку, которая посмела бросить мага.

— Ужас какой! — вырвалось у меня.

Каннибализм — наивысшая мерзость, поэтому я недолюбливала вампиров.

Забавно… В этот момент я осознала, что обращение в оборотня — не самое худшее, что могло со мной случиться. Меня не обратили в вампира — уже счастье…

Тем временем Ким продолжал рассказ:

— Само собой, я устроил скандал. И не тихо, позвонив папаше урода, а прямо в зале ресторана. По счастливой случайности в «Контузии» ужинал Хемминг, представитель Контроля, со своей командой. Сдуревшего от безнаказанности некроманта мигом скрутили. После суда, где я был главным свидетелем, бывший работодатель пообещал мне скорое возвращение на родину. По частям…

— Ого! — поразилась я. Папаша морального чудовища быстро нашел крайнего. — Теперь ты скрываешься здесь?

— Поначалу так и было. Хемминг познакомил меня с Вольским, одним из немногих, кто не боялся моего врага. А год назад на нарушении закона Полуночи попался и мой бывший работодатель, но я все равно остался в вашей стране.

Я не стала спрашивать причину.

— Не скучаешь но родине?

— Нет. Мне нравится здесь.

— А по работе в большом ресторане? У проклятчика ведь не раскроешь полностью свои таланты?

Ким удивился:

— Почему это? Наоборот, я не готовлю дежурные блюда, каждый раз я творю, создавая и экспериментируя. Последнее в меру, конечно, — по-доброму улыбнулся он. — Ребенка все-таки кормлю.

Мне хотелось спросить, кто он, но чудом сдержалась. Не время для любопытства.

— Предлагаю тост за открытость, — поставила жирную точку в откровениях повара Лиза.

Вино из азалии немного вскружило голову, а ведь показалось, что некрепкое. Неужели при его изготовлении использовали магию? Надеюсь, что нет, иначе и меня развезет, как обычного человека!

— Ну а я скрываюсь до сих пор, — решительно призналась экономка. — От вампиров.

— Почему здесь? Когда полным-полно центров помощи жертвам? Ближайший, к примеру, при ночном клубе «Ультрафиолет», его владелец — Николаев, мой знакомый. Он всегда готов помочь таким, как ты.

— Нет, Миамина, таким, как я, он не поможет, — грустно возразила экономка. — По добровольно подписанному договору я принадлежу мастеру Феликсу.