Крестоносец из будущего. Командор - Герман Романов

— Хорошие будут воины!

Рядом с Андреем встал священник. Отец Павел взглядом бывалого рыцаря оценил новобранцев исключительно позитивно. Да и Никитин был ими доволен. В сравнении с призывниками из его времени, всеми правдами и неправдами старавшимися «закосить» от службы, эти здоровые крестьянские парни предстали в самом выигрышном свете.

«Залеты» и иные нарушения дисциплины типа пререканий или отлынивания были невозможны по определению. Потому что такой вояка автоматически вылетал со службы со всеми вытекающими для него тяжкими последствиями. В семье вряд ли его по головке погладят за уплату десятины, а ровесники и, что намного страшнее, потенциальные невесты ехидными насмешками осыпать будут. И замена мигом найдется, вступить во вторую сотню желающих хватало с избытком.

Андрею пришлось даже под пустячными предлогами отказать в приеме на службу сыновьям кузнецов и оружейников. Пусть родителям лучше помогают — оружия и снаряжения потребовалось в неимоверном количестве.

Одно угнетало не понарошку — ведь Заволя привезет еще тиса и стрел, как раз на вооружения двух сотен и хватит. Вот только орденская казна хотя и позволит этому купцу выплатить за «товар», но после такого «кровопускания» останется пустой, как кувшин с вином в трактире. И пополнить «бюджет» скоро не удастся — десятина будет выплачиваться натурой, а где ее реализовывать прикажете?

В Плонск селяне давно не гоняли возы — нарваться на воинов Завойского им совсем не улыбалось, бывали уже прецеденты. Первое время выручали беженцы из Словакии, подметавшие продовольствие, как саранча, отдавая за него последнюю рубашку. На этом село и богатело, но с прошлого года поток переселенцев оскудел, а с нынешней весны и вовсе иссяк.

— Конвои, что ли, отправлять, да сотню лучников в охранение ставить? — задумчиво пробормотал Андрей и посмотрел на священника. Тот подумал минуту и согласно кивнул головой.

— Не станет Завойский битву за наш обоз у стен самого Плонска устраивать. Себе дороже выйдет. Да и чехи к сему неодобрительно отнесутся, если орденцы сопровождать его станут. Пропустит возы, вот только вряд ли большую цену дадут сейчас, нужно до весны ждать.

— Деньги-то сейчас нужны, — вздохнул Андрей и с надеждой посмотрел на отца Павла. Старик промолчал — и вопрос чисто риторический был, и ответа на него у них не находилось.

Так они и стояли на стене Белогорского замка, что напоминал перевернутую букву «А» на очень коротких и тонких ножках. Или треугольник на больших колесиках, роль которых выполняли две массивные, вынесенные чуточку вперед, башни, сложенные из плитняка.

Но сам замок был небольшим, площадью едва на шесть соток, а стены не достигали и четырех метров в высоту, хотя в толщину были лишь вполовину меньше.

Такую твердыню с наскока не взять, долгонько у стен повозиться придется, если гарнизон большой. А сейчас он представлял не прежнее «копье», и то неполное, а весьма значительную силу, включая два десятка арбалетчиков, набранных из беглых смердов и холопов.

— Все же пан Сартский допустил большую ошибку, что этим летом на Бяло Гуру не пошел, время упустил.

— Ты так думаешь, брат-командор? Мост прямо в замок упирается, река, хоть и узкая, но быстрая и полноводная, бродов, что вверх, что вниз по течению, на ней нет. Только дальше, но там и берега обрывисты, и белогорцы засеки на них соорудили. Нет, пан не дурак своих кметей терять. Ведь при переправе селяне даже из своих простеньких луков воинов перещелкают…

— Ты слишком самонадеянным стал, брат Павел! Слишком полагаешься на естественные препятствия и этот замок, — Андрей усмехнулся. — А ведь захватить Бяло Гуру весной или летом проще простого было.

— И как же?! — с ехидцей осведомился старый рыцарь. — Уж растолкуй мне, а то непонятно даже стало, а ведь я в боях и походах состарился.

— Ты меня на «слабо» не бери, я тоже многие годы не в харчевне подвизался, ряшку наедая. Смотри на ту сторону, метров семьсот ниже моста, где навесы стоят для торговцев. Берег пологий, удобный, лагерь разбить можно. С замка туда не стрельнешь, далековато будет. Я бы поступил так, будь на месте Сартского…

— Интересно было бы узнать, — священник прищурил один глаз и хитро посмотрел на Андрея. Но тот на это не обратил внимания, негромко рассуждая, будто сам с собой.

— А дальше все просто — с той стороны ставим десятков пять арбалетчиков, у пана их с сотню наберется, и те местных лучников от реки махом отгонят. И без ущерба для себя — лук на сотню шагов слабее бьет. Скоренько перебрасываю вплавь или на лодках саперов… Умельцев, короче. И через реку пару канатов натягиваем. Плоты заранее изготовим — и вот тебе паромная переправа. Первым делом высаживаем арбалетчиков, они быстренько бездоспешных крестьян выстреливают или отгоняют. Потом пару рыцарских «копий» переправляем и…

— Ничего не получится. Я телег с деревянными щитами поближе к берегу пригоню, вот для моих лучников и укрытие будет. А коней при переправе стрелами побьем!

— Тогда славненько. Вот тут-то ты и попадешься, потому что переправ будет три. Или на «обманку» попадешься. Или на нужном месте твоих лучников слишком мало окажется. Ты ведь по берегу стрелков размажешь для наблюдения и большую часть к замку перебросишь. Ибо здесь тебе все силы держать надо, — Андрей еще раз показал на тот берег, потом ткнул пальцем в сторону двух горушек, что замыкали широкую долину. — А сразу ты три направления никак не перекроешь пятью сотнями необученных толком селян, если я разом начну. Далековато придется твоим парням на своих двоих бегать от фланга к флангу. Не успеют все места перекрыть. На одном я все же рыцарские «копья» на твой берег и перевезу…

Андрей возбужденно мерил шагами небольшую площадку на крепостной стене. Словно вернувшись в ту, прошлую жизнь, он разрабатывал план операции. Особых размышлений он и не делал, просто навскидку оценивал замковые укрепления и прикидывал силы и возможности и нападающих, и обороняющихся.

— Дальше просто — они твоих мужиков с палками, что по недоразумению луками называются, в коровью лепешку размажут. И тебя вместе с ними заодно, и замок без проблем возьмут, ибо гарнизона тогда практически и не было. Вот так-то, а ты мне тень на плетень больше не заводи. Самая большая ошибка командира — быть слишком самонадеянным, особенно когда оборону держишь. Враг ведь не дурак, он тоже к тебе подходы ищет.

— А говорил, что не разбираешься…

— Я сказал, что не умею владеть холодным оружием на том уровне, что здесь обыденным считается. Но тут дело другое. Тактика еще от древних греков пошла. Ее конкретные приемы зависят от состояния военно-технического, то есть оружейного, производства и вооруженной силы. И подготовки воинов, конечно.

— А если пан Сартский через пару месяцев на нас пойдет?

— Ничего у него не выйдет. Луки не дадут через реку переправиться, арбалетчиков положим — у нас вдвое больше стрелков. И спокойной жизни ему на том берегу не дадим, партизанить будем. Я тебе о таком способе малой войны говорил, помнишь?