Terra Mirus. Тебе не кажется - Наталья Русинова

Вот и пришлось ехать по новому адресу, написанному отцом на бумажке. Через картофельные поля, дачи на холмах, луга с коровами и овцами. Последние еще и умудрились переходить дорогу в районе дач практически 20 минут. И ведь даже не бибикнешь, подгоняя, напугаются еще.

Но пару не очень добрых слов вслед стаду и его пастуху, едва переставлявшему ноги и испускавшему густой сивушный дух, который ощущался даже через полуоткрытое стекло, Июлия все же в сердцах шепнула. Вот только погода после этого испортилась окончательно. Небо посерело и затянулось тучами, подул ветер, дождик усилился. И дорогу впереди она окончательно перестала узнавать.

– Видимо, сегодня не мой день. Все невозможные неудачи собрала, – вздохнула она через пару километров, съезжая на обочину, чтобы свериться с картой.

И только сунула в нее нос, как метрах в десяти, в кустах у дороги, вспыхнула алыми фарами машина.

– Да чтоб вас! – выругалась девушка, и тут же прикусила себе язык.

Видимо, неудачи нынешнего дня решили поторопиться и собраться все вместе, чтобы не отстать от графика.

Красные фары на авто были только у моралфагов, они же блюстители Полиции нравов. И надо же было нарваться на патруль в такой глуши! Две фигуры в серой униформе приближались неторопливо, размеренным шагом. Кому бы пришло в здравую голову оказывать им хоть какое-то сопротивление?

Различных силовых служб, которые в прошлой жизни носили общее название «внутренние органы» и из-за этого склонялись похабными юмористами на все лады, больше не существовало. Только Полиция нравов. Великие считали, что преступление есть преступление, и наказание должно быть неотвратимым, неважно, нарушаешь ли ты какие-либо правила на дороге, на центральной улице, на работе или у себя дома. Поэтому и новые полицейские были специалистами на все руки: могли и оштрафовать за неправильную езду, и прочитать лекцию с выговором шумному соседу (а данные о инциденте передать потом на работу, дабы лишить хулигана стимулирующих доплат), а могли и расстрелять в упор продавца запрещенной «химии», торгующего антибиотиками из-под полы, если тот оказал сопротивление и попытался скрыться.

Хорошо, у простых постовых не было волшебных приборчиков, показывавших уровень алкоголя, лекарств и прочего непотребства в крови. Холодок пополз по затылку, а потом и по спине. Июлия была уверена, что теперь ее анализ покажет и то, кем она является на самом деле. Хотя… Раньше ведь регулярно проходила проверку и подозрений ни у кого не возникало. А ближайшая через полгода, надо как-то подготовиться. Спросить, что ли, у драконов, как можно обмануть эти тесты? Или подумать самой? Мозги и инженерное образование ей для чего-то ведь даны, и вовсе не на горе и печаль будущему мужу, как коллеги по отделу говорят.

В боковое стекло аккуратно постучали. Июлия выдохнула, быстро натянула на лицо дежурную улыбку девочки-припевочки, всегда выручавшей ее в подобных ситуациях, и открыла дверь.

– Служитель порядка Семен Епифанов, – пробурчал тот, что повыше. Серая рубашка была ему явно мала и с трудом сходилось на животе. – Это ваша машина? С какой целью вы передвигаетесь за городом одна на авто, да еще и в такое время? Комендантский час начнется через несколько минут.

– Июлия Лисницкая, уважаемый блюститель. Я ищу клинику «Годы молодые», нужно забрать лекарство для папы, – девушка помахала правами и рецептом, не прекращая жизнерадостно улыбаться.

– Хм, – мужик в форме слегка смутился и поскреб в затылке. – Так за следующий поворотом они, вы слегка не доехали. Папе лекарство – это хорошо, папе надо помогать…

Из-за его спины высунулась низенькая полная женщина, но ей форма, наоборот, была велика. Это ж на какого колобка ее шили?

– А машина чья? – она и не думала представляться, только уставилась Июлии в лицо глазками-буравчиками. Затем повела носом и скривилась. – Что же вы надушились так, поехав папе за лекарством?

– Так папина машина, – Июлия невинно захлопала ресницами. – Я по доверенности езжу, выполняя его поручения, сам он уже в возрасте и не может.

– И что же папа говорит по поводу того, что его машина пропахла густым цветочным духом? – ехидно ухмыльнулась тетка.

Вот ведь гадюка противная, стоит и явно упивается своей властью! Знает, что Полиции нравов нельзя оказывать ни малейшего сопротивления, даже в ответ на неприкрытое хамство. Хотя, это хамство было очень даже прикрытым – под видом заботы об остальных. Всем ведь известно, настоящая женщина должна выглядеть слабой и покорной, одеваться скромно, ходить, опустив глаза в пол, пахнуть чистотой и невинностью. А тут сопля, едва после университета – на машине, и надушилась еще.

– Так это… – Июлия опустила глаза и изобразила скорбный вид. – Болею я. Никак простуду вылечить не могу, травы плохо в этот раз помогают. А вы же знаете, что болезни плохо пахнут, в «Главной книге» про это сказано. Но я девушка, мне стыдно вонять.

Вот теперь тетка довольно осклабилась, как будто исполнила гражданский долг.

– То-то же. Замуж тебе надо, девка, нормальный мужик – он все болячки лечит. Так что езжай в свою клинику, заодно и спроси средство от своей хвори. Там Травник нормальный, дерет правда, втридорога, но тебе все равно замуж надо, уж не поскупись. А то еще немного – и перестарок. Тогда возьмет тебя в жены только кто-нибудь из этих, ученых, – и она скривилась. – Так что давай, поспешай. И больше так поздно не езди!

– Не буду, – кивнула Июлия, закрыла дверцу и медленно поехала вперед по дороге, не прекращая улыбаться. Сто метров, двести, триста…

И только заехав за поворот, она дала волю чувствам, стукнув по рулю так, что заныли ладони.

– Да чтоб тебе язык твой поганый в той клинике втридорога полечили! С замужем и длинным носом, лезущим не в свои дела.

Но вместе со злостью и обидой пришел страх. Июлия прекрасно понимала, что густым цветочным духом пахло от нее самой – от волнения. Нет, точно надо с драконами поговорить, вдруг и для нее найдется чудодейственный эль? А то момент, когда она в итоге попадется белобрысым и те все поймут, станет неизбежным.

Вдоль дороги потянулись домики с цветущими палисадниками вокруг. Дождь прекратился, сквозь щель поверх приоткрытого бокового стекла пахло жасмином и мокрой землей.

Здание клиники, двухэтажное, каменное, с отделкой под красный кирпич выделялось на общем фоне как домик Наф-Нафа среди хижин остальных братьев-поросят. Кстати, эта сказка была социально одобряема и рекомендовалась для изучения детьми уже с трех лет. Считалось, что к труду нужно приучать сызмальства, а что лучше подходит для этого, как не чудесная история? А вот про Емелю и щуку запретили. Ибо нечего пропагандировать тунеядство, да и что это за срам, когда женщина работает и желания исполняет, а мужик на печи лежит? Станешь тут поневоле злыдней с острыми зубами…

Июлия притормозила на заднем дворе и на всякий случай заглушила мотор. Не хватало еще нарваться на чокнутую бабку-скандалистку, которая считает, что автомобили загрязняют окружающую среду, а значит, и нечего им ездить по чужим деревням.