Аудит одуванчиков - Эндрю Гивлер

"Алекс, - спокойно сказал Орион, протягивая руку, чтобы вытащить свой клинок. В отличие от его пылающего меча, ярость Охотника обжигает холоднее ледяных шапок. Меч сверкал, как маяк, его свет заставлял наши тени бежать в поисках укрытия, когда сумерки начали, наконец, переходить в ночь.

"Алекс", - сказал я предупреждающим тоном.

"Разомкни круг", - приказал Орион, его голос был полон той же бездны, что наполняла его темные глаза.

Алекс посмотрел на меня с беспомощной гримасой, говорившей "Что ты хочешь, чтобы я сделал?", поднял ногу и пнул застывшую пену, разорвав круг.

"Наконец-то!" восторженно воскликнул Заган. Он отвел Desert Eagle от моего лица и направил его в сторону Ориона. "Насколько я помню, Охотник, я должен тебе за шрам, полученный при нашей последней встрече. Посмотрим, не притупили ли века твою остроту".

Он вытянул правую руку и лениво описал ею круг. Завершив его, он протянул руку через центр очерченного им пространства и потянул. Из воздуха появился длинный черный меч. Он был острым только с одного края и слегка изогнут, в традициях катаны.

Меч выглядел так, словно сгорел в страшном огне: он был обуглен от кончика до рукояти. Черный пепел слетал с него, как темный снегопад, но всегда исчезал из виду, не успев упасть на землю. Казалось, что от одного сильного удара разрушенный клинок разлетится на тысячи осколков. Лезвие поглотило свет вокруг себя, и темнота внезапно стала гнетущей и близкой, как будто ночь приблизилась на два гигантских шага.

"Архангел, может быть, и позволил тебе оставить этот меч, - сказал Заган, отбрасывая Desert Eagle в сторону, как использованный бумажный стаканчик, - но я с удовольствием заберу его себе".

Глава 6

Падший ангел хотел убить меня и моих друзей. Год назад я был просто ребенком, чьи мать и сестры погибли в автокатастрофе, отец отрекся от него, а я не был готов идти к психотерапевту. Жизнь проходит быстро, это гарантия смертности.

Орион никак не отреагировал на насмешки Загана. Это не в его стиле. Когда дело доходит до драки, он - настоящий поклонник Тедди Рузвельта. Ну знаете, который "говори мягко, но держи в руках большую дубинку". Только в этом случае Орион позволяет своему огненному мечу говорить за него.

Охотник рванулся вперед, небрежно держа меч в правой руке острием к земле. Такому дуэлянту среднего уровня, как я, казалось, что он забыл все правила боя на мечах, которые сам пытался вдолбить в мой толстый череп.

Но в поединке двух мастеров фехтования правила - это скорее рекомендации. Они овладели языком клинка настолько, что им уже не нужна грамматика, они говорят аббревиатурами.

Клинок Охотника взметнулся в размытом диагональном выпаде. Упавший меч Загана поднялся, блокируя удар Ориона. Орион крутанулся в сторону еще до того, как их клинки соединились, и, используя импульс, изогнул свой клинок в виде извилистой линии. Заган, небрежно уклонившись в сторону, сделал выпад, который Орион перехватил - на этот раз демон успел сместить свою атаку до того, как мечи сцепились. Они танцевали так еще мгновение или два, клинки прыгали в стороны, даже не соприкасаясь друг с другом, какой-то мастерский расчет определял исход поединка еще до того, как был нанесен хоть один удар, и решил, что это неправильный ход.

Несмотря на игры разума, все мы понимали, что все решится только с помощью насилия. Два фехтовальщика не могли танцевать вечно. Через несколько мгновений Орион решился на удар, который Заган согласился встретить. Пылающий меч упал, как падающая звезда, а навстречу ему поднялся клинок пожирающей тьмы. Раздался звук, похожий на звон колокола, такой громкий, что мир содрогнулся в агонии.

Ударная волна пронеслась мимо наших ног, вздымая клубящуюся пыль. Волосы на затылке встали в парадную стойку. Мне показалось, что это что-то значит. Я ненавижу, когда вещи что-то значат. Это никогда не бывает чем-то приятным, вроде дополнительных дней отпуска или бесплатного мороженого. Это всегда "упс, мы случайно разбудили дремлющего в глубине монстра".

Сила удара Ориона была сокрушительной, но эти древние воины только разогревались. Словно темный шепот, изогнутый клинок Загана скользнул вокруг Ориона и попытался рассечь его грудь.

Но Охотник подобен чемпиону по бальным танцам - он никогда не забывает о работе ногами. С непринужденным изяществом Орион обошел стремящееся к темноте лезвие, занося свой собственный меч для атаки. Заган был вынужден отступить на шаг, чтобы сохранить руку в целости. Мое сердце немного забилось, когда я увидел, как большой и страшный финансовый директор Ада отступил перед лицом гнева Ориона. Он сам виноват: нажал на большую красную кнопку, чтобы разозлить Ориона. Если играешь в глупые игры, то выигрываешь глупые призы. Таковы правила.

Мрачная улыбка появилась на лице Загана, и его клинок начал двигаться быстрее, чем мог уследить мой глаз, и Орион подстроился под его темп. Я только и успевал следить за тем, как раз за разом сталкиваются свет и тьма.

Несмотря на агрессивность Ориона, Заган не был слабаком. Адский финансовый директор явно был мастером фехтования. Я храбр, но не глуп, поэтому, когда мечи начали размахивать быстрее, чем я успевал подумать, я выбежал из круга, чтобы присоединиться к Алексу сбоку. Это был бой, который настолько выходил за рамки моей весовой категории, что даже не смешно. Я был Бэмби, а они оба - велоцирапторами.

Падший ангел и нефилим кружили друг вокруг друга в разрушенном круге, искры летели каждый раз, когда их мечи сталкивались и расходились.

Я взглянул на Алекса и увидел, что он достал свой телефон и записывает легендарную дуэль, происходящую у нас на глазах. Я не мог его винить. Если бы мне довелось увидеть поединок Гектора и Ахилла, я бы, наверное, тоже постарался его записать. К тому же мы ничем не могли помочь.

Они вдвоем танцевали свой опасный вальс, и Заган, казалось, был доволен тем, что Орион ведет, отступая по внешнему краю моей волшебной ловушки для пончиков, медленно продвигаясь к середине, шаг за тяжелым шагом. Но, несмотря на все усилия, которые он прилагал, Орион так и не нанес ни одного удара. Их мечи