Лучшая защита - Вячеслав Шалыгин

– Людей спасти? - Свенсен недобро прищурился. - Сначала сдал их, а затем решил «спасти»?! Что там у тебя за ранец? Гонорар за цифровую подпись и предательство?!

– Господин генерал, - побагровел Фирсов, - я попросил бы…

– Молчать! - Свенсен вдруг покосился вправо, куда-то за пределы картинки на экране. - Возвращайтесь в расположение части, майор. Вас с нетерпением ожидает военная прокуратура. Ее сотрудники жаждут задать вам несколько вопросов. Например, почему элитная спецгруппа в полном составе оказалась в плену, но главное - почему ее неожиданно отпустили…

– Ребята уже на базе?!

– Да, на базе. Кроме тебя и Кювье. И это вопрос номер два - куда подевался лейтенант и почему среди мирных жителей распространяются видеокадры с записью обращения бывшего лейтенанта земного спецназа? Знаешь, что он говорит? Он призывает не складывать оружие, а уходить в леса, в партизанскую армию Поля Лемье!

– Что?! - Внутри у Влада все сжалось.

– Да-да, горные контракты твоему приятелю были нужны как собаке руль! Он просто хотел выставить нас бессовестными грабителями, позарившимися на богатства Айрин! Если б мы не раскрыли его коварные планы и признали, что вместо ракет в шахтах спрятаны несметные богатства, общественность устроила бы грандиозный скандал, обвинив нас в стяжательстве. Но мы, слава богу, оказались умнее, чем рассчитывал этот партизанский банкир. Мы раскусили его замысел, и, пока не найдутся реальные пусковые, о подземелье Трибьюн не узнает никто… А ракеты мы найдем. Твоя группа и найдет. Иначе уволю всех к чертовой матери!

– Я убежден, других шахт на Айрин не существует, - упрямо заявил Фирсов.

– Это твое частное мнение. - Генерал махнул рукой. - Ты больше не командуешь «зет-группой», я назначил на твое место Крематория - тьфу! - Прахова. Если не хочешь больших неприятностей, бросай свой сидор и топай на базу. Обещаю, что отделаешься домашним арестом и лишением боевой надбавки.

– А если я докажу, что Лемье прав, а заявление Кювье сфабриковано?

– Тогда не взыщи. Прокуратура займется вами обоими со всем старанием. А стараться они умеют, ты знаешь. Других-то подвигов им совершать не дано… Давай, Влад, не геройствуй понапрасну. Незачем ломать себе карьеру. Не стоит оно того…

– Я буду на базе через десять часов.

– А побыстрее?

– Я высоко в горах, и передо мной море бурелома. За десять бы управиться.

– Хорошо. Но опоздаешь хоть на минуту, пойдешь под трибунал. И еще… комп свой выключи. И забудь про него.

– А если заблужусь? - Фирсов невесело усмехнулся. - В «джипиэс» режиме можно?

– Нельзя. Все равно тебя контрразведка будет глушить.

– Ясно. Чтобы я с кем попало не связался.

– Чтобы глупостей не наделал, - поправил генерал. - Для твоей же пользы стараемся.

– Сориентироваться напоследок разрешите? Прямо при вас.

– При мне - разрешаю. Три минуты тебе. Время пошло.

Влад быстро вывел на экранчик окошко «джипиэс», запустил программу составления схемы незнакомой местности и параллельно незаметно прощупал резервные частоты айринского спутника. По крайней мере один диапазон был свободен и вряд ли поддавался перехвату - земная техника считала такие частоты ненадежными, а потому игнорировала. Фирсов установил связь и запросил у компа соединение с любым журналистом класса «Б» - то есть не айринским, но и не ожидающим подачек от майора Баума при штабе армии вторжения. Таковых в зоне досягаемости не оказалось. Это было скверно. Влад вдруг вспомнил первый разговор с Лемье и расширил поиск - класс «А», аккредитованный журналист вне зоны оккупации. Например, на англоязычных территориях. Она должна была откликнуться! Просто обязана! Это был не только шанс для Фирсова, но и звездный час для нее, Наташи, отчаянной дочери генерала Томилина, бывшего непосредственного начальника «зет-группы» - «папы», как его звали бойцы.

Майор взглянул на часы - прошло две минуты. Комп уже давно составил оптимальный маршрут возвращения на базу. Ну где же ты, Наталья?!

– Фирсов, закругляйся, - проскрипел Свенсен.

– Почти закончил, - заверил Влад.

Поверх поискового окошка выплыл вопрос:

«Кто здесь?»

«Фирсов, командир «зет-группы», - быстро набрал майор. - Не включайте аудиорежим! У меня есть серьезная информация. Принимайте снимки. Если заинтересуетесь, будьте на южной окраине Сен-Поля у дома шестьдесят семь по Лесной улице рано утром. Никому не говорите о моем предложении. Никому!»

«Фирсов, у вас проблемы? Почему такая секретность?»

«Проблемы не у меня, а у Земли. Увидите снимки - поймете. Что не поймете, я разъясню…»

«Я заинтригована…»

Влад сбросил ей файл с видеокадрами и прервал связь. Затем он придал лицу кислое выражение и закрыл окно «джипиэс», снова оказавшись под прицелом хмурого генеральского взгляда.

– Сориентировался? - Свенсен изучающе взглянул на майора.

– Да. Можно идти. Правда, темнеет уже…

– Десять часов, - отрезал генерал. - Время пошло.

По экрану побежала серая рябь эфирных помех. Теперь комп мог работать только как полезный советчик. В качестве средства связи он больше не годился.

Фирсов сунул машинку в карман, навьючил поклажу и нырнул в траншею.

Идти под гору физически было действительно легче, несмотря на оттягивающий плечи ранец. А вот морально - ничуть… …Когда Фирсов был уже глубоко под засекой, из пещеры выглянул помощник Лемье по имени Анри. Он неторопливо подошел к началу траншеи, прислушался, а затем поднял взгляд к кронам ближайших елей. Густые лапы двух деревьев - метрах в ста и в семидесяти от пещеры - шевельнулись, и среди них показались размытые в сумерках белые пятна лиц. Анри молча махнул снайперам, и те почти бесшумно спустились на землю.

– Затек, - пожаловался один из стрелков. - И жрать охота.

– Пошли. - Анри направился к пещере. - На сегодня все. Шеф доволен. Говорит, первый акт отыграли, как в «Глобусе», на «отлично».

– А «Глобус» - это что?

– Театр такой на Земле, в Англии, кажется.

– Комедийный?

– Когда как.

– Тогда верно шеф сказал. Хотя мне это больше земной цирк напомнило. Московский. С клоунами…

Генерал Свенсен вырубил связь и обернулся к развалившемуся в кресле госсекретарю Хейли.

– Вы знали о сокровищах?

– Догадывался. - Хейли поднял стакан с виски и взглянул сквозь янтарную жидкость на свет лампы. - ЦРС искала эти пещеры три года. По слухам, местные жители обнаружили сокровища еще в сорок третьем, спустя год после «рудной войны», но Лефлер не спешил их «обналичивать». Мешала блокада, а делиться он не хотел.