Обитель Апельсинового Дерева - Саманта Шеннон

– Понимаю.

– Вот и хорошо.

Он встал, подошел к балюстраде. Тани поднялась.

– Кажется, благородный Артелот хочет, чтобы ты, если я приму его предложение, доставила это известие в Инис, – сказал Вечный император. – А ты готова ли стать моим гонцом?

– Это ускорило бы дело, ваше величество. Если вы дозволите подданной Сейки быть вашим послом.

Жемчужина тяжело оттягивала ей пояс. Если император откажет, она не сумеет попасть на Юг.

– Это не укладывается в обычай. Ты не моя подданная, да еще и в опале, – размышлял император. – Но, как видно, нам суждено переменить порядок вещей. Да и я, признаться, иной раз пренебрегаю обычаем. Что не дает покоя моим чиновникам. – Он улыбнулся ей через плечо. – Видишь ли, от нас не ждут настоящего правления. А тех, кто берется править, называют сумасшедшими.

Нас воспитывают мягкими как шелк, без меры развлекают роскошью и богатством, лишь бы мы не раскачивали лодку, в которой сидим. Они ждут, что власть нам наскучит и мы позволим им править за нас. За каждым троном стоит слуга в маске и норовит превратить сидящего на этом троне в свою марионетку. Так учила меня бабушка.

Тани молчала, не зная, что на это сказать.

Вечный император сцепил руки за спиной. И вздохнул так, что плечи поднялись.

– Ты доказала, что умеешь доводить до конца великие предприятия, а нам нельзя терять времени, – заключил он. – Если ты готова, как желает господин Артелот, стать моей посланницей на Западе, не вижу причин возражать. Этот год разрушит много традиций.

– Это честь для меня, ваше императорское величество.

– Приятно слышать. – Он окинул ее взглядом. – Ты, должно быть, утомлена путешествием. Прошу, вернись к себе и отдохни. Когда будет готов мой ответ для Сабран, тебе дадут знать.

– Спасибо, ваше императорское величество.

Она оставила его заканчивать завтрак и вновь прошла сквозь паутину коридоров.

Оставалось только ждать, и Тани легла в постель. Глубокой ночью ее разбудил стук. Открыв, она впустила в комнату Лота с Симом.

– Ну?

– Вечный император принял решение, – на сейкинском сказал Сим. – Он согласен.

Тани закрыла дверь.

– Это хорошо, – сказала она. Лот рухнул в кресло. – А он почему в таком отчаянии?

Сим ответил тонкой улыбкой:

– Вечный император просил его остаться во дворце. Меня тоже попросили задержаться, чтобы указать флоту путь к месту, где мы оставили «Розу вечности».

У Тани холодок пробежал по коже. Она впервые в жизни покидала Восток. Прежде мысль об этом смутила бы ее, но ведь Тани будет не одна. С Наиматун она была готова на все.

– Тани, – спросил Лот, – ты завернешь на Юг по пути в Инис?

Надо было спасти от яда даму Нурты. Против Безымянного понадобятся обе жемчужины.

– Да, – ответила она. – Объясни, как найти дом тех драконоборцев.

Лот старательно объяснил.

– Будь осторожна, – предупредил он. – Если эти женщины увидят твоего дракона, скорее всего, попытаются убить.

– Они к ней не прикоснутся, – обещала Тани.

– Эда говорила, что нынешней настоятельнице доверять нельзя. Если тебя поймают, разговаривай только с Кассаром ак-Испадом. Ему Эда дорога́. Узнав, что ты хочешь ей помочь, он наверняка поможет тебе. – Лот снял висевшую у него на груди цепочку. – Возьми.

Тани взяла протянутую им подвеску. Серебряное кольцо с красным самоцветом в обрамлении бриллиантов.

– Это кольцо королевы Сабран. По нему она поймет, что ты от меня. – Лот протянул ей запечатанное письмо. – И еще прошу передать ей это. Чтобы она знала, что я цел.

Кивнув, Тани спрятала кольцо в шкатулку и скатала письмо в трубочку, чтобы оно тоже уместилось.

– Главный верховный секретарь утром вручит тебе письмо его императорского величества к королеве Сабран. Город покинешь под покровом темноты, – сказал Сим. – Если ты справишься, госпожа Тани, все мы будем твоими должниками.

Тани взглянула в окно. Опять дорога.

– Я справлюсь, достойный Сим, – сказала она. – Будь уверен.

Утром главный верховный секретарь вручил Тани письмо для доставки в Инис. Не будет ни посланного за море посольства, ни торжественной церемонии. Известие доставят одна женщина и один дракон.

Ей возвратили оружие. К нему добавили сейкинский пистолет и меч – лучше, чем у нее был, – и еще пару лакустринских боевых колец.

Еды дали достаточно, чтобы продержаться на драконьей спине десять дней. Наиматун в пути охотилась на рыб и птиц.

Когда на город Тысячи Цветов легла темнота, Тани встретилась с Наиматун на широком дворе. На спине драканы закрепили черное кожаное седло на раме из покрытого золотым лаком дерева – впрочем, слово «седло» и близко не описывало его, – скорее, то был открытый паланкин, позволявший всаднице поспать во время долгого полета. Ради сохранения тайны при их отлете не было ни придворных, ни чиновников. Допустили только Сима с Лотом.

– Добрый вечер, Тани, – сказала Наиматун.

– Наиматун. – Тани потрепала ее по шее. – Ты уверена, что набралась сил для такого путешествия?

– Уверена. К тому же, – дракана толкнула Тани носом, – без меня ты имеешь обыкновение попадать в беду.

Улыбка согрела ей губы. Улыбаться оказалось приятно.

Сим остался стоять, а Лот подошел к ней. Тани возилась с подвешенными к седлу мешками.

– Тани, – попросил Лот, – пожалуйста, скажи королеве Сабран, что я жив и здоров. – Он помолчал. – И если сумеешь разбудить Эду… скажи, что я по ней скучаю и что мы скоро увидимся.

Тани обернулась к нему. Лицо у него было стянуто напряжением. Он, как и она, старался не выдать страха.

– Я скажу, – обещала она. – И может быть, вернусь вместе с ней.

– Сомневаюсь, согласится ли Эда лететь на драконе – даже ради мира, – усмехнулся Лот, – но мне в этом году уже сколько раз приходилось удивляться… – Улыбка у него вышла усталая, но настоящая. – До свидания и счастливо тебе. И… – он замялся, – и тебе счастливо, Наиматун.

– Всего доброго, человек Иниса, – сказала Наиматун.

Из города вытянуло последний сумеречный свет. Тани взобралась в седло и хорошенько закуталась в плащ. Наиматун оторвалась от земли. Город Тысячи Цветов уходил вниз, и вот уже дворец стал блестящим пятнышком в сонном белом лабиринте. Одетые плащом безлунной ночи, они оставили позади еще одну столицу.

Они летели над жемчужными озерами и выбеленными снегом соснами вдоль реки Хапранг. Холод разгонял сон, но выбивал слезы из глаз.

Весь день Наиматун держалась над облаками, да и ночью избегала населенных мест. Иногда они замечали вдали столб дыма и понимали: село сожжено огнедышащим. Чем дальше на юго-восток, тем больше попадалось таких темных столбов.