Танцующие демоны - Анна Совилова

Разгромила меня в общем вдребезги… Вот маленькая хулиганка!

Шквал ощущений всколыхнули мои особые способности. Кожа начала вырабатывать львиные дозы аттрактантов.

Я прикрыл глаза, наслаждаясь ее хрустальной прозрачностью, глубиной и сияющей прохладой.

Как она удивительна хороша!

Какое редкое сочетание качеств для наших пределов!

Я едва сдерживал наплыв дикой страсти. Моя адала хотела немедленно заполнить ее до краев! Излиться в ее тело свирепой волной!

Но было нельзя.

Невероятным усилием воли я взял лавину под контроль.

Перенес ее, охваченную удушающим волнением на ложе. Крепко придерживая, поставил на него и оглядел всю.

Мне каждый раз очень любопытно сравнивать девушек с разных планет.

Земная девочка отличалась от большинства руни. А от местных — сильно…

Миниатюрное телосложение. Косточки игрушечные, хлипкая поясница, узкая талия, изящные лодыжки и маленькие ступни. Небольшая грудь, высокая шея, утонченные черты лица… Кожа молочно-белая и настолько тонкая, что местами просвечивают сосуды… Тело явно не создано для полноценного выживания.

Интересно…

Она, кажется, немного пришла в себя. Встала даже сама на ножки.

Я ладонью провел по ее рукам. Она вся покрылась мурашками. Задрожала.

Ох, сколько разных эмоций!

Тише! Тише! Не надо так искриться…

Я определил, что кожа у девушки обильно снабжена рецепторами! Немыслимо много! И чувствительность тканей очень высокая.

Провел тыльной стороной пальцев по щеке, вызвав вновь соблазнительную дрожь и ораву новых чудесных мурашей. Пощупал прядку волос, оценив их мягкость и шелковистость. Осмотрел кисти, ладошки.

Увидел вдруг колечки на пальчиках.

На ее планете существует поклонение золоту!

Ну, надо же…

Заметил, что лаяна украдкой меня тоже рассматривает. Я тогда продолжил вертеть неспешно ее ручку, давая время насладиться лицезрением «безжалостного монстра».

Девушка скользнула взглядом на мое лицо и задержалась там. Она беспечно осматривала мои губы, скулы, лоб, брови, ресницы…

В приоткрывании тайн душ есть нечто завораживающее. Не сказать, что это какой-то эйфорический восторг — оголять человека до предела, не оставляя совершенно ничего сокрытого. Но безусловно получать безграничную власть над чужим разумом очень приятно…

И я заглянул в ее беззащитные глаза. Адала потекла в зрачки, утаскивая жертву в сладкий омут.

***

{Ная}

Я огляделась. Везде был полумрак. Вдалеке у стены стоял стол, освещенный слабым светом.

У стола стоял один человек. Или не человек. Не важно! Я не хотела знать!

Я шмыгнула носом, глотая страх. Осмотрела помещение в поисках любого выхода. Хоть в пропасть…Но кругом были сплошные разукрашенные каменные стены.

Внутри груди все сжималось от ужаса, горечи и гадкого, грязного ощущения неотвратимости кошмара.

Мужчина был огромен. Он смотрел на огонь, горящий на широкой каменной чаше.

Красная копна курчавых волос была собрана в небрежный низкий хвост, перехваченный в нескольких местах. Одет только в черные обтягивающие брюки с кожаным коричневым ремнем. На запястьях и плечах поблёскивали широкие металлические браслеты, усеянные драгоценными камнями. Он слегка повернул голову.

Ну, нет же, нет…внутри все оборвалось.

Боже! Только не он!

Это был тот самый красноволосый демон, накормивший меня землёй.

Жёсткий взгляд источал дикое вожделение и хуже — звериную жестокость…

Ну все. Мне точно конец.

Не знаю, даже чего я боялась больше всего, глядя на здоровенного монстра, вальяжно греющего ладони в танцующих языках пламени, предвкушавшего, наверняка, как он будет сейчас измываться надо мной. Такого спокойного, уверенного в себе, понимающего естественно, что я никуда от него не денусь. Пугало видимо все разом- вид демона, боль, которую мне скоро предстоит терпеть и смерть… Но, больше всего все же страшили изуверства, издевательства и унижение! После нежного, трепетного воспитания в родительском доме, с моей тонко настроенной психикой я не смогу пережить такое! Даже если чудом выживу…

Подержав ладони над огнем, мужчина неспешно направился ко мне.

Я попятилась, вскоре почувствовав, что дальше уже идти некуда. Но продолжала переступать, вдоль стены, с силой прижимаясь к холодному камню.

Наконец, страх дошел до немыслимой высоты, и у меня подкосились ноги, и перехватило дыхание. Я упала на колени и закрыла ладонями лицо.

Точно зная, что сейчас будет, я пыталась вспомнить хоть какую-то инструкцию, что эффективнее всего делать в таких случаях. Кричать или молить о пощаде? Отбиваться или замереть?

Дышать все хуже и хуже получалось. Я почти задыхалась, судорожно втягивая воздух.

Горячие руки обхватили мои плечи и подняли на ноги.

Я приготовилась, что сейчас он сорвёт с меня одежду, ну и все…

Но руки обняли и прижали к груди.

Я окаменело дрожала, как пойманная птица. Но неожиданно быстро приступ удушья стал отступать. Приятный травянистый, горький, завораживающий аромат демонической кожи расслаблял тело и кружил голову.

Так мы стояли какое-то время, пока я пыталась научиться вдыхать и выдыхать воздух под натиском адреналина.

Слыша ровное биение сердца воина и лихорадочный стук своего, дрожа всем телом, не чувствуя ни рук, не ног, я начала возносить всевозможные мольбы небесам.

В своих грёзах, как это и бывает у девушек моего возраста, я хотела, чтобы первый раз был с любимым. Чтобы это было трогательно, нежно, романтично.

Но так выходит, что не одной из красивых грёз не суждено сбыться. В один момент сейчас разрушатся все мечты, надежды и вся жизнь.

Хотя кого тут это волнует…

Трепещущую от страха, красноволосый взял меня на руки и понес в глубину зала, где стояла большая кровать, окружённая огромными колоннами. Я боялась поднять глаза и шевельнуться.

Воин, придерживая, поставил меня на ложе.

Несмотря на свой царский вид, оно было жёсткое. На каменных витиеватых колоннах изысканная резьба переливалась всеми цветами радуги, обильно дополненная вкраплениями драгоценных камней. Воздушное темно-фиолетовое покрывало, окутывающее густым облаком постель, небрежно свисало за край и было сильно помято. Много широких подушек валялись повсюду: по углам кровати, в ее центре и на полу.

В зале одна за одной сами по себе загорелись тончайшие полосы изумрудного света.

И редкие, спустившись змейками с потолка, огоньки замерцали мелкой россыпью над кроватью.