Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

ребенок с медно-рыжими волосами, кожей, напоминающей цветок персика, и несколько пикантными веснушками на маленьком носике. Черты лица – как у эльфа, летящая походка, стройная фигурка, разумеется, еще плоская спереди, потому что она еще ребенок, но обещающая многое. Все ее существо давало окружающим радость: грациозные движения, трепещущая на губах улыбка, звонкий, как колокольчик, голос, какая-то трогательная беззащитность.

Но Ванья была вовсе не беззащитной. Она была одной из самых сложных натур из немеченых Людей Льда, и никто не знал, что она таит в себе. Она изумляла окружающих своим умом и душевной силой, которые проявлялись всегда неожиданно. Внешне она казалась застенчивой, милой, пустой курочкой. Но это совершенно не соответствовало действительности. Ванья была необычайно дальновидной, хотя, надо сказать, это проявлялось у нее не всегда, и бесстрашной. Она знала, что вызывает у окружающих желание защитить ее, и часто играла на этом, когда хотела добиться своего. В остальном же она была такой доброй, каким может быть только человек из рода Людей Льда. Она давно уже поняла, что она натура сложная, и объясняла это своим, мягко говоря, смешанным происхождением. Мать – дочь священника, отец – жуткий меченый из рода Людей Льда, дед – Люцифер собственной персоной, черный ангел, бабушка – удивительная женщина по имени Сага, избранная из рода Людей Льда.

И дело не становилось проще оттого, что ее приемный отец Хеннинг был добрейшим и добропорядочным крестьянином.

Все эти люди оказали на Ванью влияние. Возможно, меньше всего в ней было от отца, Ульвара. В Ванье не было никакого зла. От него ей досталась, пожалуй, лишь тяга к мистическому и запретному, например, к миру демонов.

И на это были свои причины…

Она села вместе с остальными за стол, и праздничный ужин начался.

Но во время еды Кристоффер ни с того ни с сего брякнул:

– И ты тоже видишь по ночам кошмары, Ванья? Она сразу встрепенулась.

– Что? Что такое?

Всем остальным не очень-то хотелось снова приниматься за обсуждение этого вопроса, но Кристоффер, которому тогда уже исполнился двадцать один год, оказался нечувствительным к молчаливым намекам остальных в виде мимики и жестов.

– Кошмары! – повторил он. – Мы все, сидящие здесь, видим по ночам неприятные сны. Нам всем снится, что кто-то наблюдает за нами.

– Не надо, Кристоффер, – произнесла Малин, его мать.

Ванья низко наклонила голову над тарелкой.

– Нет, я не вижу во сне ничего такого…

– Слава Богу, – сказал Хеннинг. – Всем остальным снится один и тот же сон. Я имею в виду, всем представителям рода Людей Льда.

– Всем?.. – вырвалось у нее.

Ей явно не хотелось оставаться в стороне.

– Но тогда я знаю, о чем вы говорите! Да, когда вы сказали об этом, я… дайте подумать… Да, прошлой ночью что-то было…

– А не поговорить ли нам о чем-нибудь более приятном? – сказала Белинда. – Все-таки сегодня у Агнеты день рождения.

Ванья вздохнула с облегчением. Хотя оставалась нервозной весь ужин. Когда Хеннинг произнес тост в честь своей жены, она с радостью выслушала его и была очень тронута.

Принесли десерт, и все стали восхищаться прекрасным пирогом. Его испекла Малин и теперь с гордостью принимала похвалы.

Настроение у всех было радостным и веселым, пока Ванья вдруг не уставилась на изящный абажур и не вскрикнула:

– ТАМЛИН!!!

Все отложили ложки и бокалы и изумленно уставились на нее. Она же отвела взгляд от потолка и сказала с дурашливой улыбкой:

– Я только что видела его. Его зовут Тамлин, это эльф из шотландских лесов, не так ли?

– Да, – ответила ее мать. – Но тебе вовсе не следовало бы так пугать нас!

– И что же ты знаешь о Тамлине? – с игривым блеском в глазах спросил Кристоффер. – Ведь эта история вовсе не для одиннадцатилетних!

– Мне скоро исполнится двенадцать, – поправила его Ванья. – И что же плохого в этой истории?

– Я рассказала ей упрощенную версию, – пробормотала Агнета. – Кому-нибудь положить еще пирога?

Ванья не сдавалась.

– Разве Тамлин не был добр со всеми теми девушками, бедняжками, которые блуждали по его лесу? Кристоффер прыснул со смеха.

– Добр? Да, возможно, им так казалось!

– Ну, хватит об этом, – строго сказал Пер Вольден.

Когда все занялись пирогом, взгляд Ваньи снова устремился к потолку. Глаза ее смотрели строго, на лице появилась предупредительная гримаса. Потом она встала.

– Ах, я забыла закрыть печную заслонку в комнате, – торопливо произнесла она. – Сейчас вернусь.

Она быстро вышла из комнаты, сделав перед этим осторожное движение рукой, словно поманив кого-то. Но этого никто не заметил.

– Она в самом деле очень мила, – сказала Малин. – Но слишком уж рассеяна!

– Она живет в мире сказок, – кивнула Агнета. – Иногда кажется, что ей бывает трудно вернуться в наш повседневный мир. Не пора ли нам встать из-за стола и выпить чашечку кофе в гостиной?

Ванья спешила в самую старую часть дома, где находилась ее комната. В прихожей висели написанные Силье портреты четверых детей: Суль, Дага, Лив и Аре, ныне реставрированные, но по-прежнему ценимые потомками. Витраж, сделанный художником Бенедиктом, светился всеми цветами радуги. Проходя мимо них, она раздраженно шептала:

– Как ты осмелился показаться в столовой, когда там все собрались? Под самой лампой! И при этом спустить штаны! Что ты такое надумал?

Он бежал вприпрыжку рядом с ней и злобно ухмылялся.

– Я слушал. Слушал их глупую, пустую болтовню. Это было забавно.

Открыв дверь своей комнаты, она впустила его туда.

Она была просто в гневе.

– И зачем ты посещаешь их сны?

– Выуживаю из них тайны. Ты же знаешь, я ночной демон. Наше пристанище – кошмарные сны.

– Зачем тебе знать их тайны? Тамлин понял, что проболтался, и непринужденно заметил:

– Мне просто любопытно.

– Почему же ты не посещаешь мои сны? Мне пришлось им врать, а это не очень-то приятно.

Сидя перед ней на письменном столе, он опять бесстыдно усмехнулся.

– Зачем мне нужны твои сны? У тебя нет от меня никаких тайн. И, кстати, я никому не сказал о том, что ты видишь меня. Так что у тебя нет причин ругаться.

Ванья остолбенела.

– Не сказал? Но кому ты мог сказать? Прищурив свои желтые глаза, он хитро посмотрел на нее.

– Всего-навсего другим ночным демонам.

– Ты встречаешься с ними?

– Конечно, нет! – огрызнулся он. – Мы обмениваемся мыслями в снах.

Она не знала, что подумать.

– На тебя нельзя положиться, – сказала она. – Ты действуешь у меня за спиной.

– Само собой, – с гордой усмешкой ответил он. – И это меня очень забавляет, дьявольская старуха!

– Не смей называть меня так, я уже