Сокровище асуров - Елизавета Соболянская

Ирга вновь тяжело вздохнула и положила свою узкую, но крепкую ладонь на его предплечье:

– Идем! Сейчас две пары зельеварения у магистра Дорка.

Появление Ирги и Рианделя в аудитории вызвало потрясенное гудение. Кое-кто даже привстал, чтобы убедиться в том, что асур и ведьма действительно пришли вместе. Больше того – Рик ласковым тоном попросил соседа пересесть и устроил рыжую рядом. Всю лекцию они оба прилежно писали способы обработки ингредиентов для зелий, а потом перешли на практическое занятие. Вот тут зеленоволосый убедился, что девушка говорила ему правду.

Сначала взорвалась ее сумка. Кто-то подкинул веточку разрыв-травы, вымоченной в медном купоросе. Потом свежее зелье, разлитое по пробиркам, изошло желтой пеной, уничтожив труды двух часов.

– Змеиный яд, – со вздохом резюмировала ведьма, принюхавшись, – кто-то капнул на дно и дал высохнуть.

Риандель, который работал в паре с ведьмой, сам объяснил ситуацию преподавателю и остался с ней на факультатив, чтобы снова сварить лекарство.

Вообще, чистых природников, способных выращивать леса и поддерживать плодородие целых долин, такими мелочами не утруждали. Но в Академии Рик быстро понял, что высокое магическое искусство требует не силы, а умения. Да, он может влить силу в росток, и тот вымахает за сутки во взрослое растение, но также быстро и умрет. Опытный магистр положит у корня камушек, который будет понемногу аккумулировать силу, поддерживая ценный росток, не торопя его. В итоге пользы от такой подпитки будет больше, а сил уйдет меньше.

Потому Риандель и записался на все доступные ему курсы и факультативы – пробовал разные направления, сидел на семинарах, толкался локтями в лабораториях. Искал то, что позволит ему из молота превратиться в ювелирный пинцет.

Ирга поддержку оценила, хотя и промолчала. Просто отправила испорченное зелье в бочку с опилками и глиной. Сунула пробирки в стерилизатор и взяла новый штатив. Рик сам проверил каждый стеклянный сосуд, а потом лишь следовал указаниям ведьмы – растереть, смешать, отмерить. А вот магией рыжая наполняла жидкость сама. Асур присмотрелся и восхитился – тонкая ниточка стекала с пальцев и сложными петлями укладывалась на дно. Так структурировать свою магию могут далеко не все.

Пока зелье отстаивалось перед предъявлением магистру Дорку, можно было прибрать стол и посидеть, болтая ногами.

– Почему ты приехала в Академию? – вдруг спросил Рик. – Я же вижу твою силу. Ты и без зельеварения сильная ведьма, могла бы где угодно работать.

Ирга посмотрела на него как на дурачка и ответила вопросом на вопрос:

– А ты что тут делаешь? Я же вижу твою силу – можешь наняться к любому герцогу или королю и жить, катаясь как сыр в масле!

Риандель смутился.

– Понял. Но все же?

– Зелья существенно облегчают ведьме жизнь, – пожала плечами рыжая. – Не будет работы по профилю, можно открыть аптечную лавку или косметическую, можно путешествовать с наемниками или купцами. Я не хочу привязываться к избушке в глухом лесу, это слишком опасно.

Асур понял. Магические расы силу уважали, любили и не боялись. А вот люди… Даже в столицу порой долетали слухи о забитых камнями колдунах, якобы наславших порчу. О сожженных ведьмах. Об изгнанных из поселений полукровках, проявивших магические силы. Глухо, тайно, почти шепотом, но об этом все же рассказывали.

И пусть уже был составлен магический кодекс, существовали ковен ведьм и гильдия магов – все равно находились глухие углы, где образованные, магически одаренные люди считались чем-то нечистым, грязным, но необходимым обществу до определенного момента.

– А жизнь в столице тебя не привлекает? – с интересом спросил Риандель, наблюдая за тем, как зелье меняет цвет, остывая.

– Слишком большая конкуренция, – так же ровно ответила девушка, – я сильна, но всегда найдется кто-то сильнее или подлее. Золото путает мысли даже лучшим. Проще жить там, где ты нужна, пусть за помощь заплатят курицей или пирогом.

Рик снова покосился на ведьму с уважением. Всего второй курс, а она уже так серьезно все обдумала и учится с полной отдачей.

– Вернешься в родной город? – продолжал любопытствовать асур.

– Нет! И не спрашивай почему! – подняла девушка руку. – Мы договорились всего лишь изображать парочку, а не лезть в жизнь друг друга!

– Как хочешь! – надулся Рик. – Вообще, могла бы и меня спросить, что тебе интересно! Скучно сидеть просто так.

Ирга фыркнула, смахнула со стола невидимые пылинки, а потом действительно спросила:

– А чем хочешь после Академии заниматься ты?

Риандель открыл рот, чтобы ответить, да так и замер с приоткрытым ртом. Он не знал! То есть, конечно, он собирался и дальше использовать свои силы. Но где? Как? Действительно наняться к кому-нибудь или купить собственную землю и проводить эксперименты? Вернуться на родину, в королевство асуров, или на пляж? А может, остаться в столице людей или даже в Академии? Здесь нужны преподаватели, да и работу на звание магистра удобнее писать тут же, выезжая на практику в леса и рощи Академии.

– Не знаю, – честно ответил Рик. – Когда поступали сюда, было желание сбежать с пляжа. Жить среди других рас, пользоваться благами цивилизации. Ради этого мы и с родителями договор заключили. Потом Золотинку нашли, ее бросать нельзя, значит, пока мы ее замуж не отдадим, будем жить все вместе. Но как и где после Академии, еще не думали.

– Золотинка? Это та маленькая девочка? Я думала, она твоя дочь…

– В каком-то смысле так, – вздохнул Риандель и рассказал Ирге историю появления Аурики в их жизни.

– Вот видишь, – качнула рыжей головой ведьма, – планы все-таки есть. Закончить учебу и жить где-то всем вместе. А чего хотят твои кузены?

– Люк – он мечтает о практике в королевской благотворительной больнице, – поделился Рик, – туда свозят больных со всего города, и случаи бывают самые разные. Дираэль – он у нас серьезный очень. Раньше он мечтал ходить на кораблях, чтобы надувать паруса ветром и отслеживать течения. Очень много изучал всяких дневников путешественников, а теперь не знаю. Мне кажется, ему интересно в Академии, он, как и я, увидел тонкие плетения, искусство точного приложения силы, и чем это станет через три года, трудно сказать.

– Главное, что ты об этом задумался, – улыбнулась вдруг ведьма. – Знаешь, что такое рапа?

– Рапа? – моргнул асур, удивляясь резкой смене темы.

– Это концентрированный солевой раствор. Если в него поместить зерно – песчинку, кристаллик или ветку, соль, растворенная в воде, начнет собираться на этой твердой крошке и в самое короткое время в прозрачном растворе вырастет кристалл. Так и с нашими мыслями. Сначала они плавают в прозрачном растворе предположений, а потом становятся убеждениями – твердыми, как скала.

Риандель рассмеялся, ему понравилось сравнение.