Мегамир - Юрий Никитин

Дмитрий, не выпуская друга из объятий, с довольным видомразвернулся к Кириллу:

— Кирилл, знакомься! Это Саша — звезда нашейгруппы. — Единственная женщина, Фетисова Александра Борисовна. Но раз мыбез галстуков и штанов, то лучше — Саша, Сашка. А это, дружище, крупный ученый— мырмы... мярмю... словом муравьелог Кирилл Владимирович Журавлев.

Кирилл молчал, оцепенев. Его глаза шарили по отточеннойфигурке испытателя Сашки. В горле сипело, но звуки не складывались в слова.Девушка окинула его сердитым взглядом. Глаза ее были чересчур синие,вопрошающие. Внезапно ее голос стал ядовитым:

— Может, мне повернуться?

— З-з-зачем? — спросил Кирилл тупо.

— Чтобы вам удобнее рассмотреть меня и сзади, —объяснила она любезно.

Дмитрий коротко гоготнул. Кирилл с трудом раскрыл рот:

— Что вы, боже упаси... Верю, что и с той стороны также... гм...

Дмитрий сказал предостерегающе:

— Кирилл, прикуси язык! Схлопочешь. Это самый жуткийфеминист на свете. А дерется, куда там бешеному барсу! Как богомол!

— Меня зовут Кирилл, — сказал Кириллобалдело. — Мы без галстуков, как сказал Дмитрий...

— Саша, — ответил испытатель звонкимголосом. — Что за церемонии в полевых условиях?

Дмитрий помял в громадной ладони хрупкое плечо Сашки.Кириллу показалось, что атлет погладил стальной шар размером с кулак. ПлечоСашки было, судя по всему, хрупким только с виду.

— Саша, это Кирилл на тебя вывел! Я бы ни в жисть...Римские катакомбы! Ладно, приключениям конец. Прем обратненько. По дорогерасскажешь, как и что стряслось,

Кирилл перехватил быстрый взгляд, брошенный на него Сашкой.Она ответила медленно, уводя глаза в сторону:

— Мне кажется, лучше чуть-чуть обождать... Я неспециалист, но часовые сейчас, как мне показалось, настороже. Вот-вот зайдетсолнце, муравьи закроют выходы, задремлют. Так я читала в детской книжке...

Дмитрий раздосадованно переступил с ноги на ногу, нелепоподпрыгивая при таком привычном для прежнего мира движении.

— Кирилл, ты мюрмю... спец по шестиногим, что скажешь?

— Шестиногие — это тараканы и вши, — ответилКирилл резковато. — Муравьи — это муравьи!

Злило дурацкое положение, в котором очутился. Неужели за всюдорогу так и не проскользнуло, что пропавший испытатель — женщина? Или он такойприбацанный мирмеколог, что ни черта не слышит, не видит...

Дмитрий взмолился:

— Ради бога, шучу! Тараканы тоже хорошие парни, еслиспросить у тараканолога или тараканиста, а не моей тещи. Ты скажи, можно сейчасидти или стоит погодить?

Кирилл перехватил встревоженный взгляд Александры.

— Да как сказать, — ответил он медленно. — Сзаходом солнца активность в самом деле падает... Незначительно, правда.

— Но в нашем случае, — добавила Сашабыстро, — это может оказаться решающим. Так ведь, Кирилл Влади... Кирилл?

Голосок ее был сладеньким, подлизывающимся, и Кирилл несколькораз кивнул:

— Да-да... гм... да.

Дмитрий рассерженно оглядывался. Саша нашлась, заданиевыполнено, а пещеры стали вроде бы еще мрачнее, тоннели извилистее, а противогромных насекомых по-прежнему нет другой защиты, кроме унизительной для бравыхдесантников мимикрии.

Зашуршало хитином, мелькнула темная тень. Дмитрий вспикнул,исчез.

Сильнее запахло кислотой. Муравей унесся, с пола поднялсяДмитрий, сказал извиняющимся тоном:

— Чертяка слепая! Прет, не смотрит... Это впервые. Вотчто, надо отыскать нишку. Если начали меня задевать, то вас до захода солнцавообще по стенам размажут!

— Вон в ту, — предложила Саша с готовностью.

Она подпрыгнула, зацепилась кончиками пальцев. Ее телобесшумно скользнуло в темноту, словно вплыло по воде. Дмитрий влетел в нишу,словно пробитый с пенальти мяч. Кирилл сплоховал, но его вовремя подхватили,вдернули в каверну, немногим просторнее кабины лифта.

— Для чего выдолбили? — сказал Дмитрийбрезгливо. — Под потолком! Сказано, насекомые... Без ума, соображения.

— Это я выдолбила, — призналась Сашасердито. — Они хотели заделать, а я не дала. Надо же где-то отсиживаться?

— Остальные тоже ты? — удивился Дмитрий. Онвытянул шею, пытаясь в полутьме рассмотреть длинную анфиладу пещер.

— И с этой повозилась! Подручными средствами, какучили... Пришлось, а то все хватали, тащили...

— Теперь не потащат, — сказал Кирилл смущенно. Онвсе еще не мог адаптироваться. Не в муравейнике, здесь все привычно, а вприсутствии бравого испытателя Сашки. — Вы уже пропитались здешнимидухами. Это пароль «свой-чужой».

— Это я усекла, — кивнула Сашка. — А сперваотсиживалась, присматривалась.

Лицо Дмитрия вдруг посуровело. Он набычился, из глаз ушелблеск. Уже не друг Сашки Фетисовой, перед ним сидел староста группыиспытателей, завотделом оперативной подготовки.

— Рассказывай, — потребовал он.

Саша развела руками, ее меццо-сопрано сталоглубоконесчастным:

— Глупо все... Ошалела от телячьей радости. Ну ипотеряла, как говорит начальник первого отдела, бдительность. Что-то цапнуломеня сзади, будто какой дурень искал приключений. Не успела дать сдачи, какпотащило с такой скоростью, будто меня рокер хватанул на полном ходу.Попробовала применить прием...

— Тебе бы только приемы, — вздохнул Дмитрий. Онпокосился на Кирилла.

— ... но мне ответили таким, что чуть без головы неосталась. Решила притвориться мертвой.

— Наконец-то, — буркнул Дмитрий. На Кирилла уже некосился.

— Притворяться особенно не приходилось, и такеле-еле... Потом хватка чуть ослабела. Я увидела, что меня, царицу природы,несет, как тряпичную куклу, паршивый муравей! Ну не совсем паршивый, паршивыйне знает каратэ, а этот мог бы преподавать в нашей секции на две ставки...

— Давай без шуточек, — предупредил Дмитрий.

— Приволок меня в муравейник. Я сыграла дохлую. Меняшвырнули к личинкам. Эти детки, скажу тебе, жрать умеют — будь здоров! Я даладеру. Бродила, выйти не решалась.

Кирилл помалкивал. Таких женщин он боялся больше всего насвете. Непонятно, что за комплекс ими движет, но самые хрупкие и женственныевдруг начинают заниматься каратэ, футболом, даже штангой. А знание приемовборьбы провоцирует, их хочется применять, только бы повод... Особенно впоединке с мужчиной! Хорошо, что догадалась притвориться мертвой, выдолбиланишу для отсидки, даже пыталась говорить с муравьем. Но вряд ли «не решаласьвыйти», некую карту держит за спиной.