Право Ангела - Дарья Вознесенская

— Дружны, Ваше Величество. Очень милые девушки. Еще я бы отметил семью Арсаль и Горски — грациозные, рассудительные и очень талантливые претендентки.

— А ты Вильям? Выделишь кого — нибудь?

Ответа не было.

Наследник, которого, собственно, происходящее касалось больше всего, не то чтобы не слышал вопроса — он вовсе не слушал разговор, погруженный в собственные мысли.

— Вииииллиии — протянула королева громче — я задала тебе вопрос!

— Какой? — отреагировал, наконец, принц.

— Понравилась ли тебе кто-то из потенциальных невест сегодня?

— Нет — ответ прозвучал практически грубо. Распорядитель Бедран закатил глаза, Главный Маг покачал головой, но их Величеств такой ответ не смутил.

— Прям совсем никто? Ты пригласил первой на танец Фьялу…

— Ты меня об этом попросила

— …танцевал с многими девушками…

— Они воспользовались случаем и пригласили меня.

— …и с Геллардой вы так мило смотрелись…

Пауза. И максимально холодный ответ:

— Она грубая, самодовольная и…

— И?

— Ничего.

— Хорошо — легко согласилась королева — Дорогой, ты узнал что-то о семье Торас?

Принц напрягся. Кажется, им удалось, наконец, полностью завладеть его вниманием.

— Я отправил туда своих людей — покачал головой Король — но поездка, сама понимаешь, может занять всю неделю. И если девушка вылетит за это время с отбора…

Королева равнодушно пожала плечами и спокойно произнесла:

— Значит, так тому и быть.

Вильям Первый резко поднялся и вышел из кабинета.

Когда часы во дворце пробили четыре утра, я встала. Самое время. Все, кто праздновал и гулял допоздна, заснули; любители же подняться пораньше все еще видят яркие сны. Впрочем, вряд ли во дворце такие обнаружатся — только слугам полагалось просыпаться с лучами солнца и приветствовать Пресветлую.

Надела старое платье, висящее на мне мешком и вышла из комнаты, в которой была удостоена чести пожить несколько дней. Новая спальня располагалась в гостевом крыле. До центральной башни, где были все важные помещения дворца — залы, гостиные, покои магов — совсем недалеко. Я быстро пробежалась по коридорам, избегая сонных стражников и, наконец, оказалась возле нужной двери.

Примерилась и поставила вновь созданную печатку в углубление.

Дверь с тихим щелчком открылась.

Кабинет Верховного Мага был огромным. И на всех поверхностях лежали книги, свитки и стопки бумаг. Из кабинета вело несколько дверей — в ванну и маленькую комнату для отдыха двери легко открывались; но вот в ту, что охраняла, по — видимому, личную лабораторию Самелиуса, хода не было. Магическая печать и замысловатый замок делали невозможным проникновение; что ж, вполне логично, мало ли над какими зельями трудился маг.

Я полюбовалась прекрасными картинами и статуями, что в изобилии украшали комнату — хозяин кабинета слыл большим любителем путешествовать и тратить золотые, потому привозил из своих поездок, в том числе из других миров, самые разные предметы искусства. Но времени на их подробное изучение не было.

Первым делом я просмотрела бумаги, что лежали в секретере и ящике стола и ничего важного там не нашла: сплошь рецепты и пространные рассуждения на тему магии. Может быть, есть какое- нибудь тайное отделение?

Я приподняла все рамы в поисках углублениях в стенах, заглянула за столы и статуи, еще раз проверила ящики секретера. Удача улыбнулась мне, когда я вытащила нижний ящик — там обнаружилось еще одно отделение с большой коробкой из плотной бумаги.

Осторожно достала эту коробку и сняла крышку.

Что это?

Какие-то амулеты, письма, несколько открыток и миниатюр, записки на разных языках… Кажется, я нашла что-то личное и мне стало немного стыдно — все — таки я пришла сюда по делу и вовсе и не планировала лезть в частную жизнь мага.

Я уж было собралась вернуть коробку на место, как одно письмо привлекло мое внимание. Чуть дрогнувшими руками развернула единственный лист бумаги:

«Дорогой Самелиус, благодарю тебя за участие. Нет, нам не нужно пока ничего, всего вдоволь. Виды здесь бесподобные, ты знал? Мы гуляем целыми днями и даже уже купались в речке, что оказалась неподалеку от нашего временного пристанища. Беспокойство снедает меня, Самелиус, и предчувствие чего-то необратимого. Знак за знаком я вижу беду и молюсь Пресветлой, чтобы она обошла нас стороной. Рихард пишет, что все в порядке, но я то знаю, что это не так. Ах нет, я не пытаюсь вызнать у тебя подробности — понимаю, вам запрещено говорить об этом. Я лишь прошу тебя защитить наших близких, сделать все возможное, чтобы не случилось страшного. Впрочем, я уверена, ты и так делаешь все возможное.

Твой добрый друг Летиция»

Слезы стояли у меня в глазах, когда я дочитала это письмо.

Я судорожно вздохнула и нахмурилась. Всё это требовало времени на обдумывание.

Просмотрела коробку внимательнее — вдруг будут еще письма, подобные этому — но ничего не нашла.

Аккуратно сложила все на место, прикрыла крышку и поставила коробку туда, где она и была. Вроде бы ничего не говорило о моем визите. Прислушалась к происходящему в коридорах, выглянула осторожно из кабинета — пусто. С помощью печатки я снова закрыла дверь, бегом добралась до гостевого крыла и уже спокойным, размеренным шагом, пошла в сторону своих покоев.

Спать расхотелось. Единственное, что мне сейчас надо — это налить крепкого чая и спокойно поразмышлять, что же делать дальше.

Ну, может еще поплакать.

Я так задумалась, что, завернув за угол, даже не поняла, что уперлась во что-то, чего здесь стоять не должно. Испуганно подняла голову и замерла. Кажется, это уже было, не далее как несколько дней назад.

Принц.

Стоит и смотрит на меня чуть смущенно. С чего бы это? Ах да, его застали под утро в крыле, где живут невесты. Я неожиданно напряглась — и к кому это он, интересно, ходил? Неужели не все девушки столь наивны, как хотят казаться? Тоже мне, благородный наследник!

— Ваше Высочество — голос мой звучал тихо и максимально ядовито

— Гелла…

— Удивительно встретить вас здесь. Веселая ночь? — не сдержалась я от укола Принц нахмурился:

— Я просто… гулял.

— В гостевом крыле? В пять утра? Впрочем, это не мое дело — я покачала головой и собралась уходить.

— А что здесь делаешь ты? — остановил меня принц, грубо схватив за руку.

— Живу, между прочим — я попыталась освободить пальцы, но ничего не вышло. Держали меня крепко.

— В пять утра? В коридоре? — его голос мог быть не менее ядовитым.