Пороховой маг. Книга 2. Кровавый поход - Брайан Макклеллан

– Мы уже проехали Горный дозор?

– Только передовую заставу возле Альватона, сэр. – Олем показал на дорогу. – А сама крепость впереди. Мы переночуем там, а завтра отправимся дальше.

Радость захлестнула Тамаса, словно прибой в ветреный день. При известии, что он уже находится на адроанской земле, ноги фельдмаршала подогнулись, и он едва не упал. Тамас отодвинул протянутую руку Олема и зашагал по дороге. Он пытался просчитать в уме дальнейший путь. В это время года перевал должен быть свободен от снега. Он может спуститься на Адроанскую равнину и направиться к Саркову ущелью. Всего полторы недели ускоренного марша – и он вместе с солдатами вернется, чтобы снова защищать страну от врага.

– Сэр, вам нужно еще немного отдохнуть.

– Я прекрасно могу идти пешком, – возразил Тамас, хотя у него все еще заметно дрожали ноги и кружилась голова.

Крепость Горного дозора выглядела высокой и внушительной. Ворота были раскрыты, и караульные приветствовали солдат, идущих к перевалу.

– Свежий воздух пойдет мне только на пользу. А теперь докладывай. Сколько времени я был без сознания?

– Двое суток, сэр.

– Чем закончилось сражение?

– Оно прошло… – Олем замялся, – довольно успешно.

– Наши потери?

Олем вытащил сигарету из-за отворота рукава, но так и сунул ее в рот незажженной.

– В бригадах осталось меньше двух тысяч человек, готовых к бою.

– Всего?

Тамас остановился и повернулся к Олему. Затем посмотрел на дорогу и отметил, что обоз тянулся далеко за пределы видимости. Откуда он взялся? У них не было обоза на всем протяжении похода.

– Что с Гэврилом?

– Залечивает раны в гостях у Демасолина.

Тамас почувствовал новый прилив облегчения.

– А мои пороховые маги?

– Вадалслав в тяжелом состоянии – штыковая рана в живот. Трудно сказать, выживет или нет. А еще погибла Леоне, спасая Влору от Стража.

– А сама Влора? – Сердце Тамаса на мгновение замерло.

– Ранена, но жива.

Фельдмаршал пошатнулся и оперся о плечо Олема, но быстро собрался с силами и пошел дальше.

Он заметил, что старик из кареты идет за ними следом.

– Как я прогоню кезанскую армию из Адро, имея всего две тысячи солдат? – вздохнул Тамас. А затем кивнул в сторону деливца, не сумев скрыть раздражение. – И во имя бездны – кто это такой?

Олем вынул сигарету изо рта и покрутил между пальцами.

– Прошу вас простить фельдмаршала, – сказал он старому деливцу. – У него пока еще плохо соображает голова.

Деливец удивленно посмотрел на Олема.

– Надеюсь, она будет хорошо соображать, когда мы вместе выступим против Кеза. Я деливец, – повторил он Тамасу. – Но если вам так удобнее, можете называть меня Сулемом Девятым.

Сулемом…

– О, ваше величество!

Фельдмаршал склонил голову, отбросив мелькнувшую было идею опуститься на колено. Во рту у него пересохло. Сулем Девятый, сам король Делива, а Тамас обозвал его проклятым тупицей.

– Я не имел в виду ничего плохого. Я не знал…

– Не принимайте близко к сердцу, фельдмаршал.

Король приподнял бровь и поглядел на землю, словно ожидая, что Тамас преклонит колени, но не стал настаивать.

Тамас не знал, что сказать. Многое ли известно королю Делива? Почему он здесь, едет в Адро вместе с Тамасом и совершенно новым обозом?

– Простите, ваше величество, – сказал Тамас, – но я не совсем в курсе последних событий. Не понимаю, что случилось за те дни, когда я был без сознания.

Король заложил руки за спину.

– Полковник, – обратился он к Олему, – вы не возражаете, если я сам расскажу?

– Нисколько, ваше величество.

– Идем? – предложил Сулем, показывая на крепость, возвышавшуюся перед ними.

– Да, – согласился Тамас.

Они продолжили подъем по горной дороге, мимо остатков кавалерии Тамаса. Олем брел в нескольких шагах позади.

– Позвольте рассказать вам, как обстоят дела с моей точки зрения, – начал король Делива. – А затем вы можете закончить разговор с полковником Олемом. Я направился в Альватон, ожидая встретить там адроанскую армию, но вместо этого обнаружил сразу две. На следующий день после вашего сражения с войсками герцога Никслауса все еще больше запуталось, но в конце концов мои генералы и ваши полковники Олем и Арбор во всем разобрались.

Сулем умолк на мгновение.

– Сожалею о том, что случилось с Альватоном, ваше величество, – вставил Тамас.

– Сожалеете? Почему? Вы спасли деливский город, Тамас. Я в большом долгу перед вами.

– А как же порох?

– Вы и ваши пороховые маги остановили взрывы, прежде чем те успели принести значительный ущерб. Разумеется, были жертвы, но город остался цел, и мы благодарны вам за это.

– Я вижу, – Тамас оглянулся через плечо на обоз, – что вы снабдили нас припасами на дорогу. Благодарю вас.

Глаза Сулема заблестели, и впервые с того момента, как Тамас увидел его в карете, на лице старого короля появилась улыбка.

– Не только припасами.

– Не только?

– Это наш авангард, фельдмаршал, – объяснил Сулем. – Мы переходим горы с пятьюдесятью тысячами солдат. Было бы больше, если бы я не отправил лучшие части своей армии по Северному тракту. Мои солдаты в вашем распоряжении, и я намерен посмотреть, как вы воюете. Подлость, которую задумали Никслаус и Ипилл, недостойна короля. – Улыбка исчезла с лица Сулема, а голос приобрел грозный тон. – Вы отправили на гильотину Манхоуча, и я не одобряю этого. Но Ипилл напал на моих подданных.

Пятьдесят тысяч деливских солдат! Тамас понимал, что это могло надломить кезанцев. Сердце фельдмаршала готово было выскочить из груди. Это изменит ход войны. У адроанской армии появился не просто шанс выстоять, у нее появился союзник.

Впервые за многие недели его походка сделалась легкой. Он подошел к крепости Горного дозора, чувствуя, что тяжелый камень упал с плеч.

На стенах поднялся шум, а из ворот на безрассудной скорости вырвался всадник. Посыльный увидел Тамаса и натянул поводья, останавливая лошадь так резко, что из-под копыт во все стороны полетел гравий. Затем спрыгнул с седла.

– Сэр.

Его щеки покраснели, обожженные холодным ветром, пока он скакал во весь опор через горы. Рука дрожала, отдавая честь.

– Отдышись, солдат, – велел ему Тамас.

– Сэр, – снова заговорил посыльный, хватая ртом воздух. – Донесение с нашего поста на восточном склоне гор. Адопест, сэр. Он горит.