Леший - Олег Фирсов

пива. Крысы размером с кошек рыскали в поисках пищи, а над всем этим кружили жирные вороны, терпеливо ожидая своей очереди.

Я, затаив дыхание, копался в этой клоаке, выискивая дрова. Где-то здесь, в этой помойке, наверняка найдется тележка, которую можно починить и использовать для доставки этого «золота».

Под слоем гнилых досок и проржавевшего железа проглянуло одинокое, ржавое колесо – осколок забытой истории. Словно кость, торчащая из земли, оно манило к себе, обещая шанс на спасение. Еще немного усилий, напряжение мышц возрастало – и из утробы свалки показалась полуразвалившаяся телега.

Оси сломаны, дно истлело, но кое-что еще можно починить. С помощью обрывков старых веревок и найденных досок, я вдохнул в нее новую жизнь. Конечно, она скрипела и качалась, но для перевозки нетяжелых грузов вполне годилась.

Полуразвалившаяся телега Свалки

Тип: Транспорт

Описание: Сколоченная из подручных материалов телега, чудом уцелевшая в хаосе Свалки. Скрипит при движении, но все еще способна перевозить грузы.

Характеристики:

Прочность: 25/25

Грузоподъемность: 50 кг (достаточно для перевозки бровков тролля или бочек с элями)

Скорость: Медленная

Особенности:

Ремонт: требует постоянного ремонта с использованием проволоки, веревок и досок.

Уникальные модификации: Возможность установки дополнительных бортов (+20 кг к грузоподъемности) или упряжи для Петровича (значительное увеличение скорости передвижения, но требует постоянного ухода за кабаном).

Запах: Исходящий от телеги смрад накладывает на окружающих эффект "Свалкового Духа" -1 к харизме.

История: Сколочена из мусора и отбросов. Возможно, когда-то принадлежала странствующему торговцу, авантюристу или простому крестьянину. Теперь – лишь жалкое подобие былого величия, ожидающее умелых рук, чтобы обрести вторую жизнь.

Только я собрался оттащить свое трухлявое приобретение в сторону, как заметил что-то в глубине кучи тряпья. Там лежал парень. Имя? Неизвестно. Он был бледен, словно полотно, покрыт холодным потом, и дышал с трудом. Жизнь едва теплилась в этом изможденном теле.

Не раздумывая, я осторожно уложил парня на только что отремонтированную телегу. Не как труп, а как драгоценную ношу, требующую бережного отношения. Скорая помощь? Здесь не было никаких пластиковых чемоданчиков с надписью «Реанимация», да и диспетчерская служба отсутствовала, как класс. Но бросить парня здесь, на свалке, означало обречь его на верную смерть. Я как фельдшер сделать этого категорически не мог!

«Куда везти?» – подумал я, оглядываясь по сторонам. В голове не было ни одной здравой мысли. Что он вообще мог тут сделать?

Справочная? Нет, здесь не было телефонных будок и информационных бюро. Оставались только Стражи. Может, они что-то подскажут.

Рискуя навлечь на себя гнев блюстителей порядка, я подкатил телегу к воротам. Стражи, увидев меня и умирающего парня, нахмурились, но выслушали. К удивлению, моя небольшая, но уже заметная репутация сыграла свою роль. Стражи направили мою ношу в Храм. Там, говорили они, есть монахи-клерики, обладающие даром исцеления.

Храм возвышался над городом, словно маяк надежды в море отчаяния. Высокие, остроконечные шпили, устремленные в небо, казались пронзающими тучи греха и скорби. Стены, сложенные из светлого камня, украшали витражи с изображениями святых и героев. Внутри царил полумрак, нарушаемый лишь мерцанием свечей и тихим пением монахов.

Жрец, облаченный в белые одеяния, внимательно осмотрел парня. Он мог спасти его, но за деньги… И немалые. Я, не раздумывая, согласился. Цена вопроса сейчас была несущественной. Жизнь парня стоила больше любых тайлеров.

В этот момент, парень едва пришел в сознание и прошептал несколько слов, едва слышно: «Сестра… Дома…»

Стражи, словно сорвавшиеся с привязи гончие, метнулись вглубь городских лабиринтов. В их глазах