Пятое солнце - Елена Бумагина

– Ты сама-то этим путем пользовалась? – не без ядовитой иронии спросила Мила.

– А как же! – мрачно ответила Света. – Не первый год через него в деревню лазаем.

– Шах и мат, – насмешливо сказала Зоя пунцовой от смущения Миле.

– Девочки…

Они подняли на Свету глаза. Губы у нее подрагивали и глаза наливались слезами.

– Спасибо. Я у вас в долгу.

Она вскочила со скамейки и размашисто пошагала в сторону корпуса.

* * *

И не нужно было никаких слов. Просто в дверном проеме появился темный силуэт Светы, и они молча поднялись со своих кроватей, на которых лежали одетые, и двинулись за ней. Мила первая занесла ногу над балконными перилами, уверенными, упругими движениями показывая, как нащупать лестницу и спуститься. За ней последовала Света, а потом уже Зоя. На удивление, у нее получилось всё без промашек, как будто она шла по рыхлому снегу, ступая по чужим следам. Практически бесшумно они спустились на землю. Света вынула из рюкзака фонарики и подала им. Зоя пару раз щелкнула выключателем. Всё работало, но ходить по лагерю со светом было бы глупостью.

Они прошли мимо темного второго корпуса, стараясь передвигаться в тени кустов. Перед главной аллеей Света жестом остановила их и осторожно выглянула. Аллея была хорошо освещена. Гипсовые скульптуры смотрели на них слепыми глазницами. Вдали темнели окна первого отряда. Всё было тихо. Света махнула, и они ринулись на другую сторону, производя несколько больше шума, чем хотелось бы. Зоя инстинктивно кинулась за елку, девчонки за ней следом. Зое казалось, что они даже дышат слишком громко, что ее прерывистое дыхание грохочет по плиткам главной аллеи, как пустая бутылка, и что сейчас сюда сбегутся все демоны ада и комитет самоуправления. Но вокруг по-прежнему не было никого, только цикады и сверчки всё так же сверлили ночной воздух. Света выдохнула еле слышное «пошли».

Младшие отряды они миновали без проблем, а вот пробраться за главный корпус оказалось не так-то просто. Окна радиорубки на первом этаже были открыты настежь, из них лился яркий свет и раздавались возбужденные голоса.

– Вожатые гуляют, – прошептала Мила.

– Мы прямо под окнами пройдем, они нас не заметят, – сказала Света.

Зоя не была настроена настолько оптимистично.

В это время в окно высунулась блондинка с длинными волосами, вроде бы библиотекарша.

Девочки вжались в еловые ветви, хотя в такой темноте их всё равно бы не увидели. «Спалимся, – думала Зоя. – Точно спалимся». Дорожки под окнами были засыпаны гравием. В резиновых сапогах по нему было невозможно передвигаться бесшумно. В это время блондинка взмахнула руками и повернулась к ним спиной. В окнах зазвучала музыка, и нестройный хор голосов запел на корявом английском. Света подала знак и первой кинулась в бой. Зоя даже не успела испугаться, как уже оказалась прямо под окнами, прижимаясь к холодной кирпичной стене. Мила приложила палец к губам, а потом показала наверх. Прямо над их головами блондинка писклявым голосом пела про «лов, лов, лов». Света сделала осторожный шаг. Гравий хрустнул, но звук растворился в грохоте ударных. Музыка укрыла их плащом-невидимкой. Пригибая головы, приставными шагами они медленно продвигались вдоль стены. «Хрум, хрум, хрум», – отзывался гравий в такт песне, а блондинка всё подвывала про «лов». Никогда еще угол здания не казался таким далеким.

Зоя шла последней и буквально прыгнула за угол, как будто в воду нырнула. Они повалились на бревно, служившее скамейкой, и этот темный закуток, усыпанный мусором, показался им самым безопасным местом в мире. Река была совсем рядом, а небо выглядело таким тяжелым от звезд, что пальцем тронь – и всё посыплется.

– Красиво, – сказала Зоя, совсем потеряв бдительность, а девчонки вздрогнули и зашипели на нее.

Потом они включили фонарики и полезли через кусты, пахнувшие мочой и спиртом. Прошли туда-сюда вдоль забора. Колючие ветки больно царапали руки. Света ткнула в одно место, в другое, подергала сетку, но та не поддавалась. В третий раз ей повезло, край сетки отогнулся. Света придержала его и мотнула головой – пролезайте, мол. И это точно был тот самый лаз, потому что сразу за ним начиналась еле заметная, но хорошо утоптанная тропа. Светка оттеснила Зою с Милой и провела по ней лучом фонарика. «Ну вот!» – удовлетворенно пробормотала она и первой двинулась по тропе, возглавляя их маленький отряд. Дорога петляла между ивами, крапива стегала их по ногам, не причиняя, впрочем, никакого вреда. Отблески фонариков плясали по стволам деревьев и путались в паутине веток. Огромная фосфоресцирующая луна следовала за ними по пятам. Мила и Зоя безропотно шагали за своим командиром. Света вела их к воде.

Зорянка жирно поблескивала лунным светом. Темная, маслянистая поверхность воды казалась чем-то незыблемым и надежным. Зоя сделала шаг. Сапог скрылся под водой и взметнул темное облако ила. Отмель, к которой они вышли, со всех сторон окружали густые заросли, и было совершенно неясно, в какую сторону двигаться. Света словно услышала ее мысли.

– Нам вниз по течению.

Вода сдавила тонкую резину сапог, как будто холодные сильные руки ухватили их и не давали идти. Преодолевая сопротивление, маленький отряд брел по мелководью. Им нужно было пройти по воде совсем небольшой участок, дальше начиналась песчаная отмель. Зоя посветила себе под ноги, чтобы не споткнуться о камни. Трепещущая тень в небе заставила ее вздрогнуть и выронить фонарик. Зоя уставилась в небо, но это была не птица, как ей сначала показалось. Это флаг их лагеря развевался на флагштоке.

– Мы как раз за линейкой, – тихо сказала ей Мила. Это было первое, что она произнесла за сегодняшний вечер. Но Зою обуревали совсем другие мысли.

– Почему не спустили флаг? – спросила она.

– Что? – не поняла Мила.

– Флаг. Его же вечером должны опускать, чтобы снова поднять утром на линейке.

– Ну не знаю. Может, его рано утром спускают.

– Когда как, – вмешалась Света. – Я тоже обращала внимание. Иногда комитет сразу после ужина флаг снимает, а иногда он до поздней ночи висит. Зой, держи свой фонарик.

– Спасибо.

Зоя снова взглянула на флаг. Без освещения его полотнище казалось темным пиратским стягом и выглядело зловеще. Силуэт восходящего солнца был совсем не виден, можно было разглядеть только смазанное пятно.

– Пойдем, – позвала ее Света. – Времени мало. И погасите фонарики пока.

Они обогнули кривую, стелившуюся вдоль земли иву и вышли на пляж. Запретное место радости, куда пускали только по особо удачным дням, теперь не произвело на них никакого впечатления. В конце концов, пляж не был конечным пунктом их вылазки. С прошедшей ночи в них угасли все желания, кроме одного. Друг за другом они прошли мимо скамеек, заменявших шезлонги. Мила двинулась было к калитке, чтобы снова перелезть, но Света жестом остановила ее. Она показала на фонарь, ярко освещавший край стадиона. Мила кивнула и сняла ногу с перекладины.