Бастард ее величества - Нинель Мягкова

А что я еще могу предложить в данный момент? У меня и нет ничего больше, только я сама. Ни знаний об этом мире, ни полезных умений, ни знакомств.

И потом, если бы Ладинье у меня вызывал омерзение, я бы в жизни к нему и близко не подошла. Мастер… привлекал. Отчасти своей загадочностью, отчасти аурой властности и холода, которую распространял вокруг себя.

Скажите мне, какая женщина в здравом уме не клюнет на власть и силу? Да испокон веков этот набор был самым надежным афродизиаком для прекрасных дам. И я не исключение. Тем более, что применял он свое влияние умеренно, в беде помогал, пусть и в своих интересах, но ценен сам факт.

Жалость к себе накрыла меня с новой силой. Я принялась раскачиваться, обнимая кофр, тихонько подвывая и стремительно впадая все глубже в депрессию. Мне казалось, я прошла уже все стадии паники в машине по дороге в город, но то была лишь прелюдия. Только сейчас, когда местные спецслужбы не задумываясь использовали меня как наживку для ловли преступников, до меня дошла вся плачевность моего положения. Здесь я даже меньше, чем никто. Ни знакомых, ни семьи, ни профессии. Ни-че-го.

Обиднее всего, что и в этом мире всем на меня плевать. Даже мастер теней приютил меня из сострадания и чувства вины, а не потому, что я запала ему в душу.

Робкий стук в дверь я едва расслышала, упиваясь собственным горем.

— Мисс, с вами все в порядке? Мисс?.. — тихий девичий голосок был полон тревоги и взывал ко мне, кажется, уже не первую минуту. Я всхлипнула еще раз, вытерла глаза и шмыгнула носом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да, все хорошо, — голос звучал предательски гнусаво, выдавая мое состояние тем, кто не слышал предшествующей истерики, но за дверью и тому обрадовались.

— Меня зовут Малви, мисс, я буду вам прислуживать, если вы позволите. Хотите, я наберу вам ванну? Я принесла вам одежду, помоетесь, переоденетесь — глядишь, и полегче станет? Мне всегда в чистоте лучше становится. Откроете дверь, я воду включу?

Щебет девушки за дверью немного привёл меня в чувство.

И правда, что я расклеилась-то? Жива, здорова и пока в безопасности. Мастер под крыло взял. Раз уж начал помогать, вряд ли просто выбросит на улицу и в дальнейшем. Он из аристократов, наверняка у него есть знакомые тетушки, у которых нет сластолюбивых племянников. И пусть он равнодушен к моим прелестям, ему же хуже. Пойду в компаньонки.

Художники во все времена жили нестабильно. То есть заказы, то их нет, стиль работы то был востребован, то считался авангардом и кичем. Так что в этом направлении я буду думать в последнюю очередь.

Шмыгнув еще раз, я поставила кофр на пол. Выпускать его из рук было тяжело. Все время терзало ощущение, что вот-вот придется куда-то снова бежать, спасая свою жизнь, и бросить свое сокровище на верную погибель, но я стиснула зубы и все же оставила чемоданчик лежать в углу.

Тоже мне, кольцо всевластия. Что-то у меня к нему развивается нездоровое пристрастие. Надо работать над собой.

Сделав пару глубоких вдохов, чтобы унять спазматические всхлипы, я решительно отодвинула щеколду.

Девушка за дверью была первой особой женского пола, которую я увидела в этом мире без вуали. Ничего особенно экзотического: большие глаза, бледная кожа, светлые брови и ресницы под стать волосам, плотно собранным в низкий пучок на затылке. Платье темно-серое, лаконичного прямого покроя, до щиколотки. Снизу, кажется, еще несколько юбок, потому что из-под подола торчит более светлое кружево. Ботинки простые, но удобные, с замысловатой металлической пряжкой, в волосах кокетливые заколки — в общем, вид скромный, но все чистое и достаточно новое, без заплат. Значит, прислуге неплохо платят.

Хотя бы в этом доме. Кто знает, как там в других?

Малви радостно улыбнулась мне, делая вид, что не замечает распухшей зареванной физиономии, и проскользнула мимо, к ванне. Покрутила вентили, включая воду, перебрала многочисленные флакончики на бортике, насыпала из одного из них щедрую пригоршню крупинок. По помещению поплыл сладковатый цветочный аромат.

У меня внезапно зачесалось разом везде. Захотелось срочно раздеться и залезть в горячую ванну. Несмотря на то, что мылась я буквально несколько часов назад, чудилось, будто кожа опять скрипела от грязи. И налипший на меня пепел был в этом повинен лишь отчасти. Гораздо в большей степени повлияло несостоявшееся похищение. Пусть меня никто не тронул и пальцем, но чувство было, что облапали всю. А потоптавшиеся в спальне стражи правопорядка еще и добавили.

Не говоря уже о брезгливости во взгляде мастера теней. Ух, аж зло берет до сих пор, как вспомню его выражение лица, когда он меня с колен спихивал. За легкомысленную женщину посчитал, что ли? Вообще-то, я абы кому не предлагаюсь. Только если он мне нравится. А тут все так удачно совпало, и мужчина в моем вкусе — даже выше меня, ух ты! — и при власти, и при деньгах… эх.

Ему же хуже.

Служанка вышла из ванной, тактично позволяя мне раздеться самой. Норовила, правда, помочь, но быстро отступила, видя нетрадиционность моей одежды.

Я разделась и задумчиво уставилась на упруго бьющую в эмалированное дно струю, от которой поднимался пар. Прозрачная, густо пахнущая сероводородом и металлом, несмотря на благоухающие соли, жидкость набиралась довольно быстро, завихряясь водоворотами. Хороший напор, достаточно чистая, но можно ли такое пить? И не появятся ли у меня через пару месяцев камни в почках?

Как тут вообще дела обстоят с лечением? То, что канализация на уровне, радует, не скрою. Бегать во двор не хотелось бы. А остальное? На что я могу рассчитывать в этом мире? Куда податься?

Тяжело вздохнув, я переступила бортик и медленно погрузилась в пахучую воду. От интенсивности ароматов закружилась голова. Долго я так не пролежу — надо побыстрее мыться и выходить.

Малви вернулась, неся на вытянутых руках сложенную аккуратными квадратами одежду. В таком формате и не разглядишь, что именно она притащила.

Сгрузив ношу на длинную скамью у стены, она уверенно взялась за мой пучок на макушке и застыла.

— Мисс, а как оно распускается? Я не вижу шпилек, — растерянно пробормотала она. Я подцепила пружинку-резинку в тон волос и стянула ее одним движением, вызвав у Малви восхищенный вздох. Она приняла ее у меня благоговейно, в сложенные горсточкой руки, и очень осторожно положила на полочку над умывальником. Такой экзотики она, похоже, не видела.