Срочно требуются! Баронессы - Вера Мирн

не останемся. Нам надо торопиться и так провозились у себя в поместье, — ответила ему, заходя в дом. — Миттар сказал, что несколько семей из вашей деревни уехало. Хотела узнать сколько их и осмотреть пустующие дома?

— Пустующих домов десять. Девять семей уехало, а в десятом доме собирался жить сын Зигерда Петрул. Дом только подняли, барона казнили и закрыли мастерскую, а парень собирался жениться. И вот, все бросили и уехали. Невеста убивалась, её то семья не решилась уехать, — ответил он.

— И правильно сделали, что не уехали. Хотя невесту жалко, жених мог остаться. Но теперь жизнь по лучше станет, — уверенно произнесла Янлин.

— Мы собираемся возобновить работу мастерской. Сегодня должны были приехать Велор, Ингар и Игрейт, чтобы осмотреть и отмыть здание мастерской, — дополнила я.

— Да. Они уже приехали, — заметил Алан.

— О! Тогда начнем с мастерской, а потом все остальное, — быстро вскочила я, допивая чай.

Вышли из дома старосты деревни и прошли к мастерской. Двери были открыты и оттуда уже были слышны разговоры и смех. Парни из деревни Коро и несколько местных мели полы, а местные девушки мыли окна.

В этой мастерской, квадратных окон было побольше, с одной стороны почти во всю стену, а с другой только посередине вдоль стены. Здание, ребята сказали в удовлетворительном состоянии, староста Алан подтвердил это и добавил, что он следил за его сохранностью.

— Вы большой молодец, — похвалила его. — А нет ли у вас случайно овечьей шерсти?

— Есть. И её много. Храним в сарае. Прошлогоднюю не получилось продать и в этом году весной настригли и добавили туда же. Некоторые женщины нитки прядут, а потом ткут ковры, а остальное так и лежит, не знаем что с ним делать. Уже и овец хотели продать.

— Очень хорошо, что много. Для моей задумки как раз столько и нужно. Список ведь у вас есть, кто сколько сдал килограмм шерсти? — спросила я.

— Да. Список у меня есть, — ответил Алан.

— За сколько продавали шерсть в Атвуде?

— Раньше за пять стотинок, а теперь берут только за три из других мест купцы и то придираются к чистоте шерсти.

— Ясно. Я эту шерсть возьму тоже за три стотинки за килограмм, но взамен предлагаю женщинам заработать на обработке и дальнейшем её использовании. А как? Я научу. Так что думаю никто в накладе не останется. А в дальнейшем я подумываю закупить стадо овец.

— А зачем столько? Мы с этой то не знаем, что делать, а вы ещё хотите купить? — удивился Алан.

— Сделайте женщинам навес рядом с сараем. Пусть они начнут обрабатывать, а я потом покажу и научу их, что с ней дальше делать, — навела туману.

После осмотра мастерской отправились осматривать заброшенные дома. Они оказались в неплохом состоянии, только крышу местами подлатать и стекла в окна вставить и можно заселять новых жильцов. Попрощались со старостой Аланом и поехали дальше в деревню Заозерное.

Ближе к обеду мы подъехали к деревне. Вот это деревня так деревня. Она расположилась за красивейшим озером, вокруг которого росли дубы, берёзы и липы, создавая тень от жары. В одном месте был виден пологий песчаный спуск к озеру. Проезжая мимо, увидели ребятишек десяти двенадцати лет резвящихся в озере и около него, под присмотром мужчины. Подъехали к дому старосты, Миттар привычно позвал старосту деревни. К нам вышел зеленоглазый, коренастый дедок, с белыми волосами собранными в хвост.

— Дед Трофим к вашим услугам лиры баронессы, — представился он нам.

— Лира баронесса Карина Корсо и её сестра лира баронесса Янлин Корсо, — представил нас Миттар.

— Добрый день, — поприветствовала я.

После знакомства дед Трофим показал нам деревню, в которой он является главным. Оказывается в озере, водится рыбка щерка и он угостил нас ею на обеде. Она как наша скумбрия, такая же вкусная.

— А что с рыбкой ещё делаете, кроме как жарите и варите похлебку? — поинтересовалась я у деда Трофима.

— Мы её в стазис вводим и продаём. А что ещё с ней можно делать? — пожал плечами дед.

— Её можно коптить, солить, а ещё солить с добавлением пряностей, — ответила я. — Мм! Рыбка получится с пряным вкусом и приятным ароматом.

— Научите как делать, — засветились глаза у деда Трофима.

— Конечно. С удовольствием, только после инспекции. А теперь покажите ткацкую мастерскую и мы поедем дальше.

Подъехали к мастерской, она была как в Дубках, только в двух местах стекла выбиты и забиты досками, зашли внутрь там женщины работали за ткацкими станками, а в углу возле стены на стеллажах лежало очень много рулонов ткани.

— Здравствуйте, — обратили мы внимание на себя.

— Девушки, знакомьтесь лира баронесса Карина Корсо и её сестра лира баронесса Янлин Корсо, — представил нас дед Трофим. — Они приехали посмотреть, что мы делаем и предложить новые интересные вещи.

На нас с интересом стали посматривать, а одна полноватая женщина гневно воскликнула:

— Мы не знаем куда эту ткань девать. Никто её не берёт. Скоро нечего будет делать, потому что нитки закончатся. Да и денег за свою работу не получаем.

— Работаем, чтоб с ума не сойти от безысходности, — продолжила другая женщина возмущаться. — А вы новые вещи. Новые вещи.

— Заплатите за то что сделали, а потом говорите о новых вещах, — внесла предложение одна из женщин.

— Конечно, я собираюсь заплатить за вашу работу. Но как вы понимаете, вначале нужно будет реализовать ваши ткани, а уже потом я расплачусь с вами, — объяснила я им и спросила. — Покажете свои ткани?

Мне показали ткани, как я и предполагала, эта была бязь, только немного грубее и плотнее. Как раз для моей задумки подойдут, для одеял и подушек. Показала размеры и женщина мне из более грубой ткани раскроила один экземпляр нужного размера. А из другой, которая помягче попросила чуть больше предыдущего экземпляра раскроить ткань.

— Это ваш шаблон, — показала на раскроенные ткани. — Теперь поэтому шаблону раскроите все ткани какие у вас есть.

— Зачем? — поинтересовалась одна из женщин.

— Будем шить одеяло и подушки для поместья.

Оставив женщин в недоумении мы с Янлин поехали дальше в третью деревню, которая называлась Песчаное.

— Ну ты их озадачила, — восхитилась Янлин.

— Да нет. Они просто привыкли укрываться покрывалами, — ответила я. — Надеюсь им понравятся одеяла и подушки. Если нет, то навязывать никому не буду. Покажу лишь. Но у меня дома будут вещи, к которым я привыкла.

Проехали часа два и оказались в деревне. Нас встречали всей деревней, как дорогих гостей, но вначале я испугалась, подумала опять бунт. Мне хватило того бунта, больше не хочется. В