Посох царя Московии - Виталий Гладкий

Две недели назад Николай Данилович возвратился из Лондона, где его услугами как эксперта пользовалась весьма известная фирма «Сотбис»[34], и теперь с головой окунулся в отдых. То есть, днем рылся, как крот, в запасниках местного археологического музея, по собственной инициативе классифицируя старые и новые находки, а по вечерам навещал старых друзей, большей частью таких же сдвинутых по фазе кладоискателей из рядов старой гвардии «черных» археологов, в которой Тихомиров-старший числился как минимум полковником, и спорил с ними почти до утра.

— Ты чего бурчишь? — спросил Николай Данилович и плеснул себе в рюмку немного коньяку. — А где лимон?

— Батя, из-за той дурацкой темы, что ты навязал своему бедному сыну, мне некогда не то что в магазин сбегать, чтобы прикупить продуктов, но даже в кабак сходить — дабы расслабиться как следует.

— Почему дурацкой?

— А потому, что не верю я в твою идею, что при Иване Грозном в России существовал какой-то орден, наподобие рыцарского. Не верю!

— Вот те раз… А как насчет кромешников?

— Батя, сие что в лоб, что по лбу. Кромешники — это те же самые опричники, что и подтвердил в свое время князь Курбский[35]. Слово «опричнина»[36]происходит от слова «опричь», т. е. «кроме». «Кромешная тьма» — потусторонняя тьма, загробный мир, а ее адепты — тогдашние братки, рэкетиры. Их отличие от современных заключается лишь в том, что они действовали по указке сверху. Впрочем, не исключено, что и нашим отморозкам была поставлена определенная цель (пусть и опосредовано) и явно людьми, облеченными властью… вот только неизвестно кем. Эта цель лежит буквально на виду — создание в кратчайшие сроки прослойки злостных частников с приличными капиталами для построения «светлого» будущего человечества — капитализма. Ты ведь не будешь возражать, что опричнина и перестройки — это два сапога на один нога, по-грузински выражаясь.

— В какой-то мере, да. Но я считаю, что опричнина, созданная Иваном Грозным, в конечном итоге превратилась в военно-монашескую организацию. Поначалу так назывались владения великих княгинь, а уже при Иване Грозном это были владения «опричь» от любой государственной юрисдикции. В эти владения входило более двадцати городов и отдельные улицы (слободы) в Москве. Ты правильно сказал, что понятие «опричнина» имеет значение «вне», «кроме». Отсюда и происходит другое название опричников — «Орден кромешников», то есть орден, который «кроме, как все государство».

— Хорош орден… — фыркнул Глеб. — Если в западноевропейских рыцарско-монашеских орденах превалировали титулованные персоны и нобили[37], то царь-батюшка Иоанн Васильевич набрал в свой «Орден кромешников» всякой шелупони, в том числе и иноземных авантюристов без роду-племени.

— Не в орден кромешников, а в опричнину. Как говорят в Одессе, это две большие разницы. Да, действительно, существовало такое мнение, что Иван Грозный набрал в опричнину всяких «безродных», чтобы бороться с боярской верхушкой, которую он хотел сломить и подчинить своей воле. Но это не очень соответствует действительности. Например, имя одного из главных руководителей опричнины Малюты Скуратова было монашеским. А его мирское имя — Григорий Лукьянович Бельский-Белозерский; он был из рода Гедиминовичей, правящей династии Великого княжества Литовского. Его предок приехал из Литвы в свите Елены Глинской, матери Ивана Грозного. Второй человек, возглавлявший опричнину, — князь Афанасий Вяземский. Он вел свой род от самого Мономаха! То есть, это природные Рюриковичи — не менее, чем сам Иван Грозный. Еще две личности, стоявшие во главе опричнины, — Федор и Алексей Басмановы. По роду Басмановы были бояре Плещеевы. Хочу напомнить тебе, что Суздальская Русь вышла из городка Клещеево, который стоял на Плещеевом озере. И князья Переяславль-Залесские, откуда был и Юрий Долгорукий, имели второе имя — князья Плещеевы. Так вот, Федор и Алексей Басмановы и были князьями Плещеевыми.

— И все равно твое утверждение, что кромешники — это рыцарский орден московитов, по меньшей мере безосновательно!

— Хочешь верь, хочешь нет, но я считаю, что это был орден, в который входили самые высокородные персоны на Руси. К примеру, возьмем Андрея Курбского, природного Рюриковича. И что он пишет в своих посланиях к Ивану Грозному? «Мы по роду с тобой одинаковы…» О чем это говорит? То-то… И потом, взять хотя бы Ваську Грязного. Уж его-то, казалось бы, Иван Васильевич нашел едва не на помойке, отмыл, приблизил и поставил опричным воеводой. Но вообще-то его имя было Василий Григорьевич Грязново. Его родственник приехал из Венеции и был правой рукой Великого магистра тевтонского Левантийского ордена. От них пошел знаменитый боярский род Ошаниных. По моему уразумению, опричнина делилась на три части. Первая — около трехсот человек, разделенных на сотни, которые жили в Александровской Слободе; как ты знаешь, Слобода длительное время была как бы запасной столицей Российского государства. Эти триста опричников, самых верных сподвижников Грозного, и принадлежали, судя по всему, к Ордену кромешников. Вторая часть (ближняя тысяча) сидела в Москве и близлежащих городах. И еще шесть тысяч опричников сидело по двадцати городам. Между прочим, промышленники Строгановы, владельцы соляных промыслов, — это опричники. И предки знаменитых Демидовых тоже были опричниками.

— Значит, ты утверждаешь, что кромешник — это звание…

— Да, кромешник — это как рыцарь-храмовник, вооруженный чиновник высшего разряда из ближайшего окружения магистра, в данном случае царя Иоанна Васильевича.

— Батя, но это же бред сивой кобылы! Не верю! Я не нашел ни в одной средневековой рукописи, ни в одной инкунабуле даже упоминания того факта, что на Руси были ордена наподобие рыцарско-монашеских, существовавших в Западной Европе.