Уникумы Вселенной-2 - Юрий Иванович

И это было только самое начало обещанных, но уже давно начавших претворяться в жизнь коренных преобразований.

Шестерка божественных существ переместилась на этот раз из немыслимо дальнего уголка Вселенной прямо во дворец. Тронный зал утопал в прохладном полумраке, но обеденные столы уже были накрыты для приближающегося ужина. Никого видно не было, хотя в служебных переходах со стороны кухни виднелись отблески света и мелькали какие-то тени.

Видно, не желая становиться серьезной и менять свою веселую натуру, Пеотия вдруг завизжала, чем вызвала досадливые восклицания у своих коллег и появление нескольких человек со стороны кухонь. Вскоре к шестерым усевшимся за столы людям с радостной улыбкой приблизился Ярослав Гершко:

– Где вы так долго пропадали? Обед пришлось убирать, мы так вас и не дождались. Может, желаете подкрепиться прямо сейчас?

– Еще как желаем! – опередила подругу Сакрина. – А что у вас здесь творится?

Миллионер, в данный момент выступая в роли организатора и распорядителя застолья, несколько раз хлопнул в ладоши и крикнул своим помощникам:

– Ребята! Тащите все самое вкусное! А затем тоже уселся на стул. Скорее всего, даже его деятельная натура нуждалась в кратковременном отдыхе.

– У нас здесь все спокойно. Если не считать того, что во время церемонии прощания прибыл Ковели и устроил показательную казнь для всего остального мира. Кошмарное было зрелище…

Так как все примолкли, слово взял нахмурившийся Алессан:

– Зато отныне земляне будут жить без всякого страха перед преступностью. А то действительно совсем стыд потеряли…

– Да я понимаю, – вздохнул Гершко, одновременно успевая показать пальцами проворным официантам, что из блюд и куда ставить. – Угощайтесь! Но вопрос в том, что казнь в понимании многих наших соплеменников тоже считается преступлением.

– Ерунда, – со всей солидностью заявила Абелия. – Подобный нонсенс уже изжили в своей среде почти все разумные цивилизации. Да и по большому счету это придумали самые большие преступники, вдалбливая в головы обывателей с одной лишь надеждой: если что-нибудь случится именно с ними и они попадут на скамью подсудимых, то у них будет шанс выжить. А там, глядишь, и выкрутиться из пожизненной тюрьмы да и взяться за старое.

– Ну да, тоже верно, горбатого могила исправит, – согласился миллионер. И с некоторой грустью добавил: – Только вот переживаю я по другой причине: мою Ларису с ее мужем император с собой взял.

– Ну и что?

– Как – что? Три часа прошло, а их еще нет. Может, случилось что? Мне дочь про этих цорков успела такие страшные вещи рассказать.

– Да не переживайте вы так! – засмеялась Пеотия. Но, видя непреходящее сомнение на лице любящего отца, неожиданно предложила: – Хотите гляну, как у них дела?

– Конечно! – оживился Ярослав. Прекрасная богиня наполовину растаяла, превратившись на короткое время в эфемерное привидение, а потом вернулась к прежней форме.

– Все отлично! Цорки им хлопают, трибуны ревут от восторга, а наши посланцы сияют, как начищенные самовары. Так что скоро и они ужинать примчатся.

– Да?! Ой, спасибо! – Довольный отец уже вскочил и пробормотал на ходу: – Вы тут отдыхайте, а я бегу поторопить кухонных работников. Сами знаете: не накормишь императора, сразу с работы уволит!

Вслед ему понесся понимающий дружеский смех. Никто не сомневался, что Ярославу Гершко глубоко плевать на зарплату и он занимается возложенными на него обязанностями с огромной радостью и рвением по одной причине: лишь бы находиться как можно ближе к любимой дочери. Но когда коллеги остались за столом одни, тон разговора стал серьезным как никогда.

– Скорей бы уже Бутен вернулся, – досадовал Вителла. – Все-таки его распоряжения будут звучать более весомо, чем наши.

– А может, все-таки не стоит так паниковать? – засомневалась Сакрина.

Собравшегося ответить декерла опередил Юниус:

– Еще как стоит! Хотя мы можем в чем-то и ошибаться, но лучше принять все меры предосторожности.

– Правильно! – громко воскликнула Пеотия с мальчишеской бесшабашностью. – Оставим нашу империю только для коренных обитателей! – Но тут же стала серьезной: – Ладно, членов экспедиции мы в полном составе можем перекинуть в мир адельванов. Там им работы хватит на тысячелетия. А вот что делать с остальными? Куда их эвакуировать будем?

– Ну да, – поддержала ее Абелия. – В самый ответственный момент перехода младенца в другую ипостась желательно не иметь ни единой живой души в радиусе ста километров.

Алессан подвел некоторый итог прозвучавшим обсуждениям:

– Дамы и господа! Главное, что все проблемы решаемы. Мне кажется, что для любого человека из нашего окружения на определенный срок отыщется интересное дело в удаленных местах. При надлежащем объяснении они согласятся безоговорочно, да еще и сами проситься будут. А предоставить им это удовольствие – в наших силах. Так что советую за столом не засиживаться, а еще раз всем скопом устремиться на раскрытие тайны Глотки и озера. Ведь все это так взаимосвязано, что поневоле становится страшно.

– Не бойся, дружище, – подбодрил его Вителла, а затем широким жестом указал на сидящих возле них женщин: – С нашими богинями любые проблемы решаются.

Первое трехстороннее совещание происходило в одном из малых залов заново отстроенного императорского дворца. Полным составом присутствовала делегация Хардийской империи во главе с Бутеном. Со стороны глобального союзника, России, присутствовал только президент. Да и тот с некоторым недоверием прислушивался к своим внутренним ощущениям и никак не мог поверить в то, что его буквально за полтора часа не просто поставили на ноги, но и существенно омолодили. Вся заслуга принадлежала воскресшему из числа утопленников всего пять часов назад Бензику Яруги. Великий врач и в тысячелетнем путешествии разума остался верен себе, изучая только одно: умение лечить и омолаживать разумные существа. Именно страсть к знаниям стала той силой, которая поддерживала его разум в одиноких скитаниях по далеким мирам. Теперь Бензик сидел на дальнем краю огромного стола и не снимал своей чувствительной ладони с плеча императрицы Айни. Психически неуравновешенная богиня находилась под «блочным гипнозом», как обозначил суть своего влияния сам врач. Напротив этой пары расположился мрачный как туча Донтер. Он только недавно и с большим трудом вышел из психического коллапса. В самом начале многовековой истории пребывания вне тела он оказался беспомощным свидетелем разрушения всего, ради чего жил и трудился, гибели всех своих сограждан. А в сохранившихся затопленных пещерах тело его соратника и приемного сына, юного Массума, так и не было найдено. Особенно же негативно на нем сказалось длительное одиночество во Вселенной.

Третьей высокой договаривающей стороной являлся цорк Чинкис. На Высшем совете Аларастрасии ему для этого дали любые полномочия. Хотя в данный момент он больше переживал о том, что творится в родной галактике и справится ли со всеми непредвиденными сложностями его решительная старшая супруга Велида.