Принцип мира - Валерий Гуминский

Такая откровенность покоробила меня. Нет, я не чистоплюй, когда дело касается вещей жизненно важных, вроде безопасности близких людей. Надо будет, сам настою на выворачивании суставов. Охапкин говорил настолько буднично, словно для него узники уже являлись не живыми людьми, а манекенами для отработки ударов.

- Допросы велись письменно или никаких документов нет?

- Как же нет? Сейчас прикажу принести, — комендант погладил бородку. — Изволите сразу оба дела?

- Да, и побыстрее. Еще… Графин с водой, стакан, сигареты, — распоряжался я. — Не забудьте за дверью поставить двух надзирателей и Целителя пригласите. Видеонаблюдение ведется?

- Так точно…

- Отключить. Никаких записей. Узнаю — головы отверну виновным.

- Но князь Борис…

- Улажено, — прервал я коменданта. — Вам не стоит беспокоиться. Всю ответственность беру на себя.

- Слушаюсь, сударь, — Охапкин понял, что меня не пронять своими инструкциями и попятился из комнаты.

Через пять минут на массивную крышку стола легки две папки с допросными листами Ярослава Бакринского и Сергея Лужина. Тут же появились графин с водой, на горлышко которого насадили граненный стакан, пепельница с пачкой сигарет и зажигалка. Охранник, принесший все это, вытянулся и старательно поедал меня глазами.

- Ведите Бакринского, — приказал я. — Узники в наручниках?

- Да.

- Снимите возле комнаты. Во время допроса не входить. Ждать снаружи.

- Если что понадобится — в полу есть кнопочка вызова, — доверительно произнес охранник. — Одно нажатие ногой, и мы уже здесь.

- Понял, спасибо.

Ярослав Бакринский — костромской боярин, средний брат Главы Рода, судя по убористому почерку дознавателя, остался в живых благодаря своей супружеской измене. В момент атаки ночевал у любовницы на другом конце города, но попался в лапы бойцов князя Панина по глупой случайности. Вместо того, чтобы бежать из Костромы, ринулся спасать свою семью. Но это свойственно всем нормальным людям. Бакринский не был трусом, и беспокойство за детей и жену перевесило инстинкт самосохранения.

Низкорослый, но весьма широкоплечий, заросший бородой, с длинными волосами, падающими на плечи, Бакринский выглядел лет на пятьдесят, но в досье указывалось, что ему всего тридцать. Интенсивные допросы человека не молодят.

- С вами обращаются хорошо или есть претензии? — я не торопился тормошить узника. Пусть подергается на нервной почве. — Как кормят? Гигиенические услуги предоставляют?

- Кто вы такой, сударь, чтобы спрашивать о гуманных способах содержания в этом клоповнике? — проворчал Бакринский, поведя плечами. Старенькая замурзанная куртка, явно чужая, затрещала по швам.

- Представитель князя Щербатова, — ответил я. — Независимый представитель.

- Ох, ты! Что за зверь такой? — удивился мужчина. — Первый раз о таком слышу.

- Не стоит юродствовать, — я постучал пальцем по пачке сигарет. — Будете курить?

- Не откажусь, — кивнул боярин. — Пагубная привычка, да что уж в моем положении. Все равно скоро закопают…

Я не поленился встать, подойти к узнику, вытащить из пачки сигарету и предложить ему. Зацепив тонкими пальцами гильзу, Бакринский сунул ее в рот. Я щелкнул пальцем, вышибая огонек перед носом Ярослава, и тот невозмутимо прикурил. Окутался дымом и полюбопытствовал:

- Магический допрос? Все-таки решили ментата привлечь?

- Я не ментат. Можете расслабиться. Просто поговорим, если у вас появится желание рассказать о событиях, произошедших в Торгуеве.

- Не понимаю.

- Понимаете, Ярослав. Все вы понимаете. Акция по уничтожению костромского клана инициирована князем Апраксиным после убедительных доказательств, что вы причастны к покушениям на Мирославу Щербатову — дочь местного князя. Не лично вы, а ваш клан, в который входила ваша Семья, Аляповы и Лужины. Поэтому вам нет смысла сейчас выгораживать свои деяния.

- Вы уничтожили больше ста человек просто так, одним движением руки, — сжав зубами кончик сигареты, бросил обвинение Бакринский. — Мои дети, жена, близкие родственники — все погибли в магическом огне. Какой мне смысл открываться? Да плевать я хотел на вас. Ничего не скажу.

- Собственно, я хочу узнать, чья была идея ликвидировать младшую княжну Щербатову? — оставаясь спокойным, спросил я. — Не самого князя, не княжича Павла или Олега, не кого-то еще из клана Щербатовых, а именно Мирославу? Целенаправленно, неоднократно… С привлечением наемников, оборотней. Согласитесь, что странно… Княжна — одна из представителей аристократического рода, не имеющая веса в политике, в общественной жизни, в кругу знати. Обычная девушка, только и всего. Почему именно она?

- Я ничего не знаю, — пожал плечами Бакринский. — Все вопросы по Торгуеву решались между моим старшим братом, Лужиными и Аляповыми. К разработке подключались только самые проверенные люди, умеющие держать язык за зубами.

- А вы, Ярослав? Неужели остались в стороне? — я сделал вид, что удивлен. — Как-никак, принадлежите Роду, который взял на себя тяжесть создания клана. Разве не унизительно? Ведь вы могли получить герб от Долгоруких, если бы не страдали излишними амбициями, не привлекали химерологов к бесчеловечным опытам на людях. У нас, кстати, есть показания одного оборотня, захваченного после очередной вашей акции. Лора ее имя. Знакомо вам?

Бакринский снова окутался дымом. Упоминание рыжеволосой девушки его нисколько не взволновало. В досье, как я успел прочитать, она уже упоминалась, и Ярослав отрицал участие в ее судьбе.

- Да, про Лору я слышал, но не был с ней знаком, — все же ответил узник. — Я утверждаю, что не причастен к разработкам химерологов, а также не знаю, за каким чертом понесло Варфоломея уничтожить княжну.

- Не в курсе?

- Нет.

- Хорошо, допускаю такой вариант, и то с большими оговорками. Не верю просто в чистоту и слюнтяйство одного из представителей рода Бакринских. Вы все там замешаны, в той или иной мере.

Я встал, с хрустом размял плечи и прошелся по комнате, старательно впечатывая шаги в бетонный пол. Ярослав докурил сигарету и выплюнул ее в мою сторону.

- Знаешь, кто повязал Лору? — я остановился за спиной допрашиваемого. — Не убил, а именно взял, как паршивого щенка за шкирку? Я. И княжну спас я. Личный телохранитель Мирославы Щербатовой. Ты меня должен знать. Ведь кто-то же готовил заказ на мою ликвидацию. Да не удалось. Кишка тонка оказалась.

- Не слышал, — равнодушно ответил Бакринский.

- Ну и ладно, — не стал доказывать я. — Расскажи лучше, с кем контактировали твой старший брат и Лужины. Судя по твоим ответам, они активно встречались с какими-то эмиссарами из Москвы. Кто эти люди, ты тоже не знаешь? Но они были. Давай подробнее про них.

- Я уже говорил старшему следователю из УКБ, какой смысл мне повторяться?