Хранитель - Юлия Эллисон

— А с чего ты взяла, что оно не подействовало? Очень даже подействовало, я бы сказала, даже слишком.

— Но мне было больно! И ты сама сказала, что я потеряла сознание! Разве это можно назвать лечением? — Я непонимающе нахмурилась. Что-то в данной ситуации явно ускользало от меня. Что-то мне не было известно.

— А что ты вообще знаешь о драконах? — неожиданно остановилась наставница и присела на появившийся словно из ниоткуда пенек. Я судорожно начала вспоминать прочитанные книги и обрывки разговоров.

— Живут около тысячи или двух тысяч лет, разделяются по стихиям, вымирают, в семьях царит многомужество, потому что девочек рождается меньше.

Пожалуй, это действительно все, что я узнала о драконах за свою жизнь. Да, что-то на самом деле получалось не густо для человека, живущего в постоянном контакте с представителями этого вида. Наставница скептически посмотрела на меня, словно не поверила в то, что я сказала.

— А что ты можешь сказать о золотых драконах? — хитро прищурилась она, скрестив руки на груди.

— Только сегодня о них узнала. Вымерли, видели связи между драконами, являлись универсалами.

— Это не совсем так. Нас нельзя сравнивать с универсалами, — улыбнулась Богиня.

— Нас? — изумленно переспросила, внимательно оглядывая женщину. Она золотой дракон??? Они существуют?

— А что тебя так удивляет? — по-доброму улыбнулась Богиня.

— Ты золотая драконица — и жива? То есть ты где-то на самом деле есть? — взволнованно спросила ее. Если она реальна, это сильно облегчило бы мою жизнь.

— Ну, к сожалению, живой меня назвать трудно, — поморщилась она. — Я дух-наставница. Тот кулон, который ты носишь на шее… можно сказать, что я живу в нем.

— В кулоне? — Мой рот сам собой удивленно открылся. Как она туда попала? Нет, я слышала, что душу можно заключить в какой-либо предмет, но чтобы так…

— Да. Когда-то я была родоначальницей Клана золотых драконов, очень сильной драконицей, подающей большие надежды. Это было тяжелое время, кланы драконов сильно переругались между собой из-за какого-то очередного артефакта. Все свалили на золотых, хотя мы были ни при чем. Началась травля, потом война. Мы оказались не готовы: наша сила принадлежит добру, и мы не стремились развивать в себе боевые способности, хотя сейчас я понимаю, что, наверное, это необходимо. В общем, погибли мы из-за собственной глупости. А стихийники вымирают из-за своей.

— А как ты оказалась в кулоне? — дотронулась до теплой капельки на шее.

— Сама захотела помочь той, которой суждено возродить наш род. Тебе. — Она тепло улыбнулась.

— Возродить род? — Я отшатнулась от нее. — Не собираюсь возрождать ничей род! Я всего лишь человек! И свиноматкой быть не желаю!

— Тише! Никто не говорит, что ты должна стать свиноматкой, — засмеялась женщина, выставив вперед руки. — Бесконечные роды — это не то, что может возродить род.

— Тогда что? И как я должна его возрождать? Я всего лишь человек!

— Ошибаешься. Ты никогда не была человеком.

— Тогда… тогда кто я? — закричала в отчаянии. Слишком много информации… золотые драконы, духи в артефактах, возрождение рода… Это кошмар! Мне все это снится!

— Ты золотая драконица. Последняя в этом мире.

— Нет! — Я в шоке схватилась за голову. — Этого не может быть! Я просто сплю и брежу! Мне это снится! Ты не настоящая! Не настоящая! — закричала я, делая еще несколько шагов назад. — Я человек! Никакой я не дракон! Они гадкие и противные! Я не хочу быть такой!

— Сколько бы ты ни отрицала свою природу, правды не изменишь. Боги решили дать этому миру еще один шанс, и вот ты здесь. Ты можешь стать как погибелью, так и возрождением расы драконов. Это решать тебе. Я лишь научу тебя всему, что знаю сама.

— Я? И возрождение? Что за бред?! — сделала еще два шага назад. Глаза заметались в поиске выхода. Никогда об этом не думала. Как выйти из этого сна? Как вернуться в реальность?

— Это не бред, — печально покачала головой наставница. — Сейчас тебе сложно это принять, но со временем ты поймешь.

— Ты говоришь, что я какая-то там драконица, — попыталась рассуждать здраво. — Но тогда кто мои родители, если все золотые драконы вымерли? Откуда я взялась?

— Тебя перебросили сюда боги. Этот мир не единственный, населенный золотыми, нашей особенностью является еще и то, что мы можем путешествовать между мирами и создавать новые. Например, этот. — Она развела руками.

Затравленно огляделась по сторонам. Нет, то, что говорит Богиня, не может быть правдой. Точно! Я просто сошла с ума!

— Не пытайся осмыслить все и сразу. Твоя драконица начала просыпаться и совсем скоро даст о себе знать. Тебе остается потерпеть, и все встанет на свои места.

— М-моя кто?

— Драконица. Наверняка очень красивая, раз тебя выбрали боги.

Нет, конечно, я видела драконов во второй ипостаси, но вдалеке. Очень далеко. И то, что я могу быть одной из них… просто в голове не укладывалось. Каково это — быть драконом? Огромным зверем с чешуей и гигантскими острющими зубами?

Дарниэль Рэминиэль эрст Реален

От постоянных приторно-фальшивых улыбок болели щеки, но не улыбаться я не мог. Драконица в лице Адрианы может принять отсутствие улыбки за оскорбление. Так что все три дня, которые она находилась здесь, я улыбался постоянно, делая перерывы только на ночь. Вечером напивался, но не настолько, чтобы утром не встать с постели и не пойти за новой порцией фальши.

— Сегодня я познакомлю тебя с моими Хранителями, — пропела Адриана, перебирая мои волосы и портя тщательно продуманную папиным стилистом прическу воина.

Да уж, глупо думать, что я у нее первый, хотя это было бы максимально лучшим вариантом: первых, как правило, любят больше и трогают меньше.

— С радостью познакомлюсь с ними, — изобразил вежливую заинтересованность на лице. — Сколько их у тебя?

— Всего двое. Ты будешь третьим, — довольно улыбнулась зефирная принцесса, уплетая очередное лакомство.

Сколько же можно есть сладкого? Я уже задолбался дарить ей конфеты, плюшки и мороженое! Так ей стройности не видать как собственных ушей, а я люблю хорошие фигуры. Хотя и сейчас по драконице не скажешь, что она знакома с физическими нагрузками. Даже минимальными. Чуть полноватое, рыхлое тело, прикрытое кокетливыми кружевами и розовыми тканями. Почему именно розовыми? Она вообще в курсе, что рыжим розовый не слишком идет? Видимо, нет, потому что за все пять дней, что находится здесь, я не увидел на ней платье другого цвета.

— Хорошо, — снова сделал вид, что я сахарный, мило намотал прядь ее волос на пальцы и зарылся лицом в волосы. В нос ударил тошнотворный запах ее духов. Я определенно не смогу к этому привыкнуть, надо будет все же попробовать подарить ей что-то менее вонючее.