Не остаться одному - Олег Верещагин

Я шел к этому одиночеству семь лет. Путем, на котором похоронил всех своих друзей. Последних – только что. Как только ты начинаешь отвечать за людей – у тебя почти не остается друзей.

А в момент, когда ты начинаешь отвечать не только за своих, – друзей не остается совсем. Остаются героические песни, и общее восхищение, и…

…и одиночество. Серый туман.

Órlõgs.

Что ж, этим и должно было закончиться.

– Я вернусь. Все равно, – сказал я сквозь слезы в туман. – К тебе, Тань. И к вам, ребята, девчонки… А если не вернусь – то вы будете жить. Теперь вы будете жить…

Я повернулся и неспешно пошел прочь, обратно, размышляя о том, что нужно сделать в первую очередь. «Вы-то со мной, Ваше Величество? – спросил я и услышал холодноватый голос Арагорна: – Теперь – навсегда, князь. И это честь для меня».

А в следующий миг туман выбросил мне навстречу рослую фигуру, и я обнажил палаш…

– Ну ты даешь. Полгода за вами гонюсь, можно сказать – не успел, – сказал Джек.

Я обалдело смотрел на него – узкое, смуглое от загара лицо, яркие пятна голубых глаз, каштановые волосы, рассыпавшиеся по плечам; над правым – рукоять бастарда, над левым – лук в чехле.

Джек улыбался. А глаза у него были счастливые.

– На Город Света собрался? – уточнил Джек. Я кивнул и снова заплакал. – А их отослал? – Я снова кивнул. – Хватит реветь… Представляю, как они обалдели… – задумчиво резюмировал Джек и добавил: – Но думаю, это обалдение уже проходит.

– Как ты сюда попал? – Я вытер глаза ладонями. – А, Джек?

– Говорю же – гонюсь полгода, с тех пор, как расстался с Нэдом на побережье Аляски… Ну и что ты собираешься делать сейчас?

– Идти на Город Света, – ответил я.

– Сразу?

– Н-ну…

– Ну а прямо сейчас? – настаивал Джек, и я вздохнул:

– Не знаю. Передо мной – неизвестность…

– Мне нравится название этой дороги. Пойдем по ней вместе, – серьезно сказал Джек, а потом добавил: – Только немного подождем, пока нас нагонят.

– Кто? – не понял я.

Джек посмотрел на меня внимательно и, тяжело вздохнув, сожалеюще пробормотал:

– Нет, с этим надо что-то делать… Неужели ты, кретин, в самом деле думал, что они тебя бросят?

Я обернулся.

Я прислушался.

В отдалении хрустели камыши, слышались возбужденные голоса, а потом их все перекрыл отчаянный крик Танюшки:

– Оле-е-ег!!! Олег, подожди! Мы с тобой!!!

Я улыбнулся, смаргивая с глаз слезы. Джек положил мне руку на плечо и слегка сжал его.

И так, вглядываясь в туман, я стал ждать, когда ко мне добегут мои друзья.

Среди связок в горле комом теснится крик,

Но настала пора, и тут уж кричи не кричи.

Лишь потом кто-то долго не сможет забыть,

Как, шатаясь, бойцы о траву вытирали мечи.

И как хлопало крыльями черное племя ворон,

Как смеялось небо, а потом прикусило язык,

И дрожала рука у того, кто остался жив,

И внезапно в вечность там превратился миг.

И горел погребальным костром закат,

И волками смотрели звезды из облаков,

Как, раскинув руки, лежали ушедшие в ночь,

И как спали вповалку живые, не видя снов.

А жизнь – только слово.

Есть лишь любовь – и есть смерть.

Эй, а кто будет петь, если все будут спать?

Смерть стоит того, чтобы жить,

А любовь стоит того, чтобы ждать…

Группа «Кино»

Домой надо возвращаться только на рассвете.

Или приносить рассвет с собой.

Автор