Инквизитор. Утверждение правды - Надежда Попова

Итак, «Privilegium Maius»[92], хоть и не является признаваемым документом ни в среде курфюрстов, ни иноземными правителями, и даже самим герцогом Австрии избегается упоминаться прилюдно, все же смущает некоторые умы. Сия фальшивка очевиднейшим образом была создана покойным герцогом Рудольфом в пику «Золотой булле» императора Карла IV как ответ на исключение австрийских правителей из коллегии выборщиков. Как мне видится (и с ваших слов) отлучение герцога австрийского от выборных привилегий отец нашего Императора произвел по той причине, что «Privilegium Minus»[93]давал ему оных привилегий без счета, и вмешательство его в судьбы Германии при том было уже верхом бесстыдства, каковое вмешательство Карл и пресек. Сие можно было б сравнить с тем, как если бы француз или кастилец, не имеющий никоих обязательств перед Императором, при том имел бы вмешательство в дела Империи.

«Privilegium Minus» составлен был во время оно ради улаживания противостояния меж Вельфами и Бабенбергами за обладание Баварией; насколько я могу понять, иных причин к столь вредоносному для Империи решению не было. Так Бавария и отошла Вельфу Генриху (Льву), а Генриху II Язомирготту дадены были особые права для австрийских его владений. Сей факт утвердил назревающий разрыв Империи in universum[94]и Баварии singulatim[95]. В связи с чем и есть у меня несколько мыслей, кои прошу рассмотреть.

Укрепление и восстановление Империи в прежних границах требует возвращения Австрийского герцогства под руку Императора, однако же в сознании не только простого человека, но и даже курфюрстов оно уже мыслится как некая самостоятельная часть, и силовые методы будут приниматься как война с иным государством, Империи не нужная и вредоносная. На словах желая прежнего величия, курфюрсты опасаются любых сколь-нибудь затратных и опасных предприятий в этом направлении.

Хотелось бы напомнить самому себе (и ввести в мое рассуждение для ясности моей позиции) еще один исторический факт.

Некогда Карл Великий ввел и Баварию, и Австрийское герцогство в свои владения, во владения франкской империи Каролингов. Собственно, границы также были установлены им – единственно ради удобства оберегания государства и надзора за территориями, именно он учредил Баварскую и Австрийскую марки, причем Австрийская (Восточная марка) была подчинена Баварской. И лишь при Бабенбергах началось укрепление и отмежевание австрийских земель, при видимом сохранении их подчиненности, пока и это не было de facto уничтожено патентом «Privilegium Minus».

И все же, даже в свете привилегий, данных Фридрихом, австрийские земли являются неотъемлемой частью государства и остаются таковыми de jure, а значит, остается все же некоторое пространство для маневров. Если позволите, я выскажу несколько мыслей по этому поводу. А именно:

1. Курфюрсты, какими бы трусливыми, ленивыми и скупыми ни были, все же лелеют мечту о возвращении былой мощи Империи (единственно, они не желают ненемца во главе ее, но это иной вопрос, требующий самостоятельного решения).

2. Былая подчиненность австрийских земель Баварии – есть факт, каковой никем не забыт, а лишь игнорируем.

3. Возвращение земель под власть Императора необходимо, однако мирное решение вопроса совершенно очевидно невозможно.

4. Согласно донесениям, еретики, малефики и даже просто преступники, подвергшиеся осуждению и разыскиваемые на прочей территории Империи, безнаказанно укрываются на землях австрийского герцога. Сей факт можно использовать для пропаганды и объяснения необходимости рано или поздно произвести вторжение на его земли и лишение его герцогского достоинства. Не следует говорить это открыто, но надлежало бы подготовить почву для подобных настроений, ибо уже нельзя закрывать глаза на тот факт, что завоевательные походы требуют подготовки не только материальной, но и идеологической.

5. Фридрих фон Люксембург как член Баварского дома и будущий Император мог бы стать новым знаменем этой кампании. Особо сей факт примечателен в связи с созданием армии (см. Nota bene рабочей записки Александера фон Вегерхофа от марта 1391 a. D.). При наличии массы свободных граждан, поступивших на военную службу, личность короля должна иметь особый status в их сознании.

6. Связями и средствами курфюрстов можно воспользоваться для подготовки воинства. Заинтересовать их можно, объявив конкурс на производство талеров после захвата серебряных рудников Австрии (сам рудник загодя и недвусмысленно надлежит объявить собственностью Империи, но не Императора – наделом и предприятием, переходящим по наследству следующему престолодержцу исключительно как полномочному управителю, используемым только для производства государственной монеты и совершенно не подлежащим продаже либо дарению, доколе стоит сам престол etc.).

7. Присоединить ко всеобщей мобилизации можно и нужно Баварский дом, надавив на родственные обязательства дядей наследника.

P. S. Вопрос финансирования следует обсудить отдельно, здесь я не затрагиваю его рассмотрение.

P.P.S. Также у меня имеется несколько мыслей, возникших после нашей с вами беседы, по поводу идеи упразднения курфюршества. План мой немного безумен, но вполне может и исполниться. Как только я обдумаю все детали, я выскажу его более обстоятельно, а пока прошу вынести решение по изложенным мной здесь тезисам».

Донесение от: апрель, 1397 a. D. Штрасбургское отделение Конгрегации

«Считаю необходимым донести до вашего сведения ставшие нам известными занимательные события, произошедшие в Штрасбурге минувшим летом и завершившиеся минувшей же осенью[96]. Сие происшествие никоим образом не связано с малефицианством либо же ересью, однако должно вас заинтересовать.

Мне стали доступны материалы судебной тяжбы, известной штрасбургским судьям и участникам как «процесс братья Дритцен против Гутенберга». Краткое изложение позвольте передать по памяти, ибо получить документацию в собственные руки надолго я не сумел изыскать возможности, а истребовать их напрямую полагаю пока преждевременным, дабы не привлекать излишнего внимания.

Некий Андреас Дритцен, заложив дом и имеющуюся при нем землю, вступил в предприятие с неким приезжим по имени Ханс Генсфляйш (коего жители Штрасбурга именовали Гутенбергом, ибо, приехав, он поселился в поместье Гутенберг). Вложение доли Дритцена, по показаниям свидетелей, было около 500 флоринов. Сия немалая сумма, как рассказывал всем Дритцен, должна была в скором времени окупиться, ибо Генсфляйш (Гутенберг) создал некое изобретение, «уникальное» по своим возможностям.