Пороховой маг. Книга 2. Кровавый поход - Брайан Макклеллан

Кровь. Кровь бога. Сердце Таниэля забилось быстрее. Что Ка-Поэль могла сделать с этим? Управлять Михали? Убить его?

Ка-Поэль с невозмутимым видом убрала платок в ранец.

Михали сложил на тарелку остатки пирога с яйцами, передал ее Ка-Поэль и забрал пустой поднос.

– Пожалуйста, обдумайте мое предложение… мою просьбу о помощи.

Он поклонился и вышел.

Таниэль беспокойно вздохнул, посмотрел на свои руки и только теперь понял, что все еще держит записку с сообщением об аресте. Рано утром его должны отправить в Адопест. Конвоировать будут восемь профосов – четверо от «Крыльев Адома» и четверо от адроанской армии.

Не будет больше для Таниэля ни войны с Кезом, ни убийства их бога.

Ка-Поэль протянула руку и ткнула его несколько раз в грудь прямо над сердцем.

– Что?

Она указала на него, а затем развела руки в вопросительном жесте. И снова наставила на него палец.

– Девочка, я не понимаю, что ты хочешь, – сказал он, стараясь сдержать раздражение.

Она еще раз показала на его сердце и снова решительно ткнула пальцем.

– Чего хочу я сам?

Ка-Поэль кивнула.

Таниэль глубоко вздохнул:

– Хочу убить кого-нибудь. Я в бешенстве. Я должен сражаться на войне. Я рожден для этого – чтобы защищать Адро.

Она снова направила палец на него, а затем на пол. «Что ты хочешь сейчас?»

– Я хочу защитить тебя.

Ка-Поэль улыбнулась, и у Таниэля дрогнуло сердце. Она наклонилась к нему и прижалась губами к его губам.

* * *

– Я отправляюсь за кровью Кресимира, – объявил Таниэль.

Михали замер над огромной кастрюлей супа, не донеся поварешку до рта.

– Понятно.

– Ка-Поэль согласилась управлять им, но ей нужна его кровь. А мне нужна ваша помощь, чтобы пробраться в кезанский лагерь.

Михали задумался, затем попробовал суп:

– Мм. Очень хорошо. Но все же нужно добавить перца.

Он достал из фартука склянку и высыпал несколько серых горошинок на ладонь. Потер одной рукой об другую, наблюдая, как перец падает в кастрюлю, перемешал суп и сделал еще глоток:

– Превосходно.

– Иногда вас трудно воспринимать всерьез, – признался Таниэль. – Нет, я неточно выразился. Не иногда, а всегда.

Михали рассмеялся, хотя Таниэль и не думал шутить.

– Мне нужно пробраться в кезанский лагерь, – настойчиво повторил Таниэль.

– Я могу скрыть вас, чтобы вы незаметно прошли мимо часовых.

Михали направился к широкой чугунной решетке для жарения, установленной посреди кухонного двора, и начал ловко переворачивать ножки индейки.

За спиной раздался крик, и Таниэль пригнулся. Оглянувшись, он понял, что кричат не ему. Прогуливаться по адроанскому лагерю было опасно даже в штатской одежде и с надвинутой на глаза шляпой. Ему сейчас полагалось находиться под охраной профосов.

– Здесь они вас тоже не заметят. Возьмите ножку.

Михали взял щипцами ножку с жаровни и передал ее Таниэлю.

– На вид она очень горячая.

– Пустяки. Повар никогда не угостит тем, чем можно обжечься.

Таниэль с некоторым опасением взял ножку. Мясо оказалось всего лишь теплым, несмотря на то что его только что сняли с огня. Таниэль надкусил ножку, и сок побежал по его небритому подбородку. Он не сказал ни слова, пока не съел все.

– Как вы сделаете меня невидимым? – спросил он. – Сначала вы должны попросить у Ка-Поэль разрешения коснуться моего разума.

– Я уже попросил.

Таниэль замер и осмотрел себя.

– Я не чувствую, что стал невидимым. – Он взглянул на косточки, оставшиеся от индейки. – Значит, вы…

– Да, – сознался Михали. – Заклинания, изменяющие тело человека, – самая трудная задача для любого Избранного. Вот почему целители встречаются так редко. Еще тысячу лет назад я выяснил, что самый простой способ воздействия на человека – через его желудок. – Михали взял ножку индейки и откусил. Внезапно на его лице появилось обеспокоенное выражение. – Пусть это останется нашей тайной, хорошо?

– Ладно, я вас не выдам, – фыркнул Таниэль.

– О, спасибо. – Михали шумно дожевал ножку и снял с жаровни другую. – Хотите взять это для Ка-Поэль?

– Она тоже станет невидимой? Но если я сейчас невидим, как она увидит меня? И как вы меня видите?

– Я вижу вас, потому что я бог. Ка-Поэль тоже сможет определить, где вы находитесь, к тому же заклинание не приглушает вашего голоса.

– А если я чихну?

– Мм. Не стоит. – Михали вытер руки об фартук, оставив на нем жирный след. – У этого заклинания действительно есть недостатки. Например, оно устроено так, что рассеется, как только вы приблизитесь к Кресимиру. Если он почувствует мое вмешательство, это приведет к неприятным последствиям.

Таниэль взглянул на свою руку. Он, конечно же, не заметил в себе никаких изменений.

– Сколько времени вам потребовалось, чтобы подготовить это заклинание?

– Несколько мгновений.

– В самом деле?

Михали приподнял бровь.

– Нас называют богами не только потому, что мы самые сильные среди Избранных, – хотя обычно объясняют именно так. Нас называют богами еще и потому, что действия, отнимающие у простых смертных много дней, недель или месяцев, нам стоят всего лишь усилия мысли.

– Ах вот как! Хорошо. Тогда я пойду.

– Подождите. – Михали подошел к кастрюле с супом, вытащил, словно из ниоткуда, большую оловянную миску, налил ее до краев и накрыл крышкой. – Возьмите это для Ка-Поэль. Суп поможет ей уснуть, когда она останется одна.

Таниэль повернулся, чтобы уйти, но передумал.

– Адом… Михали?

– Да?

– Вы защитите ее?

– После того как я отдал ей свою кровь, мне кажется, что это я нуждаюсь в защите, – прищурившись, заметил Михали. – Эта девочка напоминает мне хрустальный чайник, наполненный порохом. Она такая же хрупкая, но обладает невероятной разрушительной силой. – Он выпрямился и приветственно махнул поварешкой. Капли супа забрызгали его фартук. – С ней не случится ничего плохого.

– Спасибо, – сказал Таниэль. – А теперь я попытаюсь раздобыть кровь вашего брата.

Тамас смотрел, как Олем чистит его лошадь после дневного перехода. В обложенном камнями костре потрескивали ветки степного кустарника. Солнце еще висело над горизонтом, освещая плато красными, оранжевыми и розовыми отблесками.